Дар страны Мидос - Алексей Удалов

Наутро, как только явилась горничная, он спросил ее:

— Мадлен, к вам в обслугу набрали пополнение?

Девушка удивленно хлопнула ресницами.

— С чего ты взял?

— Ночью привезли людей на виллу.

— Не знаю… Я спала, не слышала… Если только больных привезли.

Макар напрягся.

— Больных? И часто их сюда привозят?

— Ну, привозят иногда. Их тут лечат.

— От чего?

— А я откуда знаю! Я их и не вижу никогда.

— Где они живут?

— Не знаю.

— А кто их кормит, обслуживает?

— Наверное, санитары.

— А обратно их увозят, после лечения, ты видела?

— Не знаю, что ты пристал! — она ткнула пальцем в окно. — Вон, смотри, Карлос идет.

Мадлен убежала разносить завтрак соседям.

Прошло еще две недели обитания в наукоемком тропическом раю. На днях, в третий раз с начала отбывания срока, Макару дали позвонить родителям.

Все разговоры стажеров с внешним миром велись в присутствии худого и высокого начальника безопасности острова Клауса Люмге. Кроме фамильного немецкого происхождения этот немного нервный господин ничем не отличался от чистого американца.

Он снова проинструктировал Макара о чем можно говорить, а о чем нельзя. Потом переводчик (откуда они его только выкопали — раз здесь не было до этого русских) надел наушники и принялся ловить каждое слово разговора, готовый в любую секунду разорвать соединение. Но Макар и сам понимал всю бесперспективность опрометчивых высказываний.

Мать говорила, что ушла в отпуск и часто пропадает на даче — копается в огороде. Яблок в этом году будет видимо-невидимо. Они с отцом постоянно думают о нем. Все-таки надо звонить почаще, хоть и предупреждал, что будет очень занят… Номер-то недолго набрать… Как у него там дела, как живет, как питается?..

Денис Макарович поинтересовался его вхождением в должность, каковы условия работы в институте.

Переводчик сразу насторожился, вперил взгляд в русского.

И Макар рассказал все, как есть…

Что самочувствие у него хорошее — за полтора месяца здесь полностью акклиматизировался, успешно осваивает специфику новой работы, скоро сам займется интересными исследованиями; живет в отличном двухкомнатном номере с кондиционером, с питанием проблем нет, от недостатка финансов не страдает…

Если с умом говорить правду, то никто не догадается, что ты врешь.

После сеанса связи разговаривающая и подслушивающая стороны остались довольны друг другом.

Доктор Брэд, несмотря на занятость, не забывал своего протеже. По паре раз в неделю он вызывал Макара к себе, интересовался успехами в учебе и всякий раз оставался доволен. Профессор выкуривал за беседой сигару, напутствовал на еще большее рвение и отпускал Макара с миром.

В последний раз он вообще заявил, что стажер вполне дозрел до серьезного профессионально-предметного разговора. По мнению мэтра, новый сотрудник уже достаточно адаптировался на острове, осознал потенциальные возможности проекта, а главное — лично убедился, что ради настоящей науки в жизни можно пренебречь многим, отбросить все лишнее и наносное, чем изобиловало его отягощенное обывательскими представлениями прошлое. И вот, за эту верность науке, профессор обещал вскоре приоткрыть завесу секретности, познакомить Макара с такими перспективами, от которых у самого нечестолюбивого человека загуляет хмель в голове. Не далек тот час, когда Мак будет лично ассистировать Брэду, но это пустяки. Главное — результаты, а еще грандиознее — цели, которых скоро добьется разум всей их, без преувеличения сказать, элитной команды.

…«Что ж, подождем ваших откровений, — прокручивая в голове сказанное, терялся в догадках Бережной. — Чем вы нас еще удивите?»

8

Выскочившее из океана солнце вымазало цветом пространство, и навалился новый жаркий день.

Макар с охранником Тэдом шел в лабораторию. Путь, как обычно, лежал по брусчатой дорожке, и дальше, по блестящим мраморным ступеням крыльца, внутрь виллы. Там, огибая парадную лестницу, они дошли до тыльной стены здания. Тэд достал из кармана связку пластиковых карт и провел одной из них по щели кодово-замочного устройства. Часть стены, плавно урча, отъехала, открыв длинный светлый тоннель, как переход в метро. Прошагав по нему, стажер и конвоир оказались в широком квадратном бункере-фойе, где в стенах виднелись двери четырех пассажирских и двух грузовых лифтов. И еще несколько металлических дверей для входа в помещения этого этажа. На одной из них висела табличка: «Security Office». Там располагался центральный пост охраны всей горы.

Этот этаж — нулевой уровень.

А вообще, в кабинах лифтов были кнопки от плюс-четвертого до минус-шестого этажей. То есть всего — одиннадцать этажей!

Сегодня опять спустились на минус-второй этаж — практиковаться в работе с оборудованием. Прошли коридором со множеством дверей. Сбоку, за стеклянными стенами, лежала стерильная лаборатория, уходящая котлованом глубоко вниз — там работали крупные технологические агрегаты.

Бережной, оставив все мирское, с трепетом обратился к уникальным приборам. Работая с ними уже не одну неделю, он все еще испытывал радостный испуг. Нечто похожее было, когда первый раз сел за руль машины.

Наставник в этот раз попался дружелюбный — один из немногих нормальных здесь — рассказывал, показывал, уточнял, что было непонятно. Спустя несколько часов, вызвав Тэда, Макар возвращался назад довольный — все у него получается, и вообще, дай бог, все образуется, как предрекает профессор.

Покинув лабораторию, они шли знакомым коридором мимо множества дверей.

Вдруг одна дверь открылась, и санитар выкатил коляску с пристегнутой по рукам и ногам молодой девушкой. Она была в ярко-желтой пижаме с красной буквой «Р» на груди.

Увидев замершего Макара, она сузила глаза и выпалила по-русски:

— Что вылупился на меня? Мразь!..

Макар вовсе оторопел. Потом пригляделся. И пошатнулся.

— Марина?!

— Заткнись, тварь! Хватает еще наглости со мной заговаривать… Убить мало! — в ярости она начала дергаться в коляске, пытаясь высвободиться из ремней.

Опомнившийся санитар развернул коляску и быстро повез ее к лифту.

Бережной в два прыжка догнал их и преградил дорогу.

— Марина, ты узнаешь меня?! Я Макар, мы в самолете вместе летели!

Девушка окончательно вышла из себя.

— Слушай, ты, ублюдок, я тебя прекрасно узнала! Уничтожить бы тебя, как собаку! Да вы и есть тут все собаки…

Она подняла голову к санитару и крикнула по-английски:

— Отстегни меня!.. Скоты…