Тест - Владимир Муровайко

Леонида усадили по правую руку чуть ниже восседавшего на троне Коука, а Станиславу досталось место почти внизу, на одной из последних ступенек слева. Наивысший Сверхтяжелый после нескольких изысканных эпитетов в адрес гостей живо поинтересовался:

— Что привело вас на нашу столь отдаленную неприметную планету? Чем удостоены чести высоких гостей?

Космолетчики обстоятельно рассказали о Земле, разведке глубокого космоса, открытых цивилизациях, контактах с «чужим» разумом. Намийцы слушали не перебивая, время от времени похлопывая ушами по набухшим вискам.

— Ну и как вам наша планета? — настороженно, с едва уловимым страхом спросил Коук.

— О! — восхищенно воскликнул Станислав.— Поистине прекрасна! Он начал расхваливать увиденное, давая высокую оценку достигнутому намийцами.

Коук остался удовлетворен ответом:

— Да, мы многого достигли,— прочирикал размеренно.— По существу никаких проблем у нас нет. Была одна — перенаселение, но и ее удалось преодолеть. Поистине живем во имя добра и процветания народа Намы.

— А как вы решили демографическую проблему? — спросил Леонид.

— Не все сразу. Со временем узнаете. Надеюсь, вы не собираетесь улетать завтра, погостите немного? Ведь не видели и сотой части нашей планеты. Не так ли? Кстати, можем вас немного подлечить.

Подлечить? Да они совершенно здоровы! Слова Коука разъяснил приближенный к властелину вельможа Сиэк. Если гости пожелают, лучшие врачеватели планеты могут помочь Леониду потяжелеть, а Станиславу прибавить в росте. Когда те оказались от весьма лестного предложения — не каждый вельможа удостаивается подобной чести — Сиэк сокрушенно похлопал себя ушами по затылку, что означало крайнее непонимание, однако перечить не стал.

К концу приема пригласили к обеденному столу. Без лишних слов и церемоний все поспешно помчались к пище, на ходу отталкивая друг друга. Только самые высокопоставленные и гости во главе с Коуком остались в тронном зале — угощение им принесли сюда. К удивлению космолетчиков намийцы не ели, а запихивались. Поспешно, жадно урча, заглатывали прямо-таки неимоверное количество яств и напитков. Когда есть стало невмоготу, прислуга начала массировать привилегированным огромные животы* запихивая в открытые рты остатки пищи, пока те не начали засыпать, где кто лежал. Станислава и Леонида едва не стошнило. Наспех попрощавшись, они в сопровождении невесть откуда появившегося с огрызком какого-то розового плода в зубах Буака, покинули дворец.

III

Продолжая знакомство с Намой, земляне отмечали отменную чистоту улиц и в то же время густоту жилых застроек удивительную работоспособность аборигенов и необычную, граничащую с тупостью, подавленность населения, которая вначале казалась спокойным и уравновешенным характером; яркие нарядные одеяния и жадный блеск в глазах *при виде пищи. Леонид подметил: намийцы весьма четко «выдержаны» в росте. В пункт потребления, куда заходил высокорослый — около полутора метров абориген, никогда не откроет дверь ниже его и наоборот.

Изредка на глаза попадались низкорослые, но необычайно, до уродства толстые жители. Казалось, они пользовались особым почтением и уважением соплеменников. Буак объяснил: это руководители (не владельцы) заводов, фабрик, пунктов потребления.

На просьбы подробнее рассказать, Буак отвечал уклончиво, словно не хватало нужных слов, или заведенно бубнил:

— Таков закон.

Зато он охотно демонстрировал гостям примеры общественной «лестницы» аборигенов. Намиец интеллигентной профессии не превышает роста в 100 сантиметров и соответственно имеет маленький вес. Работающий физически— 120—130, страж порядка — 150 с незначительными колебаниями в весе. Так здесь заведено издревле.

— А если кто-то вырастет выше? — удивился Станислав.

— Не вырастет,— авторитетно заявил Буак.— Не сможет. Запрещено. Таков закон.

— Но почему? Почему?

— Перенаселение.

— Ну а если? Не бывает, что ли?

— Бывает,—нехотя прочирикал.— Изредка. Тогда уменьшат срок. Лишат бессмертия. И его, и всех в роду.

— За что? — старался выяснить до конца Станислав.— За что остальных?

— За нарушение программы. Самое страшное преступление.

Однажды земляне стали свидетелями дикого избиения аборигенки. Четверо стражей порядка лупили ее до изнеможения по чем попало, зло, безжалостно. Леонид хотел броситься на помощь, но Станислав сжал руку:

— Не смей вмешиваться. Нельзя!

— Но ведь… женщина.

— Не смей,— прошептал,— прямое вмешательство. Неизвестно, чем может обернуться.

На вопрос, что произошло, Буак хлопнул в воздухе ушами и подошел к стражу порядка выяснить. Завидев высоких гостей, тот присел на корточки, возведя к небу руки, приветствуя космолетчиков, и с сияющей улыбкой охотно зачирикал. Когда окровавленное тело избитой поволокли по улице, Буак без малейшего намека на душевное беспокойство спокойно ответил:

— Она нарушила закон. Совершила преступление. Тяжкое, вопиющее.

— Какое? В чем заключается? — вскричал Леонид.

— Родила третьего малыша. Обошла контроль,— бесстрастно прочирикал.—1 А срок у нее почти вышел. Уже раньше имела двоих. #

— Вы не знаете нашей истории,— посмотрел на возмущенные лица космолетчиков.— Истории перенаселения. Пробел. Необходимо заполнить. Завтра объясню.

IV

В давние времена планету обуял демографический взрыв. Уже тогда цивилизация на ней достигла высокого уровня — были побеждены практически все болезни, продлена жизнь, поразительными темпами развивалась промышленность, наука, культура. Быстро осваивались малодоступные регионы. Предпринимались попытки к изучению Вселенной. Однако возникла проблема — тяжелая и ужасная — перенаселение. Аборигенки обычно рожали сразу трое, а то и больше младенцев. Если раньше подобное «регулировалось» высокой детской смертностью и сравнительно недолгой жизнью, то теперь «заслона» не стало. Причем намийки рожали за жизнь по нескольку раз. Начала ощущаться нехватка продовольствия, над планетой витал страх голода. Проблемы сыпались одна за другой: жилье* одежда, природные ресурсы… Места не хватало.

Ученые выдвинули смелый проект заселить ближайшие планеты. К несчастью, несколько кораблей с первыми переселенцами по неизвестным причинам не достигли цели. Авторов казнили, а сам проект прикрыли, навсегда предали забвению.

Именно тогда, продолжал рассказывать Буак, и возник знаменательный, поистине революционный проект группы биологов- медиков во главе с великим Лейком.

— Места на планете хватит всем! — заявил он.— Нам никогда не придется страдать от нехватки жилья, продовольствия. Каждый получит их сполна.