Единство-2 - Данияр Саматович Сугралинов

Собрав волю в кулак, я уставился на Хинтерлиста, который наконец перестал смеяться. Его лицо посуровело, взгляд стал торжествующим, таким, словно он давно ждал этого момента. Очевидно, статус моего союзника не нравился Хинтерлисту, он считал меня юнцом и выскочкой, который чуть не сломал все то, что он выстраивал почти двадцать лет.

Таймер Земных объятий показывал, что до конца стана чуть меньше семи минут, когда Хинтерлист соизволил ответить:

— С явлением Бездны мир не стоял на месте, Скиф. Все клятвы, данные до нее, к твоему сведенью, обнулены. Похоже, этот момент прошел мимо тебя, а я был бы последним дураком, если бы упустил такой шанс! Истинное бессмертие!

Таймер стана скакнул и показал, что до конца осталось не шесть, а меньше трех минут, а потом это произошло снова. Логи дали объяснение, сложнее всего было сдержать ухмылку и не дать насторожиться Хинтерлисту раньше времени. Ведь «аура горевестника несет несчастья всем тем, кто уступает ему в удачливости, но осмелился поднять на него руку».

— Решив, что это твой шанс, ты и стал последним дураком, — сказал я. — Но, раз так вышло, расскажи, как Пайпер достигла такого уровня. По старой дружбе.

— Я тебе не опереточный злодей, чтобы бахвалиться почем зря, — покачал головой Хинтерлист. — Поймешь, когда моя девочка сделает то, что должна.

В этот момент таймер снова скакнул, и до конца дебафа осталось тридцать две секунды. Меньше минуты до шанса спастись.

— Да брось, старик, мы же через столько прошли вместе! — воскликнул я. — Скажи хотя бы, как и почему Бездна вышла именно на ваш клан? Наверное, потому, что вы сильнейшие в Дисе?

— Не умеешь ты льстить, парень, — вздохнул Хинтерлист. — Но раз уж просишь по старой дружбе… Скоро сам все узнаешь. — Он повернул голову и крикнул: — Доченька, мы закончили!

— Нет, мы только начали! — гаркнул я и ушел в Ясность, ускоренную Стремительностью урагана.

Мир вокруг застыл, звуки стихли, кислотные капли зависли в воздухе.

Взлетев, я смог рассмотреть всех: отвернувшегося Хинтерлиста, Ярого и Саяна с оружием наготове, Пайпер среди группы более молодых членов «Модуса», среди которых я различил разбойника Квинто, охотника Кобу, храмовницу Элисон, паладина Эквилибриума… Всего сорок человек, включая Пайпер. С кем-то из них я побеждал на Демонических играх, но при мысли о погибших Краулере и Тиссе мое сердце не дрогнуло — каждого я заразил Порченой кровью. Буйство Хаоса сделало так, что дебаф каждого стал уникальным. Каждые шесть часов они будут умирать, терять 10% набранных уровней, а потом снова умирать, если, конечно, не смогут снять проклятье.

Взлетев чуть выше и расположившись в центре всей вражеской группы, я ударил Возмездием Спящих.

Незримая смертоносная волна разошлась от меня во все стороны — довольно быстро даже с учетом моего убыстрения. Я видел, как призрачное пламя постепенно становится ярче, выжигая воздух вокруг себя и разрывая пространство. В реальном времени все произошло бы за доли секунды, но благодаря Ясности я видел каждую деталь.

Волна Возмездия достигла скопления врагов и пронеслась сквозь них. В первое же мгновение их экипировка и волосы вспыхнули и сгорели без следа. Затем пламя принялось за плоть. Кожа покрылась ожогами и пузырями, сморщилась и начала отслаиваться, обнажая покрасневшие мышцы, которые быстро спеклись, буквально отваливаясь от костей кусками.

Я видел, как лопаются глаза на до того улыбавшихся лицах, как они вытекают из глазниц, как плавятся носы и уши, как вскипающий жир капает с обнажившихся костей. Лица превращались в обугленные черепа, а кровь в жилах закипала и испарялась, разрывая сосуды. От внезапной боли некоторые пытались кричать, но горло сразу выгорало, и из перекошенных ртов вырывалось лишь неслышное шипение. Сухожилия скручивались, конечности корежились в предсмертных судорогах. Даже кости начали тлеть и обращаться в пепел от невыносимого жара. Их агония длилась целую вечность и в то же время доли секунды.

Когда Возмездие схлынуло, к запаху кислотных испарений добавилась тошнотворная вонь горелой плоти, а там, где они стояли, лишь неподвижный пепел медленно кружился в воздухе, оседая на выжженную землю.

С момента, как я освободился от Земных объятий, для них прошло не более десяти секунд, многие еще даже не поняли, что случилось. Все, кроме Пайпер, погибли.

То, что произошло между нами, наглядно показало механизм работы Пути отражения Устойчивости. То, что она прокачала тот же Путь до капа, стало для меня неприятным сюрпризом — она отразила большую часть урона, которая вернулась ко мне, и уже мое Отражение сделало то же самое. Этот пинг-понг уроном все еще продолжался, отразившись туда-сюда около сотни раз. И хуже всего, что ее шкала жизни едва поколебалась, после чего мгновенно восстановилась!

Фигура Пайпер озарилась зеленым свечением, после чего до меня донесся ее замедленный голос:

— Впе-е-еч-ч-ча-а-ат-т-тли-и-ил… С-ски-и-и-и-иф-ф…

Замедленный, но все же не в двадцать раз, как должно быть.

Друидка посмотрела на меня и сделала шаг, другой, третий! У нее точно был свой аналог Ясности, и, если бы не дополнительное ускорение Стремительности урагана, мы бы с ней находились в одном временном потоке! Что это — Путь времени Устойчивости? Если у нее полностью прокачаны Пути отражения и времени… Неужели она была в Бездне? Иначе объяснить ее скоростную прокачку я не мог, еще недавно у нее был 243-й уровень или около того!

Мысли пронеслись за доли секунды, на дальнейшие рассуждения не было времени — Пайпер начала кастовать, ее руки объяло зеленое сияние. Используя двойное преимущество в скорости, я ушел ей за спину, взвинтил резервы ресурса за счет маны и приготовился ударить Сокрушающим выбросом духа. Выбор именно этого приема был связан с тем, что с максимальной Устойчивостью мои прочие атаки для Пайпер не страшнее укуса комара, тогда как могущественный прием из арсенала Оямы полностью игнорирует показатели брони, защиты и любых сопротивлений цели.

За мгновение до атаки я вспомнил, что могу облегчить задачу, использовав Уравнитель. Мгновенная активация артефакта, понизившая уровень Пайпер