Небесный полководец - М. Муркок

— По-моему, я здоров. Во всяком случае, физически.

— Физически? Думаете, у вас что-то не в порядке с рассудком?

— Говоря откровенно, сэр, у меня такое ощущение, будто я сплю.

— У нас тоже возникло подобное чувство, когда мы увидели вас внизу. Черт побери, как вам удалось добраться до этих развалин? Я считал, что это невозможно. — Разговаривая, он проверил мой пульс, посмотрел в зрачки, пощупал лоб — короче говоря, сделал все, что делают врачи, когда не видят у пациента явных симптомов болезни.

— Наверное, вы не поверите, если я скажу, что приехал туда верхом на лошади?

Врач хохотнул и сунул мне в рот термометр.

— Вы угадали, не поверю. На лошади? Ха-ха-ха!

— Так вот, — серьезно произнес я, когда он вынул термометр, — я действительно приехал туда верхом.

— Ну, конечно. — Определенно, он не поверил. — Возможно, вы в самом деле так считаете. Стало быть, ваша лошадь перепрыгнула через пропасть?

— В то время там не было пропасти.

— Не было пропасти? Ха-ха-ха! О, небо! Не было пропасти! Сэр, пропасть была всегда. Во всяком случае, она там уже очень давно. До Теку Бенга можно добраться только по воздуху. Наш капитан, майор Хоуэл, — археолог-любитель, ему разрешили исследовать эти места, а в будущем здесь, возможно, начнутся серьезные раскопки. Майор собаку съел на исчезнувших цивилизациях Гималаев.

— Едва ли можно считать Кумбалари исчезнувшей цивилизацией, — заметил я. — Ведь землетрясение произошло каких-нибудь два года назад. Я присутствовал при этом.

— Два года назад? Вы провели в этих богом проклятых развалинах целых два года? Бедняга! Надо сказать, вы прекрасно сохранились. — Внезапно он нахмурился. — Землятресение? В Теку Бенга? Я ничего о нем не слышал. Может быть, вы имеете виду…

— На моей памяти в Теку Бенга не было землетрясений, — раздался твердый, авторитетный голос Хоуэла, вошедшего в лазарет в разгар нашей беседы. Майор посмотрел на меня с любопытством, к которому примешивалось подозрение. — И мне весьма сомнительно, что вы провели в этих развалинах два года. Во-первых, там нечего есть, во вторых, вы могли попасть туда только с частной экспедицией. Но, насколько мне известно, два года назад там никто не летал.

Пришел мой черед улыбаться.

— Вы совершенно правы, сэр. В то время кораблей, как ваш, попросту не существовало. Я просто диву даюсь, как…

— Джим, думаю, ты должен хорошенько обследовать нашего пассажира, — обратился майор к врачу, легонько постучав себя по лбу. — Похоже, бедняга утратил всякое представление о времени. Капитан, когда вы отправились в Теку Бенга?

— Двадцать пятого июля, сэр.

— Гм. Какого года.

— Тысяча девятьсот второго, сэр.

Врач и майор озабоченно переглянулись.

— Именно тогда и произошло землетрясение, — тихо произнес Хоуэл. — в тысяча девятьсот втором. Погибли почти все жители, а также несколько английских солдат. О Боже! Уму непостижимо! — Его глаза снова впились в меня. — Похоже, дело нешуточное, молодой человек. Я бы не назвал вашу болезнь амнезией — по-моему это разновидность ложной памяти. А может, вы меня разыгрываете? Небось, увлекаетесь историей? Сдается мне, вы тоже археолог-любитель? Ладно, не волнуйтесь, скоро вы придете в себя и вспомните, что с вами случилось на самом деле.

— Сэр, вы не верите мне? Почему?

— Хотя бы потому, старина, что вы слишком молодо выглядите. Сегодня, да будет вам известно, пятнадцатое июля тысяча девятьсот семьдесят третьего года. От Рождества Христова, разумеется. Ну что, скажете, это не довод?

Я растеряно покивал.

— Извините, майор. В одном я с вами согласен: у меня не все дома.

— Будем надеяться, что это пройдет, — улыбнулся врач. — Скажите, а вы, часом не начитались Уэллса?

Глава V

ПЕРВЫЕ ВПЕЧАТЛЕНИЯ ОТ УТОПИИ

Наверное, врачу и майору не следовало оставлять меня одного, хотя ими, несомненно, двигали самые лучшие побуждения. Перед тем как уйти, врач ввел мне под кожу какое-то лекарство, от которого меня стало клонить в сон. Но заснуть я не мог, поскольку уже не сомневался, что неведомые силы, таившиеся в подземелье храма Грядущего Будды, перенесли меня сквозь время. По-видимому, мой рассудок не пострадал, но если я и сошел с ума, не было смысла бороться со столь отчетливой и стойкой иллюзией — лучше считать окружающий мир реальным. Мне хотелось поговорить об этом с Хоуэлом и врачом, спросить, не известны ли науке случаи, подобные моему, не доводилось ли им слышать о людях, якобы пришедших из другого времени?

Впрочем, если такие люди и появлялись, их, скорее всего, помещали в лечебницы для душевнобольных, а может быть, даже в тюрьмы. Если я дорожу свободой и хочу хорошенько познакомиться с миром будущего, а если повезет, найти дорогу в собственный мир, я должен вести себя осмотрительнее. История моего появления в Теку Бега кажется людям невероятной — так стоит ли настаивать на ее правдивости? Не лучше ли изображать амнезию? Майор Хоуэл полагает, что я — уцелевший участник какой-то экспедиции. Ну что ж, пусть так и будет. Приняв это решение, я с облегчением опустил голову на подушку и вскоре задремал.

— Корабль готов к посадке, сэр, — Услышав сквозь сон голос санитара, я попытался сесть, но матрос удержал меня легким прикосновением руки. — Не о чем беспокоится, сэр. Лежите, отдыхайте. Скоро мы причалим, вас отвезут в больницу. Просто капитан счел нужным сообщить вам, что мы уже прилетели.

— Спасибо, — произнес я слабым голосом.

— Вы обязательно поправитесь, сэр, — с сочувствием сказал матрос. — Должно быть, вам здорово досталось при восхождении. Да, с горами, особенно с Гималаями, шутки плохи…

— Кто вам сказал, что я — восходитель? Санитар смутился.

— Никто, сэр, но другого объяснения мы не нашли…

— Гм… Ну что ж, наверное, вы правы. Еще раз спасибо, приятель.

— Не за что, сэр.

Посадки корабля я не заметил, если не считать ощущения уходящего из под ног пола, нескольких слабых толчков и легкого головокружения. Собственно, о том, что мы причалили, я догадался, только когда матросы начали отвинчивать болты, которыми моя койка крепилась к палубе.

Меня перевезли в тамбур, находившийся, по моим представлениям, в средней части гондолы. Огромная раздвижная дверь, ведущая наружу, сейчас была опущена и служила трапом; поверх ступеней лежали широкие доски.

Воздух снаружи был теплым и чистым. Койка подо мной вздрагивала, когда меня везли по зеленой траве поля к белому фургону с большими красными крестами на боках — несомненно, карете скорой помощи. Карета, судя по отсутствию лошадей, была самодвижущейся. Меня окружало множество башен, весьма похожих на Эйфелеву, но уступающих ей по высоте. Примерно половина этих огромных пирамид из стальных брусьев была занята, удерживая на месте свыше полудюжины кораблей. Большинство из них были значительно крупнее «Перикла». Далеко не все летучие гиганты принадлежали военному флоту — некоторые были раскрашены более броско, чем «Перикл», и на их бортах я прочитал названия торговых компаний.