Идеaльный мир - Дим Край

Она живёт безумно далеко — на границе освоенной федерации, в 412 световых годах от Гео или 423 годах отсюда. Пауту ещё не приходилось бывать в такой дали.

— Что это? Дальний космос? — интересовался он.

— Именно, это Дальний космос. Мы — колонисты, осваиваем новые планеты, строим энергодобывающие и сырьевые фабрики на самых далёких недавно открытых звёздах. Наша звезда, где я живу, называется Нерко-18, - отвечала она, — а планета, где располагается наша база — Аремир, по фамилии отца. Это в созвездии Тельца.

Она взглянула на ночное небо. Усыпанный бриллиантами звёзд Млечный путь смотрел на них.

— Я не ориентируюсь на этом небосводе и не знаю где находиться созвездие Тельца. Может, ты знаешь?

Паут быстро загрузил космологические данные из сети в свою память, сопоставил расположение звёзд на небе, сориентировался и проговорил:

— Созвездия Тельца, не видно сейчас. Оно находиться ниже горизонта…

— Жаль. А то бы показала. Там должны быть две большие звезды. Отсюда они должны быть видны. И между ними располагается наша Нерко-18.

— Зато, я могу показать свою звезду, где вращается моя родная планета Монтевидео.

— Монтевидео? — удивилась девушка. — Ты из Монтевидео?.. Я хочу побывать на Монтевидео. Там растут кристаллионы.

Кристаллионы — это местные голубоватые растения, которые можно встретить в пустыни или в степи. Они ростом с человека. Но ветки этих растений похожи на вытянутые кристаллы, которые заманчиво переливаются в лучах света. Они хрупкие и в то же время острые, как ножи. Если их начать ломать — то они могут порезать до крови. Растут они, как всякие кристаллы, очень медленно и долго. Одному кусту с человеческий рост может быть уже десятки тысяч лет. Поэтому растения эти охраняются биологами. Однако в магазинах Монтевидео можно найти сувениры — красивые алмазные ветки из старых, погибших кристаллионов.

Да. Он бы мог подарить этой девушке ветку кристаллиона. Ветка не дорого стоит. Но где же её сейчас достать на этой планете?

Он указал на звёздочку, которую еле видно на небосводе — там Монтевидео. Её сильно подавляют яркие соседние звёзды, но если приглядеться, то можно рассмотреть…

— А вот и Солнце! — он показал в другую сторону.

— Славно ты разбираешься на чужом небосводе! — заметила она. — Ты же здесь две недели всего, так?

Он покачал головой:

— Я вижу звёздный небосвод впервые, — он не хотел скрывать от неё свою особенность, ведь она наверное думала, что он — померянин. — Я — альверец-специалист по военному делу. Мне ничего не стоило загрузить в память данные о положении звёзд и сопоставить с тем, что я вижу.

Девушка удивилась, но не разочаровалась, как он предполагал:

— А-а… Ты не похож на альверца. Больше похож на померянина.

— Да. Это новый класс Джей-5. Нас делают очень похожими на померян. Не отличить, — сказал он.

— Удивительно. Когда мой отец отправился на звезду Нерко-18 почти 450 лет назад, всё было по-другому.

— Твой отец — первооткрыватель?

— Да. Он капитан звёздной экспедиции. Открыл систему Нерко-18 и ближайшие две звёздные системы.

На пути в город она рассказала ему о жизни на планете Аремир; что население Аремира составляет не более 10 человек — четверо из семьи Аремир, включая Лейму, родителей и младшего брата, а также пятеро служащих, двое из которых родственники семьи Аремир. На планете построили несколько автоматизированных энергодобывающих заводов — и полученную энергию прямым порталом переправляют сюда в Нрави Край и соседнее государство, Алесию. Энергии они пока добывают не так много, но планируют расширять производство — строить новые тепловые скважины. У них все заводы — теплоперерабатывающие станции: преобразуют тепло планеты в энергию. Планета постоянно отдаёт теплом и если глубоко капнуть, то грунтовой температуры достаточно, чтобы преобразовать её в мегаватты электроэнергии. Отец Леймы управляет всей колонией на Нерко-18; вроде директора своей миниатюрной фирмы. Дочку он назначил главным инженером по развитию производства. Правда, у Леймы нет соответствующего образования. Но это ничего. В своём маленьком мире — ты может быть хоть начальником планеты, тебя за этого попрекать не станут.

Соответственно, на всей звёздной системе Нерко-18 проживает 9 человек. Девушка рассказала, её отец мечтает образовать своё королевство в системе; назвать его Аремир — по своей фамилии, как и планету. И на планете Аремир построить много городов, поставить большие аэрозаводы — преобразующие углекислый газ атмосферы в кислород. А после того как вырастут леса и сады, пускать на планету туристов. На ней много горячих гейзеров, живых вулканов, красивых и живописных панорам. На туризме можно будет много зарабатывать… Но это всё мечты, грёзы о будущем. Чтобы официально зарегистрировать королевство, нужны большие деньги и население не менее десяти тысяч постоянных жителей. А где их взять?.. Так что эти мечты и грёзы исполняться ещё нескоро. Ой, как нескоро.

Отец Леймы не интересуется мировыми событиями. Да и за полтысячеления экспедиции всё равно сложно нагнать упущенное. Поэтому отец на это давно махнул рукой. Отбросил в сторонку историю, сводки и начал свой лёгко подъёмный бизнес. Есть Федерация и слава Богу. Остальное всегда приложится. Главное, чтобы в их маленьком мире было хорошо и комфортно. А что там твориться, в далёкой большом мире, его не интересовало. Лейма следовала примеру отца. Зачем ей знать какие события происходят в мире, какие конфликты начались или закончились, какие новые планеты открыли, а какие освоили, насколько выросла экономика Федерации и население мира? Зачем ей всё это знать? Она понимала, что жить в большом мире не станет. Её мир, хоть и ограничен маломощным аэрокуполом базы и окружена пустынями теплой планеты, но это её мир. Она там родилась, выросла. Она хочет полностью посвятить себя новому миру — затерянному в Далёком Космосе.

Они вышли в город заполночь. Хорошо, что у Паута с собой оказался фонарик. Однако они жутко промёрзли, так как становилось ощутимо прохладно. По конец пути пошёл обильный снегопад. Бегом они добрались до ближайшего альфа-такси. Паут усадил замёрзшую Лейму в кабину и попрощался с ней до завтра. Завтра на том же месте они договорились встретиться. Смахивая налипший снег с плеч, Паут проводил отлетающее такси весёлым взглядом.

Ему не было так весело и хорошо на душе, пожалуй, никогда…

После Кайт Шестнадцатой у него было много девушек. Он со многими знакомился, прогуливался по городам, проводил совместные нескромные вечера, вместе отдыхал на курортах, многих из них он любил. Они были интересны и уникальны по-своему. Девушки были умны, образованы, воспитаны. Были смелые, скромные, наивные. Но радости с ними было немного. Альверки были легкомысленны и пропадали быстро — они не могли его ждать из продолжительных командировок, из дальних периферийных боёв, из конфликтных зон, где он пропадал месяцами; они просто шли дальше, не задерживаясь на нём; исчезали незаметно. Померянки же сразу понимали, что с ним не будет будущего. Он — альверец, да ещё военный. Какое с ним будущее? И тоже исчезали, покуда представлялась такая возможность. Не было у него девушки, которую он мог любить продолжительное время. Чувства вспыхивали мгновенно и мгновенно гасли. Всё! Ему уже самому не интересно с ними… Но, встречавшись на протяжении недели с Леймой Аремир, Паут стал замечать, что он не равнодушен к этой померянке. Очень. Ну, что в ней такого, чего не было в других? Вроде бы — ничего, и в то же время, всё в ней другое, необычное, удивительно загадочное. Он не приглашал её в свою палату в госпитале. А у него была шикарная палата, для 'особенных' людей, которой глупо не хвастаться. Да и она не просилась в гости. Они встречались каждый раз на нейтральной территории — на обзорной площадке ближайшей горы. Паут на второй день кое-как дополз до площадки. Ноги после вчерашнего измучились, сильно болели. Однако, пересилив дикую усталость, дошёл. Он не смел не прийти. И она пришла вовремя, даже чуть раньше его. Они болтали всё время о пустяках: она рассказывала смешные истории, об экспедициях на далёкие звёзды, о своей работе на энергодобывающих заводах, а он рассказывал немного о себе, о прошлом; не упоминал войну, не говорил про воздушные и космические битвы — он понимал, что не об этом нужно говорить сейчас с девушкой; поэтому находил не менее смешные истории из, казалось бы, своей нелёгкой жизни. Потом начались душевные разговоры, открывшие друг другу сокровенные мечты и фантазии. Паут сразу же вспомнил Восьмого Воэ, их встречи с братьями на побережье Тлира — их 'детскую' беседу, попытку предвидеть грядущее. Эти воспоминания его так захлестнули, что он начал общаться с Леймой, как с братом. Девушке это казалось забавным. Ей нравилось.