Я из будущего - Владимир Поселягин

На десятый день моей жизни в лесу, староста чуть не влетел в историю. В село прибыл взвод охранной дивизии и организовал прочёсывание с обыском домов. Тогда нашли двух раненых красноармейцев, которых погрузили в кузова машин, старосте влетело за пренебрежение своим долгом. Да и полицию что офицер командовал прибывшими немцами, наказал, особенно их старшего. Вот его мне жалко не было, скотина порядочная, а старосту я прикрыл, сдал ему информацию о группе советских солдат, что стояли лагерем в лесу. Немцы с пленными ещё не отбыли, поэтому, когда староста, отойдя до "ветру", нашёл приколотую бумажку, с убедительным советом сообщить об этом немцам, то подумав, он передал информацию. Немцы быстро попрыгали в машины и отбыли. Потом в лесу был бой, тут уже я вмешался, ну и полностью уничтоженная банда дезертиров, выдававшая себя за окруженцев, как итог.

Я их в этот же день приметил, утром, сразу сообразив, кто это. Ну, кто ещё будет водить с собой пять женщин, трёх в своей же форме и двух одетых по гражданке и по очереди насиловать их в своё удовольствие. Да и двух окруженцев, что на них вышли они прикололи штыками, сняв с них оружие. Командиров у них тоже не было, банда она и есть банда. Я и сам хотел их уничтожить, а тут немцы появились, так что, просто натравил их на дезертиров, и старосте помог реабилитироваться, и парней раненых из кузова достал и утащил в лес, да и девчат вызволил. Боя как такового могло и не быть, дезертиры не стали бы воевать. Но когда немцы проходили мимо снятого мной часового, то я дал очередь из пулемёта, свалив троих, дальше о том чтобы взять русских в плен, немцы и не помышляли. Да и дезертиры, сообразив, что шансов у них нет, дрались надо признать ожесточённо, немцы отделение потеряли во время этого боя только убитыми, но всё же почти всех перебили. Трое смогли прорваться, но я их догнал и добил. О раненых немцы сами позаботились.

Пробраться в лагерь к полусонным бандитам труда не составило, как и подобрать нечищеный, но снаряжённый "ДП", дальше дело техники. Так что я только порадовался, и хорошим людям помог, ну и лес свой очистил. Конечно, я колебался насчёт вызволенных пленных и девчат, но решил, что помогать им буду только со стороны. Так что выдал им две телеги убитых мной пару дней назад полицаев, продовольствия на несколько дней, оружия, шесть карабинов и один "ДП" с запасом патронов и направил в сторону отступающей Красной Армии. Нет, я не такой скотина который их бросил на произвол судьбы. Что могут измордованные бандитами пять девчат и оба раненых, причём не ходящих? Я сделал так, чтобы они сошлись с небольшой, но боевой группой окруженцев. Там было пять пограничников и танкист в обгоревшем комбинезоне. Дальше они уже шли вместе. Там лейтенант-пограничник командовал. Задержались они в этих местах из-за раненого лейтенанта, выхаживая его. Дорогу тот уже мог выдержать, а тут две телеги и свои с оружием и припасами, почему бы и не объединится? Шанс я им дал, надеюсь, дойдут. Это были самые интересные дела, которые происходили со мной за эти десять дней, что я жил в лесу. Кстати, эту ночь я провёл в чистой постели с очень сочной женщиной. Ну, наконец-то.

Дело-то житейское. Когда я ещё продавал мясо кабана, приметил молодку, что ко мне приглядывалась. Я тогда ей рёбра отдал и часть ливера за свежую капусту, а она мне пару молодых вилков срубила. Практически за просто так мясо отдал. Та это оценила и вчера когда я, отправив телеги с освобождёнными парнями и девчатами, заглянул в село, умудрилась меня углядеть и пригласить в баньку. Мол, баньку она затопила. Я уже про неё всё выяснил. Живёт тут два года с момента окончания Польской компании, жена помершего агронома. Утонул по пьяни в реке. Детей нет, любовника тоже. До того как совхоз уничтожили, работала бухгалтером, сейчас живёт сельским хозяйством. Оно у неё небольшое, должно хватить перезимовать. До мужиков, похоже, голодная. Так что я её понимал, сам в такой ситуации. В баньке та обнажённая скользнула ко мне, помогла намылиться, нисколько не стесняясь трогать некоторых частей тела, попарила, веником отходила. Ну и я облапал её невольно, когда веником отходил. То, что я был возбуждён, было видно, и ей это нравилось, да и молодуха мне по душе пришлось. Стройная, крепкая, двадцать два года, груди налитые, ещё не свисают своим третьим размером. И куда местные мужики смотрят? Дальше мы уже в предбаннике разошлись, где я ею впервые овладел, потом ушли в дом и продолжили там. Сам домик у хозяюшки был небольшой из двух комнат и не отапливаемой веранды да сеней. Передняя с небольшой печкой, кровать у стены, скрипучая, я уже с хозяйкой несколько раз за ночь в этом успел убедиться. Стол, пару стульев, занавески на окнах и половички на деревянном полу. Кухня, у задней стены большая русская печь с лежанкой и шкурой на ней. Стол у окна, три табуретки и буфет. Половик ещё к двери лежал. По виду не богато, но по сравнению с соседями есть чем гордиться. То есть бедность не афишировалось, хотя, на мой взгляд, всё в достаточной степени убого.

Сегодня утром после жаркой постельной разминки, та покормила меня на кухне. Кстати, готовила хозяюшка, которую звали простым русским именем Таней, в печке на улице. В огороде за домом. Так все в селе готовили, в печках в доме только с наступлением холодов это делали. Вот так, век живи век учись.

Пока я ел та села напротив и, подперев ладонью щёку, счастливыми глазами смотрела на меня:

— Уйдёшь? — прямо спросила Таня.

— Пока нет, — ответил я, вызывав у неё ослепительную улыбку.

Следующий месяц я так и прожил в селе. А что, дивчина под боком, дом, всё есть, почему в таких условиях не дождаться появления работорговцев? Тут главное чтобы они не раз в год прилетали, а хотя бы раз в полгода.

Само село было далеко от дорог, спокойное и тихое место. За этот месяц практически ничего и не случилось. Разве что вспомнить можно как на поле грохнулся огромный советский самолёт. "Пе-8" кажется. Оттуда двое лётчиков вылезли, остальные видимо раньше с парашютами попрыгали. Их наши полицаи скрутили, а я помог лётчикам бежать. Вот в принципе и всё. Если окруженцы и встречались, то в основном беглые из лагерей, но таких было только трое. Свою сторожку я законсервировал на это время, вот там во время одной из проверок и нашёл двух беглецов. Все мои схроны наши и отъедались. В принципе я особо не прятал, так что, не выдав своего присутствия, спокойно ушёл. Вот посуды в строжке почти не было. Штука нужная, держал, как тревожный чемоданчик, если срочно придётся покинуть село. Сегодня такой день настал. На тридцать второй день моего проживания в селе, Лидия вдруг перехватила сигнал, который оборудованию создаваемом на Земле, никак не могло принадлежать. У меня аж сердце ухнуло, не уж-то прилетели?

Сборы были быстрыми, под несчастными полными слёз глазами Тани. Печально вздохнув и быстро попрощавшись, я покинул дом и само село, бегом направляясь к ближайшему аэродрому немцев. Для быстрого перемещения мне нужно что-то летающее. Конечно, покидать Таню было очень тяжело, мне она нравилась, настоящая русская баба, преданная и любимая, но дело не стоит, мне нужно добыть судно работорговцев, вот после этого... После этого подумаем. Дивчина мне действительно понравилась, хороша и душой и телом, так что если что, заберу её отсюда. Сам я в селе прижился, поправил всё в хозяйстве у Тани, прошёл проверку у старосты, тот меня впервые видел, я с ним всё записками до этого общался, и потихоньку вживался в местную жизнь. Тайком охотой промышлял, так что Таня натушила мяса на всю зиму в горшках, и по моему совету оставила в погребе только самую малую часть. Я в лесу выкопал погреб-ухоронку. Там теперь она свои запасы и держала. Найти схрон не зная о нём, нереально, уж тут я постарался, так что, запасы у девушки должны были остаться. Если немцы метлой пройдут по селу, выгребая продовольствие, то Таня мало пострадает. Не помню, они этой зимой грабить начать должны будут, или следующей?

Скука одна и тех бед, что не давала мне покоя. Учить базы? У меня большая часть много ранговые и уже поднятые, дальше учить без специализированной капсулы смысла не было, процент подъёма ничтожный. Так что я занимал себя как мог. Не только хозяйство поправил у Тани на зависть соседкам, но и дров привез, забив дровяной сарай, и сложил пару отдельных поленниц. Охота, изучение леса, всё это было. Однако, как избавиться от скуки я нашёл в самом селе. Оказалось меня окружало столько не огранённых талантов, диву даёшься. Старик Михей через два дома от нас был мастером плетения корзин. Когда он прикорнул на завалинке, пригревшись на солнышке, я снял с него слепок памяти. Базы "Сбор лозы" второго ранга, и база третьего ранга "Плетение корзин" были мной выучены быстро, ещё быстрее я овладел плетением корзин, наработав опыт. Таня потом даже не знала, куда ей столько корзин девать. Часть распродала, часть хранила на будущее.