Поверьте один раз (части 1 и 2) - Арсений Суворов

- Знаешь, я ведь, честно говоря, не из-за сочинения поехал. А чтобы побольше узнать про них. Я ведь верю во все это. В лунатиков ведь тоже не верили! Говорили: приснилось, меньше пить надо. Но те хоть безвредны, а эти людей убивают! Хочешь - верь, хочешь - нет. Но когда мы сегодня спали, он к нам приходил. На двери крест висел, вот он и не вошел. Как ты описываешь, так он и выглядел. Глаза горят как фосфорные, я в него всю воду из бутылки вылил. Он, понимаешь, за дверью стоит, а она стала прозрачной - не дверь, а мутное стекло. Я его через дверь вижу, как если бы ты в потемках стоял, а у меня глаза только что к темноте привыкли. И глаза у него горят, как под рентгеном, до сих пор страшно. Я водой брызгаю, и дверь, где вода попала, становится непрозрачной. Брызгаю я, брызгаю, и вдруг глаза открываю, пора вставать. Ну, думаю, неужели приснилось, ведь как наяву было. И тут у меня мелькнула мысль. Я руку под подушку, бутылочка пустая. Вот и думай теперь вылилась аль не вылилась?

- Да! Я сам любитель порассказывать, но ты по "ходу" загнул! Теперь ведь спать не смогу, - подытожил Хомут.

- Я не загнул, я серьезно. Но, впрочем, живи, как знаешь. Мне, самое главное, узнать, излечимо или не излечимо? И как лечить, - решительно произнес Александр.

Хомут посмотрел на него. "Разыгрывает или не разыгрывает, - подумал он напряженно. - Да, ладно".

- Я кое-чем тоже интересовался. Ну, там, у разных людей, - он слегка замялся. - И смысл такой, если упырь укусит, то человек сам упырем становится. Но пока он крови не пил, он еще не упырь. Но если пил, то единственное - это осиновый кол в грудь или сжечь. Но этому никто не верит, и чтобы точно узнать, надо упыря поймать. А больше никак.

- И ты думаешь, не было людей, которые или ловили или общались?

- Если они есть, то, конечно, были. Только или умирали от страха или сами ими становились. Так что можешь не искать. Хотя есть такая религия, которая исповедует культ крови. Может они что-то знают.

- Что за религия, - встрепенулся Александр.

- Ты, может, слышал, сатанисты. Поклонники Диавола. Они тоже человеческую кровь пьют. Только из стаканов. И живых людей в жертву приносят. Если судить по бульварной прессе.

- И где их можно найти?

- Ну, ты от меня много хочешь. Они прячутся, как только узнают, где их секта, их сразу закрывают. Власти с попами в этом деле за одно.

Судно незаметно опустило крылья под воду и через некоторое время бесшумно причалило. Немногочисленный народ поспешил к сходням.

- Ну ладно. Тебе налево, мне направо, - произнес Хомут. - Пиши письма, если что.

- Хорошо. Пришлю - приглашение на костер, -горько пошутил Александр.

XXIII.

Люди спокойно шли по делам. Женщины гуляли с детьми. Осоловевший от жары народ, как обычно, толкался в троллейбусе. Кто-то кому-то ожесточенно доказывал, за кого надо голосовать и почему, хотя оппонент и не возражал. Маленькая бабулька активно протискивалась к месту, мужчины с газетами и без газет ее не замечали. Две молодые девушки громко разговаривали и деланно смеялись, стараясь обратить внимание рядом стоящего парня. Мимо пронеслась милицейская машина с мигалкой и одним шофером, явно спешащим на свадьбу, а не по делу. На остановке женщина шлепала маленького ребенка, не столь больно, сколь сильно он кричал. Все шло своим чередом. Никого не интересовали чужие проблемы. "Им не до упырей и К°, - подумал Александр. Все твердо уверены в себе. Отчего же им становится не по себе, когда они внезапно просыпаются ночью?" - додумал он, уже ожесточаясь. Он вышел и направился в церковь. К ней не ходил транспорт. И он обреченно направился по железобетонной набережной. Вдоль гор намытого песка, к единственной действующей церкви, которая вообще-то называлась собором. Шел просто так, на удачу. Повинуясь скорее отчаянию, а не мысли, уже по дороге подумал: "Если все это связывают с происками дьявола, то либо так оно и есть, либо я совершу великое открытие". Здесь он саркастически и зло усмехнулся. Около церкви сидело несколько нищих и калек. Он, не замечая их, вошел в собор. Хоть он и был крещеным, но никогда здесь не был. В огромном зале, с уходящим в небо потолком, людей практически не было. С раскрашенных стен скорбно смотрели святые. Терпкий густой запах горящего воска обволакивающе погружал в нереальный странный мир. Александр остановился перед иконой. Маленький мальчик с нимбом жалобно смотрел в глаза. От пули, пробившей ему голову, по стеклу расходились трещины. А он наивно смотрел каждому в глаза, еще не понимая, что он убит. Александр резко повернулся и вышел из церкви. С шага перешел на бег, работая ногами все быстрее и быстрее, пока силы не покинули его. Потом резко остановился и упал в траву. Сердце гулко и часто стучало, сотрясая все тело. Воздух со свистящим шумом вылетал из легких, а перед глазами мальчик все еще надеялся на спасение. "Возможно, он и прав", подумал Александр. Глупый кузнечик на секунду замер у него на затылке и понесся дальше разыскивать свою скрипку. Природа сентиментально радовалась солнцу.

XXIV.

Придя домой, Александр взял спортивную сумку, деньги и охотничий нож. Задумался. Затем подошел к серванту и достал крестильный крест, надел его на шею. Взял шарф и положил в сумку. Захватил на кухне трехлитровую банку. Достал флакон из-под шампуня, сделал из него брызгалку.

Сходил в церковь за святой водой. Затем отправился в лес. В лесу долго искал осину. Одни были высокие, другие слишком молодые, третьи просто не нравились. Наконец, нашел подходящую. Попытался срезать толстую ветку. Задача оказалась сложней, нежели он ожидал. Пришлось делать зарубки по кругу. С каждым слоем дерево становилось все тверже, и нож переставал резать. Он схватил одной рукой ветвь и нажал, напрягшись всем телом. Ветка затрещала и резко ослабла. Он упал. Падая, задел рукой за что-то. Из вены потекла густая темная кровь. Он встал, рассматривая рану. Кровь шла довольно сильно, стекая, капала на отцветшие ландыши. Ему стало дурно. Присев на корточки, Александр подумал: "Этого еще не хватало. Надо сходить за топором. Иначе до завтра здесь промучусь". Он встал, взял сумку и пошел, держа раненую руку перед собой. Кровь никак не хотела свертываться. Александр не любил вид крови - его слегка мутило. Довольно сильно болела голова. Он вышел из леса. Кровь, наконец, спеклась и успокоилась. Дойдя до остановки, он сел на лавочку, положив сумку на колени и на нее раненую руку, ладонью вверх. Почти над ухом каркнула ворона. Что-то неприятное задело душу. "Я не боюсь вас, - подумал Александр. - А даже если боюсь".

- Идите к черту!

Рядом стоящие люди подозрительно обернулись на него.

Подошел автобус. Придя домой, Александр устало лег спать. Сон не шел. Провалявшись полчаса, он встал. Взял топор, положил в сумку и снова отправился в лес. Нарубил толстых осиновых веток и, выстругав из них колышки, аккуратно сложил в сумку. Сумка стала довольно большой и тяжелой. Затем, водрузив сумку на плечо, пошел в город.