Демоны Вебера - Денис Кучеренко

Верго беспомощно встал, безвольно опустив вниз окровавленные руки. Тем самым он открыл своему еще живому спутнику обзор на неподвижное тело.

Генри. Только сейчас предсказатель услышал это имя. Нет, безусловно за все время пути оно не раз проскальзывало мимо него. Разумеется, он слышал многочисленные обращения путников друг к другу. Слышал, но не слушал. Зачем забивать себе голову именами людей, с которыми по истечению сотрудничества тебе не придется никогда более иметь дела? Зачем проникаться симпатией к тем, от кого не зависит ни планирование миссии, ни размер гонорара?

— Генри… — тихо вторил имени погибшего Вебер. Неподвижно лежащий юноша, метр семьдесят ростом, был обладателем коротких русых волос, длинного изящного носа, слегка узкого разреза голубых глаз. Глаз, что никогда более не сфокусируют свой взгляд. Пустым взором Генри бороздил чертоги посмертного, глядя куда-то далеко сквозь дырявую крышу обветшалого скотного двора.

Предсказатель повернувшись к своему спутнику хотел сказать что-то еще, на этот раз достаточно громко чтобы тот смог его расслышать, но непомерный грохот самым наглым образом расстроил его планы. Заскрипев и опасно покосившись, громадный сарай в котором они находились сильно содрогнулся, словно нечто огромное и очень массивное влетело в его стену. Удерживавшие крышу прогнившие балки предательски сдвинувшись, посыпались, с грохотом заваливая все помещение, обрушивая многочисленные стойла и сминая брошенную тут утварь. Мигом взвившаяся пыль не хуже тумана заволокла собой все видимое пространство.

Верго успел лишь закрыть руками голову, бросив стоявшую у его ног лампу. Что-то тяжелое и большое ударило ему по спине, повалив на землю и чудом не переломав хребет. Древесные щепки вперемешку с сеном и засохшим птичьим пометом посыпались ему на голову. Судя по звукам, большая часть обветшалого сарая обрушилась, погребая под собой всех, кто был внутри.

К удивлению предсказателя, он открыл глаза под все теми же обломками. Болезненно корчась от саднящей боли в ребрах, опираясь на руки он сумел приподнять свое тело, скидывая все что на нем лежало. Тугой струйкой древесная труха посыпалась с его волос, когда Верго отряхнул головой, пытаясь осмотреться.

«Что? Почему? Это же наверняка видение. Так почему я еще здесь? Почему оно не закончилось?» — силился найти ответы на свои вопросы Вебер. Слегка прихрамывая он окончательно выбрался из-под завала, пытаясь разглядеть в клубах тумана хоть что-нибудь. Очень смутно, с большим трудом, но он все же сумел усмотреть у края обломков сильно покосившуюся изгородь. Судя по его воспоминаниям этот и до завала изломанный забор вел куда-то в сторону мельницы.

«Генри. Интересно, как звали второго? И жив ли он?» — продолжив мысленно рассуждать, предсказатель медленно пробираясь сквозь завалы и обминал опасные от избытка торчащих ржавых гвоздей бревна. Добравшись до начала изгороди он облегченно положил на изъеденную осами древесину руку, пытаясь опереться. Словно только того и ждав, ограда со скрипом рухнула, не выдержав веса предсказателя. Верго схватился за вновь задетые при падении ребра, пытаясь не дышать чтобы не вызывать более болезненных спазмов. Немного полежав на земле он смог утихомирить боль, поднявшись сначала на четвереньки, а после и на обе, слегка неустойчивых ноги.

Далеко впереди раздался чей-то вопль. Тянущийся вой полный боли без всяких сомнений принадлежал человеку. Шатаясь, предсказатель уставился в ту сторону откуда доносился звук, тщетно пытаясь что-то разглядеть в неестественной дымке. Поблизости вновь так знакомо зашелестели рыбацкие сети. Это событие вызвало у Вебера неконтролируемую улыбку, плавно переросшую в громкий смешок. Он сам был не в состоянии объяснить, что можно найти смешного в подобной ситуации. Скорее всего, несвоевременный смех был вовсе не следствием извращенной шутки, но истерической реакцией, которую Верго был не в силах унять.

— Это видение. Точно же видение. Как плохой сон, кошмар. Да, кошмар, — невнятно бормотал предсказатель медленно хромая в направлении источника крика. — Когда осознаешь, что это кошмар, ужасы рассеиваются. Если это только иллюзия, к чему мне чего-то боятся? Пора развеять эти бредни. Пора проснутся. И есть… Есть для этого только один способ. Кошмар должен достичь своей кульминации…

И далее бормоча все более бессвязные и невнятные речи, периодически отпуская совсем уж несвоевременные смешки, Вебер целеустремленно двигался навстречу своей погибели. Вскоре от громких размышлений вслух он перешел к обрывкам старых полузабытых песен:

— Отважно ступая в последний поход, — Достаточно отдалившись от деревни, Верго ступил на порог окутанной туманом как никогда зловещей рощи. — Ни яд, ни клинок его не берет, — все громче напевал смертник, пробираясь глубже в ряды деревьев. — Солдат не сыскал себе славы в траншее…

Нечто массивное затрещало ветками позади предсказателя, но тот и не думал оборачиваться, все так же ошалело пробираясь сквозь засохшие, полные острых шипов кусты и длинные ломкие ветви.

— Теперь же веревка свисает на шее! — крича вышагивал Вебер, выбравшись из зарослей на небольшую поляну. Проскользнувший на мгновенье сквозь клубы тумана неяркий солнечный свет выцепил расстилающуюся перед предсказателем мерзкую картину, написанную человеческими останками. Теперь стало понятно, что случилось с двумя гвардейцами, оставшимися сторожить сарай снаружи. Верго быстро отвернулся, пресыщенный затянувшимся кошмаром. Никак не утихающий треск раздался совсем уже рядом с обезумевшим Вебером. Утихнув на пару мгновений, он сменился чудовищным ревом, практически оглушившим мужчину. Источник неописуемого звука был лишь в нескольких метрах от предсказателя. Тот не стал оборачиваться, расплывшись в нездоровом оскале.

— Нет, ублюдок, в песне не так было. Давай уже, покончи со мной и не мучай мой тонкий музыкальный слух…

Неприятный влажный хруст разнесся по округе, словно кто-то переломал о колено связку молодого и упругого лука-порея. Безвольной куклой предсказатель рухнул на землю. Прямо перед его лицом, в грязи смешанной с еще теплой кровью лежала чья-то нога. Несколько секунд понадобилось Верго чтобы осознать, что это лежала его собственная конечность. Могильный холод вместе со странным онемением начал расползаться по телу, поднимаясь со стороны задних, уже отсутствующих членов до груди, и быстро распространяясь по рукам и вдоль шеи.

Силясь высказать пару грязнейших из известных ему ругательств, Вебер удивленно слушал как из его рта вместо ожидаемых звуков доносилось лишь тихое хрипение, заточенное в границах надувавшихся на устах кровавых пузырей. Но вскоре утихло и оно, ведь новый вздох предсказателю почему-то так и не удалось сделать, легкие как будто отказывались работать.

Жалкая укороченная тряпичная кукла была легко поднята над землей неизвестной силой. Руки мужчины свободно болтались