"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

После встречи с Хархуфом Куп не спал всю ночь. Жизель уверяла себя, что позволила ему окопаться, как барсуку в норе, чтобы он не бесил ее по дороге на работу. На самом деле она волновалась даже больше, чем Куп. Он верил в свое идиотское волшебное ожерелье, а у нее перед глазами маячила картинка: полуголый Куп кричит на тени, стоя перед движущимися машинами. Если горстка камней вокруг его шеи и работала, то явно недостаточно хорошо. Жизель волновалась, но не хотела, чтобы Куп это увидел, отсюда и сказка об одеяле вуду. По крайней мере, они сошлись в одном: ему нужна была дополнительная помощь, и, возможно, Бэйлисс была тем человеком, кому они могли доверять. Игра стоила свеч. Жизель не могла и дальше врать про магические одеяла или божественные пляжные полотенца.

– Приехали, – объявила Жизель, встав на парковочном месте в подземном этаже ДНН. – Можешь вылезать, сонная красавица.

Куп опустил одеяло чуть ниже подбородка и выглянул наружу.

– Уверена? Здесь довольно уютно.

Жизель подошла и открыла заднюю дверь.

– Не волнуйся. Тут безопасно. Никто тебя не тронет.

– Раз ты уверена, – повторил Куп. Он сложил одеяло и выполз из открытой двери.

Жизель пригладила ему волосы.

– Видишь? Я же говорила, что если лежишь под ним, то как бы под защитой. Особые чары.

– Да уж. Его явно сделал какой-то могущественный шаман, – согласился Куп. – Ой. Я кое-что забыл. – И вручил ей маленькую этикетку. Четкие черные буквы на английском и испанском языках гласили: «Сделано в Китае».

– В следующий раз, когда засунешь кого-нибудь под заколдованную салфетку, обязательно ее спори.

– Мне казалось, я отпорола, – сказала Жизель и скривилась. – Похоже, не такой уж я хороший мошенник. – Она хотела выкинуть этикетку, но Куп отобрал у нее улику.

– Нет, ты так легко с крючка не сорвешься. Это станет семейной легендой. Будем показывать ее внукам.

– У нас даже детей нет.

– Ну, чьим-то внукам. «Садитесь поближе, детки, и послушайте, как не спалиться на ровном месте».

– Я говорила, какая ты последнее время истеричка? – спросила Жизель. Она заперла машину и направилась к лифту. – Я соврала только для твоего же блага.

Куп последовал за ней.

– Видишь ли, если бы ты меня напоила, я бы продержался немного дольше. Запомни на будущее, когда снова решишь обманом кого-то куда-то перевозить.

Они вошли в лифт, и Жизель ударила кнопку так, будто та должна ей денег.

– Для проклятого ты слишком сильно наслаждаешься ситуацией.

– А как по мне, я наслаждаюсь ею ровно настолько, насколько следует, – сказал Куп.

– Не поднимай свою распухшую голову, когда войдем внутрь. Вулрич не хочет тебя здесь видеть.

– Помню. И никто не должен узнать, что его план использовать меня в качестве приманки для мумии работает.

– И где же его обещанное круглосуточное наблюдение?

– Хорошо, что их там не было. Последнее, что я хочу видеть, – это моя задница и трусы с Тысячелетним соколом в новостной рассылке компании.

Жизель взяла Купа за руку.

– Было очень мило с твоей стороны их носить.

– Знаю. И никогда больше их не надену.

– Я уже их выбросила. Теперь они больше не особенные, когда их увидела машина, полная пьяных несовершеннолетних правонарушителей.

Он пожал плечами.

– В любом случае, я никогда не был фанатом «Звездных войн».

Лифт остановился, и Жизель отпустила руку Купа и развернулась к нему.

– Ты не любишь кошек, а теперь ты не любишь «Звездные войны»? Что же ты любишь?

– Прятаться на задних сиденьях под мистическими ковриками.

Они направились к кабинке Бэйлисс. Морти ждал их за углом с чашкой кофе из автомата.

– Привет, парочка. Как дела?

– Куп думает, что он знатный юморист, – сказала Жизель.

– Он всегда меня смешит.

– Видел бы ты его прошлой ночью, действительно посмеялся бы.

– А что случилось прошлой ночью?

– Потом расскажу, – отрезал Куп. – Кстати, я видел Минерву. Она говорит, что ты засранец.

– Гадалку? А почему я засранец?

Проходя мимо пустого стола, Куп взял газету и прикрыл ею лицо.

– Говорит, мол, свела тебя с кем-то, а ты так ее и не поблагодарил.

Морти закашлялся и бросил кофе в мусорное ведро.

– Ты про ту симпатичную японочку? Она оказалась йорогумо. Мы приходим ко мне домой, и вдруг у нее вырастает восемь ног. Она хотела отложить яйца в моем мозгу.

– По крайней мере, у тебя в голове что-то есть.

– Ага. Я там мелочь храню.

– Прошлой ночью во сне я видел мумию, – сообщил Куп.

– Это был не сон, – возразила Жизель.

– Он залез ко мне в голову и пытался управлять мной, как тем охранником в музее.

– Получилось? – спросил Морти.

– Сам как думаешь? Я же здесь, не так ли?

– Ага, а вчера показал задницу всем соседям, – сказала Жизель.

– У меня был кузен, который любил это дело, – сообщил Морти.

– И что с ним стало?

– Он потерял очки и показал задницу быку.

– И как отреагировал бык?

– Не очень хорошо. Теперь кузен в раю, показывает задницу апостолу Петру.

– Не уверен, что любители посверкать задом попадают в рай.

– Они и не попадают. Я спрашивал в посмертном департаменте, – ответил Морти. – Но версия с раем приятнее, чем «Теперь он в аду, показывает задницу акулам с бензопилами». Ладно, похоже, ожерелье и правда тебя защищает.

– Что-то не сильно верится, – возразила Жизель. – Скорее, тут природный иммунитет Купа к магии.

– И чего хотел тот страшила?

– Амулет, – ответил Куп.

Морти задумался.

– Амулет? Тот, что мы отдали Вулричу?

Куп потер затылок.

– Боюсь, что да. Может быть, есть какой-то другой способ снять проклятие. Бэйлисс могла бы это выяснить.

– Вы видели ее после проверки?

– Нет. Как раз хотели повидать, – сказала Жизель. – Как она?

– Я видела людей и в худшей форме, но она все еще немного странная, – ответил Морти. Он поднял перевязанную руку. – Когда я спросил ее, как дела, она прибила меня степлером к своему столу.

– Бедняжка, – сказала Жизель.

– Может быть, ты ей нравишься и она хотела, чтобы ты остался рядом, – предположил Куп.

– Если так она представляет первое свидание, я пас, – сказал Морти. – В любом случае, держу пари, она будет рада тебя видеть. Просто держи руки в карманах.

Они нашли Бэйлисс за ее столом. Там, где обычно стояла клавиатура, красовались полные скрепок кроссовки. Стены кабинки были оклеены разноцветными заметками. На каждой имелась вдохновляющая цитата и крошечный рисунок черными чернилами, но все они казались немного странными. В левом верхнем углу висел стикер «Держись, малышка», но вместо привычного изображения висящего на ветке кота у Бэйлисс был дракон в вечернем платье, который ел стиральную машину, полную ботинок для боулинга. На «Никаких «я» в командной работе» мороженое гонялось с топором за летучей мышью с пулеметом.

– Бессмыслица какая, – заметил Морти. – Почему мышь не пристрелит мороженое?

– Наверное, она пацифистка, – предположил Куп.

– Заткнитесь, – велела им Жизель. Она положила руку на плечо Бэйлисс. – Как дела? Это я, Жизель.

– Привет, – сказала Бэйлисс. Она улыбнулась и протянула Жизель маленькую скульптуру собаки, склеенную из деревянных мешалок для кофе.

– Бейлисс, – позвал Куп. – Это тебе поручили после проверки? Или ты сама придумала?

Бейлисс огляделась. Она сняла пару стикеров и прикрепила их к карте Монголии, приклеенной к монитору компьютера.

– Я все пытаюсь работать, – сказала она. – Но отвлекаюсь.

– Мне жаль.

– Все нормально. Они хотят, чтобы я каталогизировала все канцелярские товары в здании. Довольно скучное занятие.

– Особенно когда у тебя кроссовки вместо клавиатуры, – поддакнул Куп.

Бэйлисс посмотрела на свой стол.

– Опять, – раздраженно воскликнула она, положила обувь на пол и вынула клавиатуру из мусора.

– Хочешь кофе или еще чего-нибудь? – спросил Морти.