Психоисторический кризис - Дональд Кингсбери

— И сколько он стоит?

— Мне уже заплатили.

— Кто?

— А вот это тебя не касается!

Эрон задумался.

— А инструкция к нему есть?

— Инструкция? Да ты с ума сошел! Он же единственный в своем роде. Я, разумеется, проверил основные подпрограммы — все нормально. Я нашел там довольно неприятную штуку — бомбу, которая управлялась памом. Пришлось разряжать, а то разнесла бы всю комнату. Что впечатляет — так это полный математический пакет.

Сердце Эрона подпрыгнуло.

— Пам знает математику?

Это было то, в чем он нуждался больше всего.

— Только язык новый. Ни ты, ни я его не знаем. Хотя сделано аккуратно. Входные коды такие, что и за год не выучишь, но в нем есть встроенный обучающий режим, который постепенно сам подключает тебя ко всем подпрограммам. Я все проверил на вирусы и ловушки. Кажется, чисто, но я знаю лишь большинство трюков, не все. Парни, которые сделали этот милый приборчик, знают больше головоломных штучек, чем я когда-нибудь узнаю. Мощная машинка.

— Ты бы решился надеть?

— Скорее суну голову в циркулярную пилу! — усмехнулся Ригон. — А вот у тебя выбора нет!

— Скажи по крайней мере, чего бояться! Хотя бы самое основное.

— Он не новый. — Ригон нахмурился. Он погладил пам и тот, казалось, прилип к его пальцам, приспосабливая к ним свою форму. Ригон нервно стряхнул его. — В нем сидит человек. Призрак.

— Ты что, опять грабил могилы?

Эрон содрогнулся. Неужели придется пережить еще и это? А что делать, другого варианта все равно нет! Ригон глухо засмеялся.

— Я? Только ради запасных деталей, призраки мне не нужны. Этого парня, что внутри, убили. — И поспешил добавить: — Не я. И вообще не мародеры — его убили ваши люди!

Эрон был далек от того, чтобы принять это как оскорбление. В конце концов, это «его» люди уничтожили его пам.

— Расскажи мне все, — потребовал он.

— Ты думаешь, я что-нибудь знаю? Никоим образом! Меня это и не касается. Я мародер, посредник. И как мародер никогда не был настолько глуп, чтобы связываться с психоисториками. Они правят Галактикой, а я стараюсь выжить. Вот и все. Мне просто не нравится то, что они сделали с тобой! Это личное одолжение тебе, а не выпад против Братства. Мы с тобой были друзьями, насколько вообще могут дружить мародер и ученый, а ты даже не помнишь! Это ужасно! Вот что мне известно, совсем немного. Тот парень, что там внутри — твой старый наставник. Он занимался какой-то ерундой вроде астрологии. Ну и флаг ему в руки! Где еще в Галактике можно найти столько легковерных идиотов, как на Светлом Разуме!

— Мой наставник?

— Мурек Капор. Помнишь его?

— Смутно. Но что-то знакомое. Надо будет подумать. Астрология? Как-то странно…

— Тот же бизнес, что и у вас — предсказывать будущее. Удивлять людей чудесами ясновидения. Не знаю, правда, чем он занимался в те времена, когда ты его знал. Если дурачил кого-нибудь, то не меня.

Эрон машинально потрогал свой бездействующий пам.

— Я не могу сейчас проверить, но, по-моему, астрология давным-давно превратилась в салонную игру.

Ригон пожал плечами:

— Может, какая-то разновидность. Я сам в этом мало понимаю. Предсказывать будущее — не моя епархия, мы никогда не могли состязаться в этом с психоисториками, так что пришлось заняться другими вещами. Разве ученый способен прочистить засорившуюся головку душа? Вот мы это и делаем! — Просмотрев ярлыки, он выбрал одну из кассет и сунул в читающее устройство. — Я слышал, астрология была первой из наук Терры. Вполне вероятно. Во всяком случае это самая простая из наук и позволяет с легкостью морочить людям голову! Могла она так просто исчезнуть? Не думаю! — Он вызвал меню поиска и пробормотал несколько ключевых слов на старом имперском диалекте. — В этой кассете больше восьми тысяч томов, и я уверен… — Поисковый блок замигал. — Ага, вот и Навигаторы! Отлично!

Перед глазами Эрона появился фрагмент истории имперского двора времен царствования Кассама Зоркого за 7763 год галактической эры. Кассам вершил судьбы Галактики, опираясь на тайное искусство неких Навигаторов, которые могли предсказать судьбу любого человека, Опираясь на дату его рождения, галактические координаты его родной планеты и направление его головы, когда он испустил первый крик при рождении. Ригон перелистал страницы текста и вывел парадный голографический портрет Канди Муна, большой придворной шишки и личного императорского советника в течение двенадцати беззаботных лет, в пышных регалиях и с пультом своего галактария под мышкой. Его казнили после Битвы Тридцати Солнц, поистине катастрофического момента в истории Империалиса, за которым последовали двести лет бесконечных Пограничных войн. Сам Кассам погиб в ту же ночь, а новый, рационально мыслящий император резко уменьшил влияние Навигаторов, приказав в день коронации подвергнуть их пыткам для оживления церемонии.

— Звездный час глупости приходит и уходит, — с ухмылкой прокомментировал Ригон, выключая прибор.

— Ты как будто даже рад тому, что мне придется делить мозги с астрологом! — мрачно пробурчал Эрон.

Ригон захихикал.

— Суеверный психоисторик — это что-то новое! Разве твой старший брат не рассказывал тебе ночью, под одеялом, историю о Монто Сальседесе, когда ваша мамочка думала, что вы спите?

Это была знаменитая детская страшилка, основанная на легендах о старой империи. Монто был не чем иным, как памом-карьеристом, духом злобного старика, который крал личность каждого нового владельца пама и подстраивал его смерть таким образом, чтобы потом проникнуть в мозг еще более высокого сановника. Став в конце концов императором, он сошел с ума, потеряв цель в жизни. Разумеется, здесь не обошлось без поэтической вольности — в далекие дни старой империи никаких памов еще не было, — но дрожащих от страха детей подобные тонкости мало интересовали.

— Монто так Монто, — вздохнул Эрон, снимая рубашку и отдирая от воротника казенный пам, которым так ни разу и не воспользовался.

Он взял зловещий прибор, теплый и странно растекающийся в руке, и прилепил его на затылок — никаких креплений не требовалось, затем снова оделся. Собравшись с духом, решился и дал команду на включение. Подождем, что будет. Пока легкое головокружение и приступ дурноты — ничего больше.

В конце концов, история Монто Сальседеса была лишь романтической фантазией. Конечно, в паме и в самом деле был человек, сознание которого теперь включено, но бедняга мог существовать лишь сам по себе, без всякого контакта с внешним миром, не имея второй, биологической половины мозга. Призрак внутри пама не имел никаких способов общаться с новым хозяином — Эрон Оуза и пам были созданы и развивались каждый сам по себе, со своим собственным неповторимым нейронным кодом, и вступить в контакт не могли.