Я из будущего - Владимир Поселягин

В общем, появился я как нельзя вовремя. Кстати, на помощь этому батальону шла дивизия, судя по пехотным колонам. Представив, что немецкие танки прорвутся через позиции батальона, поднимутся на холм и атакуют дивизию на марше, мне даже стало не по себе. Артиллерия на колёсах, привести её к готовности к бою не быстрое дало, так что передовые полки будут рассеяны, а пока соберёшь их, тут и остальные немцы подойдут. В общем, погибнет дивизия, так и не вступив в бой. Вот как я вижу её будущее и в моих силах хоть что-то изменить. Попробую, аж руки чешутся, но надеюсь это в последний раз, и так уже влез в это дело. Не знаю как там, в будущем, есть изменения с моей версией будущего или нет. Поживём, увидим.

Естественно тратить боезапас пулемётов я не стал, пустое это дело стрелять из них по танкам, хотя четыре из них и лёгкие. Зачем, если есть бластер. Так что, высунув руку наружу, я атаковал передовую линию и открыл огонь. С первого захода три танка взорвались яркими вспышками от детонации боекомплекта. Можно было и пять подбить, но я при свидетелях работал, могли и почуять что здесь что-то не так. Да и мне было сложно работать. Рука у меня отнюдь не длинная, вот и приходилось высчитывать шаг винта, чтобы капсулы с плазмой пролетали между движением винта, не касаясь его самого. Дело сложное, поверьте мне. Не верите? А вы сами попробуйте. Я конечно на колонне натренировался, но всё равно приходилось напрягаться и высчитывать, когда нажимать на спуск, чтобы плазма пролетал между винтами.

Сделав разворот, я пошёл на второй заход и уничтожил в этот раз пять танков. Тут причина была веской так поступить. Пока я работал по наземным немцам, Лидия, что контролировала небо, сообщила о подходе пары "мессеров" вот я и торопился, чтобы как можно больше помочь нашим обороняющимся парням. Кстати, они мне махали руками из ячеек. Да и сами не сидели, сложа руки, уже два танка замерло на их позициях тёмными массами.

— Успею третий заход сделать, — мельком обернувшись, сказал я. — Следи за ними. Как атакуют, предупредишь.

— Хорошо.

Всё-таки третий заход я успел сделать, ещё три танка в минус, остальные обороняющие добили. Да ещё один, всё же прорвавшись через позиции батальона, пыля по полю, взобрался холм по дороге и вдруг встал. Это я его подбил, но стрелял не фугасом, а сделал это бронебойным выстрелом. От меня не уйдёшь. Стрелял так, чтобы его мне не приписали, а то я атакую, и танки взрываются яркими фейерверками. А так попал снаряд в машинное отделение и каюк мотору. Всё, не сдвинуть теперь этот кусок мёртвого железа. Правда и подобраться к нему сложно, всё-таки экипаж внутри и выковырять ему будет трудно, башня во все сторону крутиться, если только пушку на прямую наводку выкатить. Но это реально уже проблемы обороняющихся, до меня та пара "мессеров" добралась, и пришлось очень сложно. Я вдруг обнаружил, что то, что я научился управлять самолётом в воздухе за те считанные минуты, что в нём нахожусь, практически ничто для опытных пилотов Люфтваффе. Какое там их сбить, вообще бы уйти с их линии атаки, а те всё старались меня к земле прижать и добить. На вертикалях мы на равных были, те этого не ожидали и сменили тактику. Сейчас на горизонталях работаем.

Плюнув на местные правила ведения воздушного боя, я просто пристрелил пилотов, причём один заходил сбоку, второй держался в хвосте, так что мне их как сбитых было не приписать никак, и я надеюсь, так и будет, мне оно как то без нужды. Выпрямив полёт и посмотрев на датчик топлива, баки были практически пусты, я развернул свой "ишачок" и направил его в сторону бомбардировщиков. Двенадцать штурмовиков были на подлёте и явно собирались атаковать дивизию на марше. Батальон в обороне их явно не интересовал. Как подслушала Лидия переговоры пилотов, они считали, что эти позиции уже захвачены, видимо с земли преждевременно сообщили об этом успехе. Я-то думал "мессеры" из группы по охране колонны на дороге, а они оказывается, небо расчищали.

В этот раз я всё же решил воспользоваться бортовым вооружением. А то, сколько можно, что ни делаю приходиться из бластера стрелять. Штука конечно ну очень хорошая, однако и меру надо знать, да и получать реальный опыт применения современного в это время и на этой планете оружия. Первый же заход показал, что нужно было использовать бластер. Да нет, наговаривать на себя я не буду, попал и это видно, крылья на передовом штурмовике топорщились пробоинами как у меня левое крыло после первой атаки "мессеров", однако попасть это одно, тут и сбить ещё нужно. А вот с этим делом как-то не сложилось, сколько не стрелял во время второго захода, только один сильно задымил и, развернувшись, потянул к своим. Тут или оружие слабое, или бортовая броня у немцев хороша, или всё вместе. Точно целится из тех "тарахтелок" что стояли на борту "ишачка", не сильно получалось, как не целил по кабинам, но пули летели всегда туда, куда им надо, а не мне. Тут или стволы расстреляны, или просто не произведён прицельный отстрел бортового вооружения. Обидно, ни одного не сбил, однако свою задачу, как ни странно выполнил. Прорваться к походным порядкам дивизии не дал, а передовой полк между прочим уже скорым маршем подходил к обороняющемуся батальону. Кстати, просто обтекая по сторонам подбитый мной на холме танк. Люки у него открыты, а экипажа рядом не было, видно сбежал пока я петли с "мессерами" выделывал.

Мои атаки немецких штурмовиков были какие-то суматошные, я торопился их отогнать, топлива в баке на нуле, мотор вот-вот встанет, и когда те потянулись в свою сторону, сбросив бомбы в пустое поле, то и я развернулся в советские тылы. Мотор как по закону подлости как будто этого и ждал. Зачихал, заработал, снова зачихал и всё, встал. Пришлось активно крутить головой, чтобы найти место для посадки. Кстати, командиры, что сгоняли бойцов на дорогу, те прятались по кюветам при подлёте немцев, снова стали их туда сгонять, освобождая мне дорогу. Общаться с дивизионными особистами, и уж тем более с таким непонятно для чего нужным зверем как политрук, я не хотел. Так что искал место в стороне.

Нашёл, небольшой луг на берегу озера на краю крупного лесного массива. Посадку совершил на брюхо, по неопытности чуть не скапотировав. Дальше я действовал быстро, так как видел, что с дороги в мою сторону бегут люди, покинул кабину, скинув на траву рядом с крылом испачканный кровью парашют. Кабина тоже была вся крови, сменил комбез лётчика на простую гражданскую одежду. Рубаху, штаны, ботинки, я в такой первый день войны встречал, только у ботинок была подошва как у советских сапог, и подволакивая ногу, чтобы след остался, спустился к воде и на ветку ивы повесил планшет с документами того капитана. Если найдут, пусть ему припишут и подбитые танки, и отбитую штурмовку подразделений дивизии. Пусть думают, что он сильно ранен был. Правда кровь в кабине уже высохла, но ничего, люди там умные, что-нибудь придумают, находя объяснение этому.

Сделав следы, уходящие в воду, я сменил рисунок подошвы, то есть без рисунка, чтобы следов не осталось, и побежал к опушке. Через пару минут, когда я скрылся в лесу, показались бегущие бойцы и командиры, я за ними со стороны следил. Всё нормально, и самолёт осмотрели, и парашют нашли, но главное, двигаясь по следам, планшет из кустарника достали. Старший командир, которому его принесли, изучил и карту, и документы. Вот карту очень внимательно, после чего передал её стоявшему рядом лейтенанту и тот стремглав рванул к дороге, где шли подразделения дивизии, видимо в штаб отправил. Ещё бы, там нанесены были все координаты немцев, а их разворачивалось перед позициями обороняющегося батальона аж две дивизии Вермахта. У немцев одна дивизия как две наших. Одним словом против нашей части, чуть ли не корпус стоял, если по советским меркам брать. Хорошо, что этот подполковник не стал время тянуть, значит, не зря я одной рукой рисовал на карте схему и ставил обозначения, чтобы местные командиры поняли, кто против них идёт. Те подразделения, что атаковали обороняющийся батальон, это так, передовые, но уже подходили основные силы, вот тогда будет тяжело. Дивизию собьют отсюда, в этом я был уверен, но главное, чтобы она тут сутки, ну максимум двое, продержалась, уж больно хорошее место для обороны. Правда, насчёт двух суток это я, пожалуй, погорячился. И время не то, и бойцы с командирами не те. Ни злости на противника, ни опыта, ни у кого не было. Собьют остатки дивизии, к гадалке не ходи. Ладно, не моё это дело и так по дурости в дела в местные влез. Эффект бабочки блин. Тут одного убьёшь и всё я не родился. Может из тех, кто выжил и не погиб тогда на дороге, а немцы в реале уже должны были намотать на колёса подразделения дивизий и двинуть дальше, может быть пристрелит моего деда. Вот это как-то не хотелось бы.

Честно говоря, меня охватил испуг последствий от тех действий, что я произвёл. Вглядываясь в свои руки, я ожидал, что они сейчас будут становиться прозрачными, моё тело бледнеть пока не исчезнет из истории. Минут пять простоял как идиот, рефлексировал, даже аптечка комбеза сработала, успокаивая меня. Это был урок. Так что я дал себе зарок, больше так не делать. Воют две политические партии между собой, вот пусть и воюют, мне в их дела лучше не лезть. Тем боле ни к той, ни к другой я даже с сочувствием не отношусь.