Девятка - Дарья Михайловна Андриянова

все выше, пока совсем не скрылся в небесах. А мы с Аодом продолжали следовать за нашим искусителем. Он восторженно все рассматривал, как будто бы видел это впервые. Люди на него оборачивались. Его поведение, неумелая походка и по-детски удивленный взгляд озадачивали прохожих. В один момент мне даже стало казаться, будто мертвы они, а не мы. У нас есть цели, эмоции, страхи. А у этих людей пустые лица, сгорбленные тела и потупленные взоры.

Но тут мы увидели толпу. За ней ничего не разглядеть, люди стоят плотным слоем и шумят, галдят все наперебой. Черт пошел посмотреть, что же там случилось. Мы тоже.

Растолкав людей, искуситель остановился над мужчиной. Его скрючило в неестественной позе – лопатки и пятки уперлись в землю, когда спина выгнулась колесом. Он издавал нечленораздельные звуки и громко кричал, будто бы говоря на другом языке. Но я таких языков прежде никогда не слышал.

– Дорогу! – выделился в толпе женский голос.

Люди, как по команде, затихли и расступились, освобождая путь стройной девушке. Взмахнув длинными черными кудрями, которые едва не задели черта по лицу, она быстрым и уверенным шагом прошла к мученику.

– В этого человека вселился демон! – уверенно заявила она, приложив руку ко лбу пострадавшего.

Человек этот попытался ее укусить и звонко щелкнул зубами в воздухе, однако девушка успела отпрянуть.

– Сейчас я его изгоню, – сказала она.

Я, конечно, слышал об одержимости. Но теперь, когда своими глазами увидел, как черт занял чужое тело, понял, что это не более чем обычные выдумки. Возможно, человек этот просто болен или сошел с ума.

Брови черта изумленно поднялись.

– В нем нет демона, – сказал искуситель.

Голос его прозвучал тихо и медленно. Черт впервые говорил, используя воздух, и для первого раза, как мне кажется, вышло неплохо.

Толпа удивленно ахнула и уставилась на искусителя. Женщина в недоумении на него посмотрела, как будто видела перед собой сумасшедшего. И вдруг она с удивлением посмотрела за его спину, где стояли мы. Мне показалось, будто бы она смотрела прямо на нас, как будто она нас видела.

– Есть.

Ее голос дрогнул, но обращалась она не к черту, а как будто бы к нам. Затем она склонилась к человеку, который уже выпрямился и просто лежал. Из его рта вывалился язык, а пальцами одержимый впился в собственную грудь, раздирая одежду вместе с кожей и оставляя под грязными ногтями кровь.

– Поклонись нашему Богу!

– Нет! – сказал человек неестественным рыком, таким, что даже у меня, духовного существа, свело челюсть.

Толпа разом отшагнула назад, но продолжала молчать. Один черт остался на месте и теперь выделялся среди остальных.

– Ты будешь гореть в Ньяде, если не подчинишься! – говорила женщина.

– Ты будешь гореть вместе со мной! – рычащим голосом отвечал одержимый.

– Ты никогда не увидишь вечного счастья! – говорила женщина.

– Да сгинет в Ньяде Господь с его архангелами! – прорычал человек, и толпа испуганно ахнула.

– Ты не ведаешь, что говоришь, – сказала женщина.

Это очень походило на постановочный цирк.

– Ты не ведаешь, какие муки вас ждут после смерти! Всех вас! Вы будете гореть в Ньяде!

– Нет, – женщина заговорила особенно нежно. Она присела на корточки подле головы одержимого, ласково пригладила его волосы и улыбнулась. – Ты обретешь вечное счастье, если подчинишься. В обратном случае ты не попадешь ни в Ньяд, ни в Рьяд и будешь вечно скитаться по Алкеону.

– И буду жить вечно! – прорычал одержимый.

Женщина погрустнела, она опустила взор, несколько раз хлопнула пышными ресницами затем снова как будто на меня посмотрела.

– Хорошо, не хочешь по-хорошему, значит…

– Стой!

– Я взываю к именам трех великих архангелов! – она вскочила на ноги и подняла глаза к небесам. – Услышьте меня, Вассил, Юарис и Сеир!

Я увидел, как плечи черта дрогнули при упоминании этих имен.

– Явитесь сюда и спасите несчастную душу.

Я замер. С трудом, конечно, верилось, что кто-то из архангелов явится из-за такой просьбы, но толпа в восторге замерла и как будто бы действительно ждала появления архангелов. Шли секунды, а их так и не было.

– Не слышат тебя твои архангелы! – сказал одержимый. – Небеса отвернулись от тебя, святая!

– О, Величайшие! Отзовитесь! – продолжала женщина.

– Не придут, – высказал черт догадку, отчего толпа разом загудела.

– Нечистый! – проговорил кто-то.

– Он тоже одержим!

– Величайшие, спасите!

Одержимый посмотрел на черта оценивающим взглядом. Он немного помолчал, затем вскочил на колени и схватил черта за штаны.

– Спаси меня, темнейший! – молящим голосом попросил он.

Мне показалось, что черт растерялся, хотя ни одна мышца на лице его не дрогнула. Пусть лицо его выглядело иначе, чем когда он был полноправным чертом, все равно в этом взгляде сохранилась прежняя мягкость.

Послышался хлопок – появилась белая дверь. Черт перевел спокойный взгляд с одержимого на нее, облизнул пересохшие губы и тихо произнес:

– Не могу.

Дверь открылась, женщина упала на колени, подобно одержимому человеку. Толпа, казалось, ничего не замечала. За дверью послышался металлический перезвон, и твердым шагом вышел Гортей. Он посмотрел на меня, затем на Аода и широко улыбнулся.

– Ого! Какие души у нас здесь гуляют! А Гортей в курсе?

Я вздрогнул.

– Сеир? – предположил Аод.

– О! А меня уже узнают! Как это славно, глядишь, исправитесь! Хотя, в вашем случае, заблудшие души, вас ждет скверне-е-ейшее будущее, – протянул архангел, разводя руками. – Собственно, кто меня звал?

– Я, Величайший, – сказала женщина, сидя на коленях.

– Ты. И что?

Женщина отвела взгляд и замялась.

– Одержимый… Я… Нужно спасти душу человеческую, – наконец сформулировала она просьбу. – Ею завладел демон.

– Ну, демоном тут не пахнет, – сказал Сеир, рассматривая человека. – Если бы душой завладел демон, дамочка, ты бы этого не заметила.

Архангел подошел к человеку. Одержимый затрясся, обнял ноги искусителя и заплакал.

– Спаси, умоляю! – простонал он.

– Ты обретешь спасение, – ответил вместо черта Сеир и проник рукой в его грудь подобно тому, как искуситель вселялся в тело человека.

Архангел резко выдернул руку, и на ладони его осталась черная сфера тьмы. Такой тьмы, какую я видел у искусителей, только намного меньше и слабее. Человек потерял сознание. Толпа снова ахнула и отступила еще на шаг.

– Благодарю, Величайший! – воскликнула женщина.

– Ага, – бросил Сеир, рассматривая темную сферу. – Вот зараза такая! Надоели уже.

И он, бросив на меня короткий взгляд, вернулся в дверь, после чего та сразу исчезла. Женщина какое-то время еще сидела на коленях с блаженным выражением на лице. Ее немного потряхивало, но не в страхе, а в трепете перед Сеиром.

– Никогда бы не подумал, что архангелы занимаются подобным, – сказал я, на что искуситель с Аодом разом