Звёздотрясение - Роберт Л. Форвард

новая разновидность зонтичника, которую они с Текучим Песком пытались вырастить из мутантной формы, обнаруженной Пауком за время последней работы над инженерным проектом.

У обычного зонтичника имелось двенадцать опорных стержней, которые тянулись вверх и наружу от общего корня, поддерживая красноватую, прохладную поверхность вогнутой формы, излучавшей прямиком в черное небо Яйца. У новых проростков таких стержней было двадцать четыре. Дело, однако же, не ограничивалось простым удвоением: два растительных скелета будто пытались сосуществовать под одной кожей, что подтверждалось чередующимися по полу и цвету пыльцевыми структурами, светящимися на кончиках консольных стержней. Обычные зонтичники медленно пульсировали, и их пыльцевые кончики меняли цвет с темного красно-черного до яркого, раскаленного добела сияния, а затем снова затухали, и все повторялось с начала. Два комплекта наконечников двойного зонтичника находились в состоянии рассинхрона. Когда один был темным, другой ярко светился, создавая эффект приятного мерцания.

Жужжание не унималось.

– Текучий Песок, – крикнул он сквозь кору. – Можешь ответить вместо меня?

– Сами ответьте. Я занят уборкой крадунских комнат, – раздался голос из задней части жилища.

Безразличным жестом Утесный Паук опустошил садовую сумку, обтер манипулятор, растворил короткую, костистую руку и, втянув ее внутрь тела, направился в кабинет. Когда он вполз в комнату, жужжание стало громче. Лесси по-прежнему отдыхала в теплом углу кабинета. Плавным движением Утесный Паук затек на вкусовой экран, и часть его подошвы коснулась квадратика ОТВЕТИТЬ. Это был адмирал Скользящий-среди-Звезд, возглавлявший экспедицию по спасению медлителей. Картинка снова была испещрена белыми пятнами. Придется позвонить провайдеру видеосвязи и заставить их найти слепое пятно в рентгеноволоконном кабеле, ведущем к его жилищу.

– Включи головизор на общегражданском канале, – сказал Скользящий-среди-Звезд. – Законодатели приближаются к финалу дебатов о финансировании Мега-Бейгла. Вскоре должно начаться голосование, а мы, наконец-то, сможем приступить к работе.

Продолжая «видеть» Скользящего сверхчувствительными вкусовыми сосочками своей подошвы, Утесный Паук перевел часть глаз на серебристый экран, встроенный в одну из стен кабинета. Отрастив усик, он протянул его к небольшой, вмонтированной в пол консоли и коснулся нескольких панелей. Пока антенна с фазированной решеткой, установленная в углу его жилища, переключала приемный луч на поток модулированных гамма-волн с далекого спутника, висевшего в небе к западу от Очей Светила, на экране успело смениться несколько коротких сцен.

Четыре его глаза взглянули вверх, на узор из шести ярких астероидов, парящих над Светилом. Кольцо было заметно перекошено.

– Шесть Очей уже сильно отклонились от своей первоначальной формации, – заметил Утесный Паук. – Нам уже давно надо было отправиться туда и все починить. В конце концов, мы дали людям слово.

– Что ж, политики любят раздавать обещания, – сказал в ответ Скользящий-среди-Звезд. – Но когда дело доходит до финансирования, они, похоже, предпочитают не спешить – особенно в ситуациях вроде этой, когда торопиться особо некуда. У нас в запасе целая уйма времени.

– Когда инцидент только произошел, времени было полно, – напомнил ему Утесный Паук. – Но политиканы целых шесть колоссов валяли дурака, пытаясь найти решение подешевле. Мы с моими инженерами сделали все возможное, но даже нам не под силу построить гигантский инерционный двигатель и вывести его в космос, потратив меньше миллиарда звезд, а чем дольше они ждут, тем дороже обойдется весь проект. Как там держатся люди?

– По словам Небесного Наставника, они уже начинают паниковать. Он чувствует это по обертонам в их голосах.

– Сколько до сбоя, по текущим оценкам?

– Сложно сказать. У нас есть гравитационная модель движения восьми тел, которая позволяет довольно точно предугадать будущее расположение корабля и астероидов относительно Яйца, но главная неизвестная – это прочность корпуса Драконоборца. Сейчас люди перебираются в резервуары для защиты от перегрузок – на какое-то время это их защитит. Но лично я бы предпочел исправить ракету до того, как корпус даст слабину, чтобы люди потом смогли привести свой корабль в рабочее состояние, когда придет время отлета. Думаю, у нас есть около двух человеческих минут.

– То есть четыре колосса оборотов, – заключил Утесный Паук. – На постройку двигателя у меня должно уйти меньше двух. Если мы получим деньги. – Он переключил внимание на трехмерную сцену, парившую над полом перед серебристым экраном головизора. Законодатели собрались в большом углублении в центре Светила, служившем местом для собраний. В последнее время им пользовались не так уж часто, ведь в деловых и развлекательных мероприятиях чила обычно участвовали не лично, а при помощи средств удаленной связи.

Но на этот раз заседание Законодательного Совета было последним в преддверии перерыва, по завершении которого должны были состояться выборы, а такие встречи по традиции проводились в конференц-чаше. Последним из нерешенных вопросов оставалось выделение бюджетных средств для строительства гигантского инерционного двигателя, необходимого для замены неисправной человеческой ракеты. Огромное устройство в форме тора ведущие голоновостей окрестили «Мега-Бейглом». Поводом для такого названия стало сходство между двигателем и выпечкой, которую люди употребляли в пищу. В этот момент как раз выступал один из членов Совета, и когда платформа-динамик усилила движения его подошвы, голокамера показала крупный план его колышущихся глазных стебельков.

 – …Лично я бы не хотел возвращаться к своему клану перед самыми выборами со словами, что мы собираемся поднять налоги ради спасения горстки невежественных медлителей, которые оказались слишком тупы, чтобы построить достойный корабль. Пусть сами себя спасают, вот мое мнение!

– Уверен, что мой глубокоуважаемый коллега из третьего секстанта палаты, не имел этого в виду на полном серьезе, – с упреком возразил другой голос. – Мы определенно не можем винить медлителей в их невежестве. Они живут так медленно, что любые их попытки с нами сравниться заранее обречены на провал. И все же они не животные. Мы не можем просто закрыть глаза на их беду и бросить их умирать. Как-никак, однажды они нам помогли.

– Но это было давным-давно. Тогда мы были простыми дикарями. Мы сполна вернули им долг, загрузив их кристаллы самыми разными продвинутыми технологиями, которые только могли им пригодиться. Мы даже очистили их Солнце от черных дыр, чтобы предотвратить грозившие им ледниковые периоды. Мы им ничего не должны, говорю вам я. Исследование космоса – рискованное дело. Живые существа – и люди, и чила – часто погибают в несчастных случаях. Эти медлители знали, что их миссия опасна, когда вызвались добровольцами. Удача оказалась не на их стороне, и теперь им придется смириться со своей участью. С какой стати мы должны выворачивать карманы, чтобы спасти их от собственного безрассудства? Я