Куколка - Виктория Серебрянская

Тесты начались на следующее утро, едва ли не с рассветом: Иная пришла за мной, когда за окном начало сереть, и объявила, что нам пора. Меня такая спешка поставила в тупик. Но все оказалось банально и просто: узнав, что я вышла из комы, из Арганадала прилетели несколько высокопоставленных медиков и чиновников, чтобы лично присутствовать при тестах. А так как их график давно был расписан по минутам, пришлось переместить испытания для меня на более раннее время.

Мне чиновников не показали. Иная привела меня в большое помещение, живо напомнившее обыкновенный земной спортзал со снарядами. Во всяком случае, беговую дорожку я опознала точно. Но внимательнее изучить предлагаемое не вышло: нервничающая Иная снова обвешала меня эмиттерами, будто елку игрушками. А потом началось развлечение.

Наверное, у Инаи был какой-то наушник, в который ей командовали, что я должна сделать. Потому что она гоняла меня от снаряда к снаряду без всякой видимой системы. Я отжималась просто так и с утяжелением, качала пресс, подтягивалась, бегала на дорожке с разной скоростью. И под конец даже начала уставать. Хотя поначалу было просто скучно и легко.

Ожидаемо, на этом тесты не закончились. Даже скомандовав «стоп», Иная не сняла с меня эмиттеры, а отпустила с ними на завтрак, особо предупредив, что по поводу моего меню на сегодня она оставила строгие распоряжения. И тихо шепнув на ухо, что высокая комиссия пока очень довольна результатами.

После высококалорийного, как я понимаю, но совершенно безвкусного завтрака мне было предложено проверить выносливость забегом по полосе препятствий. Запустили меня на ту же полосу, которую я проходила со своей командой. И с Дайренном. Эта мысль на миг кольнула отравленной иголочкой тоски и сожаления. Но на рефлексию времени мне не оставили, дав команду на старт. И я побежала.

Было так странно повторять то, что совсем недавно я даже с чужой помощью не сумела одолеть физически. Теперь же все препятствия проходила самостоятельно и не задумываясь. Даже ускорив ритм, мое сердце работало как маятник — ровно и ритмично. Дыхание не сбивалось. И бок болеть, похоже, даже не собирался. Как результат, я и не поняла, как испытание завершилось.

На этот раз вместе с Инаей ко мне подошел начальник лагеря и еще трое: фарн и двое яоху. Что меня ни грамма не удивило. Всем известно, что яоху больше всего на свете уважают науку и новые научные изыскания. Следовательно, их не мог не заинтересовать мой эксперимент.

— Как вы себя чувствуете, курсант Гусева? — вежливо спросил у меня тот, что постарше, после того как мы поприветствовали друг друга. При этом жадно разглядывал меня, будто редкий бриллиант чистой воды.

Я послушно прислушалась к ощущениям:

— Ощущается легкая, приятная усталость. В остальном все хорошо.

Яоху кивнул. Словно ничего другого и не ожидал услышать.

— Великолепно! Тогда, — он повернулся к Инае, — я даю добро на дальнейшее обучение это девочки. Но под неусыпным медицинским контролем. Боюсь, доктор Деэри, ваша командировка продлится еще немного. Считаю необходимым, чтобы за состоянием объекта наблюдал тот, кто, так сказать, стоял у истоков. Вы лучше остальных понимаете, что происходит, знаете больше других. Не придется тратить время, чтобы ввести вас в курс дела. К тому же, если что-то пойдет не так, вы это заметите быстрее, чем те, кто не знал курсанта Гусеву до модификации. Если вдруг станет раньше понятно, что модифицирование данного организма, успешно или не очень, завершено досрочно, вы сразу же сможете вернуться в свои любимые лаборатории.

«Любимые лаборатории» яоху произнес с тонкой иронией и доброй улыбкой. Будто разговаривал с собственным непоседливым чадом, рвущимся раньше времени на улицу к друзьям. Но Иная даже не улыбнулась:

— О! Благодарю вас, профессор, не беспокойтесь! Мне и самой хочется довести дело до логического конца, поэтому протестовать против продления командировки я даже не собиралась. И охотно последую за курсантом Гусевой в академию.

— Отлично, — благосклонно кивнул яоху. — Тогда буду ждать ваших подробных отчетов. Уж очень интересный попался случай!

Они еще немного поговорили о генной инженерии. Но из всего разговора я поняла не более полудюжины терминов. Единственное, что я знала наверняка, это то, что мне дают добро на дальнейшее обучение. Сначала здесь, а затем в академии…

* * *

Спустя три месяца. Академия.

Входя в ворота Первой Звездной Академии Альянса спустя три месяца после завершения эксперимента и почти полгода после того, как я ее покинула в компании командора Дайренна, я нервничала куда сильнее, чем когда входила в эти же ворота почти год назад, чтобы всеми правдами и неправдами поступить сюда на обучение. Как же давно это было! Кажется, что и не в этой жизни вообще.

— Ты чего? — удивленно поинтересовалась Иная, идущая рядом со мной. Ее комм, на который выводились промежуточные результаты с эмиттеров, почти сошел с ума, захлебываясь тревожным писком. С эмиттерами я сейчас ходила постоянно. — Что не так? Откуда такая нервозность?

С ответом я не нашлась. Что я могла сказать? Что у меня ощущение, будто я сейчас начну все заново? Словно и не было этих месяцев в тренировочном лагере, в течение которых меня гоняли безо всякой жалости и снисхождения, тренируя мою выносливость, исследуя границы моих возможностей. Или что волнуюсь, как меня встретят ребята, с которыми училась? Раньше я была ни на что не годной слабачкой. Теперь — модификант. Хоть и сертифицированный. А ведь Альянс совсем недавно перестал уничтожать всех подряд модификантов…

А еще я совсем не ожидала, что при виде знакомых корпусов академии и знаменитого на всю Вселенную розовато-лилового неба Лураны в сердце будто вопьется невидимый отравленный шип. Я долго себя убеждала, что все случившееся к лучшему. Но все же так и не сумела избавиться от чувств к одному киллу…

Иная выполнила свое обещание и навела справки. Но полученная ею информация меня не порадовала: Дайренн будто сошел с ума. Он сдержал свое обещание и переписал на мое имя квартиру в столице Альянса. А также все, что у него было. А сам сменил имя и завербовался куда-то на окраины обжитых секторов. Смешно, ей-богу! Будто девица, сбегающая от нежеланного брака! Можно подумать, что я стала бы его преследовать или требовать, чтобы он на мне женился. Не стала бы. Все равно между нами ничего не было. И пользоваться