Чисто логическим путем - Говард Шенфельд

- Порядок! - воскликнула она.

Я кинулся к окну, чтобы узнать, как выглядит мир будущего.

- Точно так же, как и раньше,- произнесла Салли, догадываясь о моем желании.

Я увидел Пятьдесят первую улицу. Ничто не изменилось.

- В том-то и заключается прелесть нашей машины,- объяснила Салли.-Она передвигает во времени весь мир, а не его отдельные части.

- А звезды? - спросил я,- Их-то положение должно было измениться?

- Нет. Машина переносит сквозь время всю Вселенную. Всю как есть.

- Понятно...

- Разве это не удивительно?

Подумав, я решил, что нет, но предпочел промолчать.

- Ты напишешь об этом, правда? - шепнула она настойчиво. Ее тело под черным платьем прямо-таки источало соблазн. Я уже давно приметил, что родитель оборудовал свой кабинет удобной кушеткой.

- Что ж, если хочешь,-сказал я,-ТО... да.

-Может перенесемся еще на пять тысяч лет?-спросила она.

Я бросил взгляд на кушетку.

-Пожалуй, не сейчас,-ответил я.

Салли возилась с машиной.

- Я установлю ее на миллион лет от нашей эры.

Я поглядел на нее, потом на кушетку. И тут вспомнил, что пять тысяч лет плюс несколько минут назад я оставил Фрэнка в весьма затруднительной ситуации.

- Вернусь через минуту,- сказал я.-Подожди меня, ладно?

Рука Салли лежала на выключателе. Девушка улыбалась.

-Конечно, милый!-проворковала она.

Я оставил ее с родительской машиной времени, играючи толкающей нашу Вселенную на миллион лет вперед.

Фрэнк все еще торчал на эстраде вместе с "Семерками", там, где я его оставил, и продолжал глазеть на замершую в ожидании публику. Завидев меня, он помахал мне саксофоном, а потом убрал его в футляр. Жестом он попросил публику сохранять спокойствие.

Фрэнк склонил голову набок, сжал ухо в горсти и сотворил рояль. Взяв за основу звук рояльных струн, он создал этот инструмент чисто логическим путем, исходя из этого звука. Это был, единственный экземпляр рояля, способный звучать в данной тональности, и мне было приятно видеть, как Фрэнк справился с этим делом, хотя сам трюк уже несколько приелся.

Один из джазистов сел к роялю и забарабанил буги-вуги. Фрэнк подошел и встал около меня.

- Что ты скажешь об этом?-спросил он.

- Шикарно, старина.

Он протянул мне сигару. Мы закурили.

Позади знакомый голос произнес:

- Пусть изобретет что-нибудь пооригинальней.

- Например?-спросил я не оборачиваясь.

- Что-нибудь общественно значимое. Ну, хотя бы третий пол.

В моем кармане копошилась чья-то рука.

- Что ты думаешь об этом, Фрэнк?-спросил я.

- Что это говорит твое подсознание,-ответил Фрэнк, глядя поверх моего плеча. Рука тут же исчезла.

Я полез в карман и с удивлением обнаружил там визитную карточку. На ее чистой стороне было написано:

Догадайся, кто это,

и ты меня получишь

(см. на обороте)

Дрогнувшими пальцами я перевернул карточку. На ней значилось:

ХИЛБЕРТ ХУПЕР АСПАЗИИ

Бердсмит Писатель

Голос позади меня и та рука, что была в кармане, принадлежали мне самому!

Обернувшись, я увидел человека в сером пальто, который спешил к двери с табличкой "Управляющий". Там он помедлил и взглянул на меня. Я кивнул. Получив мое согласие, он вошел в дверь, закрыл ее за собой и присоединился к этой рыженькой мышке-Салли Ла Рю. Я поздравил себя с плодотворной идеей ввести в рассказ свою личность в двух образах. Благодаря этой предусмотрительности я теперь мог развлекаться с Салли Ла Рю без вмешательства цензуры и в то же время продолжать повествование.

Я повернулся к Фрэнку.

- Давай-ка заглянем на вечеринку к барону,-предложил .я.

- Неплохая мысль!

Мы вышли, взяли такси и отправились в центр города, где в большом многоквартирном доме жил барон.

Вечеринка была в разгаре. Барон как всегда лежал на тахте, мертвецки пьяный. Гости находились в разных стадиях опьянения. Когда я вошел, на мгновение воцарилось молчание.

В тишине какая-то девица прошептала:

- Пришел Аспазий, писатель.

- Ему бы следовало приобрести себе новый образ,-сказал кто-то другой.

- Выглядит как шарж на самого себя.

- Скорее как ходячее клише.

- Вы читали его последний рассказ?

- Нет, не пришлось.

- Прямой плагиат из "Чисто логическим путем" X. X. Аслазия.

- Не может быть!

Покраснев, я притворился, что внимательно разглядываю редкости из коллекции барона. Девичий голос произнес:

- На прошлой неделе я встретила его психоаналитика. Он говорит, что никогда не может точно сказать, какая именно из его раздвоившихся личностей осматривает какую именно из раздвоившихся личностей Аспазия.

- Ужасно!

- Да, но очень показательно.

- Весьма.

- А что еще говорит психоаналитик?

- Что психика Аспазия полностью разрегулирована-невроз почти не заметен!

- Держу пари, что видна даже тенденция возврата к норме!

- Я бы нисколько не удивилась!

- Как это ужасно!

- Да, но очень показательно!

- Весьма!

- Мне его почти жаль.

- А не опасно ли общение с ним?

- Но вы же знаете, что он лишь частично тут, с нами!

- Бедняжка, он, наверно, живет в реальном мире!

- Без сомнения!

- Как ты думаешь, психоанализ ему поможет?

- Возможно. Бывают же случаи излечения...

- Посмотрите, как он уставился на коллекцию барона. Это показательно, не правда ли?

- Весьма.

На меня накатила скука. Гости мне не нравились. Я решил прекратить вечеринку...

Болтая и смеясь, гости собирали вещички и выходили группами по два-три человека. Остались Фрэнк, я и мертвецки пьяный барон.

Фрэнк стоял на середине комнаты странно скособочившись и к чему-то прислушивался.

- В чем дело? - спросил я.

- Ш-ш-ш-ш!-ответил Фрэнк,-слушай!

Я прислушался.

- Слышишь?

Я отрицательно покачал головой.

- В чем дело?

- Биение пульса Вселенной. Я слышу его.

- Боже!-вскричал я.

Он стоял, вслушиваясь в биение пульса Вселенной.

- Потрясающе! - воскликнул я.

- Да,- ответил он,- но то ли еще будет.

Фрэнк наклонил голову, зажал ухо в горсти и сотворил Вселенную. Ощутив биение ее пульса, он построил ее чисто логическим путем, исходя из этого ощущения. Только данному экземпляру Вселенной было свойственно это единственное в своем роде биение, и я был ошеломлен кощунственным деянием Фрэнка.

- Прекрати!-крикнул я.

Но мое требование было гласом вопиющего в пустыне.

Лицо Фрэнка осунулось. Капли пота выступили на лбу. Потом он как-то обмяк. Однако ухмылка у него была самая зло-вещая.

И тут я понял весь ужас своего положения. Создав Вселенную и ее содержимое, Фрэнк сотворил и меня.

Неразбериха получилась невероятная-выходило, что я порожден продуктом собственного воображения.