Поверьте один раз (части 1 и 2) - Арсений Суворов

Александр понял: пора.

- Я нашел пару таблеток нитроглицерина. Нам пора. Спасибо вам большое за все.

- Спасибо, - поддержал Хомут.

Выйдя на улицу, они направились домой.

- Интересная старуха, - произнес Хомут. - Хотелось бы знать, она только что сошла с ума или раньше? - Он улыбнулся.

- Почему бы и не поверить? Если столько необъяснимых случайностей. Я сам чуть не поверил. А тут бабуля, всю жизнь, кроме деревни, никуда не выезжавшая.

- Ладно, кончай страх нагонять, - недовольно пробурчал Хомут. - Мне здесь жить.

- Слушай! А ты говорил насчет сточенного зуба. Сам сочинил?

- Да нет. Просто много раз слышал. Когда много раз слушаешь некоторые часто повторяемые детали, запоминаешь. Короче, я устал от этих бредней. Еще полчаса и можешь заказывать смирительную рубашку.

- Помнишь, тогда, - не унимался Александр. - В грозу. Вы с Димой спали в подвале, мы со Славой в дальней комнате. А этот, цвета хаки, около лестницы. Мне он сразу странным показался. Без предупреждения стучит. Почти не разговаривает. На девчат глядел, словно не видел.

- Я не обратил внимания. Просто ты обиделся, что он разрушил наше уединение.

До дому больше не разговаривали. Придя, потихоньку допили пиво. Появился аппетит. Поужинали.

- Когда у вас свет дадут? - спросил Александр.

- Да уж около года руки не доходят.

- Сейчас стемнеет. При свечах страшновато, однако, - произнес Александр.

- В кладовке керосинка есть. Хочешь принесу?

- Принеси.

Хомут вышел в сени. Загремел чем-то. Выругался. Раздался грохот падающего тела.

- Понаставили всякой всячины, - послышался не совсем довольный крик Хомута. Наконец, вернулся с керосинкой и пластмассовым бочонком. Долго возился, соображая, как туда заливают керосин. Сумерки плавно переходили в темноту. Александр зажег свечу. Подумав, зажег еще одну. Керосинка все же загорелась. И Хомут поставил ее на печку. В комнате стало светлей.

- Свечи потушить или оставить? - спросил Хомут.

- Потуши. А то играют на стенах, словно в склепе сидишь. Слушай! А что, если и на самом деле упыри существуют? Что тогда?

- Тогда они сегодня придут и нас съедят, - съязвил Хомут.

- Ты твердо уверен, что нет?

- Как тебе сказать, - Хомут задумался, и добавил:

- Днем да. Ночью не очень.

- А ты ночью никогда не слышал звона в ушах?

- Нет. И мозги не закручивало. И мама в детстве с крыши не роняла. Тебе не кажется, что из дупла за нами кто-то наблюдает? - добавил он с улыбкой.

-Я не знаю. Но куда бы я ни поворачивал взгляд, ловлю себя на том, что смотрю в дупло, - ответил Александр серьезно.

- Ты с этим сочинением скоро чокнутым станешь. И я в психи запишусь, добавил Хомут, уже более серьезно.

Протяжно скрипнул журавель. Ребята вздрогнули.

- Опять запел, - сказал Хомут, подавляя испуг.

- Колода обвалилась, а он поет. Родители узнают, что колодец развалился - никакая буря не поможет. И ведь не виноват, а за всю жизнь не докажешь, что он сам жить расхотел, и я здесь непричем. Был рядом - значит виноват.

- Зря ты так. Многие же свидетели видели.

- Это для меня ты свидетель, а они скажут: "Друг всегда заступится и будет выгораживать". Или вообще подумают: "Совместно развалили!"

- Успокойся. С кем не бывает! - попытался ободрить его Александр.

Лес в окне стал едва различим. Ночь опустилась на землю. Луна слабо освещала кроны деревьев. Что-то с грохотом стукнулось об крышу.

- Голубь, наверное, - произнес Хомут. Протяжно прокричала выпь. Что-то или кто-то пробежало у ограды. Звякнул громоотвод. - И в самом деле, поверишь в привидения.

- Хомут, ты никогда не задумывался? Почему охотники гонят волка, потом дуб с огромным дуплом в огне и, наконец, чистый девственный лес?

- Не знаю, наверное, так получилось. Довел ты меня! Я уже сам верю сейчас дверь откроется и войдет упырь.

За дверью раздался стук. Хомут чуть не откусил палец, которым ковырялся в зубах.

- Ребята, можно войти? - женский голос разрядил обстановку.

Хомут открыл дверь в сени, взяв лампу в руки.

- Войдите! - пригласил он неуверенно. Дверь открылась и вошла женщина, у которой они были. Она тяжело дышала, будто за ней гнались.

- Вот возьмите. - Она протянула распятие и бутылочку с водой. Хотите - верьте, хотите - нет. Но я подумала, что совершу грех, если оставлю вас здесь на растерзанье без защиты. - Она приложила бутылочку и крест к груди Хомута, зажала их его рукой. - Повесьте крест в комнате, где будете спать. А углы обрызгайте святой водой. Ну, я побежала. До двенадцати успею, еще время есть. И она вышла, захлопнув за собой дверь.

- Чумная какая-то, - произнес Хомут. Поставил лампу на печку и стал разглядывать предметы.

- Чумная не чумная, но она совершила подвиг! Веря в упырей - пошла нас спасать. - Александр взял распятие. - Давай повесим на дверь.

- Зачем?

- Чтоб дурные мысли ночью в голову не лезли.

- Ладно, давай. Только ты посвети мне, пока я буду гвоздь с молотком искать.

Александр взял лампу, и они вышли. Хомут боязливо вошел в сени, схватил банку с гвоздями и молоток и вынырнул как из воды. Прибив гвоздь к двери и укрепив крест, они сели на диван.

- Воду брызгать будешь? - спросил Хомут без всякой иронии. Александр поднялся и побрызгал во все углы.

- Идиотизм какой-то, - пробормотал Хомут смелее. Александр посмотрел ему в глаза. Тому стало не по себе. И отчетливо произнес:

- Я верю в упырей.

Если бы он сказал в этот момент: "Я упырь". Хомут бы ему поверил.

- Давай спать, - произнес Хомут, пряча глаза. -Завтра на первом метеоре уедем отсюда.

Они легли на кровать вдвоем. Александр положил бутылочку под подушку. Потушили свет. Хомут вскоре заснул. Александру не спалось. Луна бросала слабые лучи. И резьба, неравномерно освещенная, оживала, создавая зловещую панораму.

Вдруг у калитки раздался какой-то звук. Потом послышались чьи-то торопливые шаги. Внешняя дверь тихо, словно от ветра, скрипнула. Слегка напряглась трехступенчатая лестница. Как будто кто-то решил подняться, а потом, передумав, спустился обратно. "Пришел или кажется?" Жалобно крикнула сова. Александр взял бутылочку и осторожно подошел к двери. Всем телом, всей душой он почувствовал - за дверью кто-то есть. Страх поразил тело. Он ясно видел широкие плечи, большую голову на маленькой шее. Словно тень от человека. И вдруг он почувствовал, как новая волна страха вошла в него. Тень стала поворачиваться. Два зеленых фонаря смотрели ему прямо в лицо. Четыре кинжала хищно торчали из открытого рта. Подсознание, независимо от его воли, заметило - крест, который он прибил на дверь, не прозрачен. Руки судорожно открыли бутылку и стали брызгать в него. Вода, попадая на дверь, растекалась, делая ее не прозрачной, подобно ветровому стеклу, на которое попала грязная вода из-под колеса впереди идущей машины. От напряжения, разбрызгивая воду не только на дверь, Александр опустошил бутылочку. И по инерции продолжил трясти ее уже пустую. Он заметил это и остановился. Святая вода, подобно обычной грязной жидкости, стекала, и дверь вновь начинала становиться прозрачной. По мере вырисовывания силуэта, сердце Александра почему-то все сильнее и сильнее начинало стучать в висках, а дыхание становилось все тише.