Смерть на Марсе - Влада Ольховская

Они раздражали Кигана, мешали его последнему плану, но даже так он не мог их убить. Он не отозвал молнии, однако уменьшил радиус воронки, чтобы не задеть военный транспорт ни в небе, ни на земле. Теперь огненная стена сияла только вокруг Кигана. Это было совершенно не обязательно, не нужно даже… Если полное использование своих сил он еще мог объяснить попыткой отпугнуть существо, то у нынешних молний была лишь одна цель: гибель их создателя.

Вот знал же, что в какой-то момент обманывать себя больше не получится…

Он все еще стоял на коленях на земле, у него не хватило бы сил подняться. Ему было интересно, кого отправят на переговоры с ним, какого-нибудь высокопоставленного вояку или психолога с красивым дипломом? И дадут ли этому умнику огнеупорный костюм? Хоть умирать чуть веселее станет!

Однако к нему пришел не военный – и без защиты. За слепящим глаза сиянием Киган увидел знакомую тонкую фигуру капитана Лукии.

Капитану тоже досталось… О том, что ее форма когда-то была белой, теперь можно было лишь догадываться. Лукия не была ранена, однако ее покрывали грязь и кровь, очень много крови. И она пришла одна, Стерлинга и Рале электрокинетик поблизости не видел. Как будто так сложно соотнести одно с другим и сделать выводы… Тем больше причин довести план до конца. Все равно от «Северной короны» почти ничего не осталось.

– Отставить, Рэйборн, – спокойно произнесла капитан. – Использование ваших способностей больше не требуется.

Он понятия не имел, как у нее получилось произнести это настолько невозмутимо. Капитаны вроде как на такое способны – так ведь она не обычный капитан! Или она не поняла, что здесь происходит?

– Римильда мертва.

Вот, он сказал это. Сказал быстрее, чем успел обдумать собственные слова, и прозвучали они сухо. Будто и не слова вовсе, и тем более не признание, а бессмысленный набор звуков. Ведь так же не может быть, чтобы хилер номер 2 умерла, а он остался жив, смешно!

Но Лукия смеяться не стала.

– Я догадалась об этом. Я сожалею.

– А Рале и Стерлинг?

– Они живы.

Больше она ничего не добавила, будто позволяя ему думать, что они и в самом деле в порядке, просто решили не соваться к молниям. Как же, черта с два! Стерлинг еще мог укрыться в каком-нибудь челноке, потому что электричество способно устроить ему последнее в жизни замыкание. Но чтоб Рале упустил возможность помаячить за спиной капитана и подкинуть пару сочувствующих фраз? Нет уж, не добровольно так точно!

– Как вы с этим справляетесь, капитан? – не выдержал Киган. – Как вообще живете с этим?

Почему-то обратиться к ней на «ты» не получалось даже сейчас, это просто казалось неестественным.

– Это моя работа, Рэйборн.

Что ж, она все-таки сумела застать его врасплох… Киган думал, что в его нынешнем состоянии это невозможно, а получилось вот как.

– Работа, капитан? – растерянно переспросил он.

– Именно так. Моя – и ваша. Пока вы ребенок, жизнь – ваше естественное состояние. Но как только вы становитесь профессионалом и уж тем более солдатом космического флота, она превращается в работу. Вам достались определенные способности, за них вы получили навыки. Жизнь – это тоже служба.

– Но я не хочу… – еле слышно произнес Киган. – Я… Я, кажется, и не могу больше!

– А придется. И двигаться дальше, и оставаться в строю. Не в свое удовольствие, если вам так угодно. Но выполняя долг перед другими.

– Так, значит, делаете вы?

С ответом она не замешкалась ни на миг.

– Да. Именно так делаю я.

Он не был с ней согласен, да и поддаваться не хотел. А потом вдруг заметил, что молнии догорели сами собой, погасли, остался только он… Как будто опустевший внутри и все равно упрямо живой.

Лукия подошла ближе и подала ему руку. Она обязана была отчитать его за попытку самоубийства, однако она, похоже, и дальше не собиралась строго следовать всем правилам.

– Вы нужны нам, Рэйборн, и нужны прямо сейчас. На Марсе объявлена всеобщая эвакуация, и я бы хотела, чтобы на «Северную корону» нас вернули именно вы.

– Что? – нахмурился Киган. – Они собираются эвакуировать планету только сейчас?

– Полагаю, ситуация стала куда опасней, чем предполагало руководство. Или добавились новые обстоятельства, но о них мне не сообщили.

– Подождите… А как же Альда и легионер? Мы не можем оставить их здесь!

Он не был уверен в том, что они все еще живы. Так ведь и доказательств их смерти не было! Команда и так слишком много потеряла на этой миссии, нельзя бросать своих…

Лукия наверняка разделяла его мнение, и все равно она сказала:

– Мы не знаем, где именно они сейчас находятся, многое изменилось. У нас нет ни права, ни времени разыскивать их.

– При чем здесь вообще время?

– Эвакуация объявлена в сжатые сроки, – пояснила Лукия. – Она будет продолжаться два часа.

– Это же слишком мало! За такое время всех людей не вывезти…

– Я тоже так считаю.

– И что будет с теми, кто останется на планете через два часа?

– Этого мне не сообщили.

Она сказала то, что и должен сказать капитан. Однако дурой Лукия не была никогда, если уж Киган догадался о том, что здесь происходит, то она – тем более.

Срочную эвакуацию обычно объявляют в тех случаях, когда обратный отсчет для всей планеты уже начался.

«Система 10» никогда не использовалась на практике. Собственно, никто и не подозревал, что она будет использована – включая ее создателей. Вероятнее всего, ее разработали для того, чтобы опубликовать очередную научную статью или получить награду. В сообществе планет, оберегаемом космическим флотом, просто не было нужды в таком разрушительном оружии.

Ну а потом на Марсе появилось существо, и отношение к «Системе 10» пришлось пересмотреть.

Компоненты для нее в срочном порядке искали на нескольких военных станциях. Уже оттуда потянулись к Красной планете тяжелые суда, сопровождаемые свитой из охраны. Вряд ли капитанам говорили, что именно они доставляют и что готовится. Многие могли смириться с тем, что часть Марса придется уничтожить для ликвидации уникальной угрозы. А вот если бы стало известно, что погубить планируют всю планету, могли возникнуть ненужные вопросы и несвоевременные протесты.

Поэтому операция проводилась в строжайшей секретности. Самые опасные боевые разработки должны были объединиться, чтобы пройтись по Марсу десятью волнами разрушения. Никто не знал, как это будет, к чему приведет, им только предстояло проверить…

Точнее, они верили в это до последнего. До того момента, как бронированные суда приблизились к Марсу и обнаружили, что путь к нему перекрыт.

Между Красной планетой и общими путями зависла Черная Армада во всем своем великолепии. Корабли, используемые специальным корпусом, никому не угрожали и ничего не требовали. Но и сдвинуть их было невозможно, слишком уж грамотно они