Демоны Вебера - Денис Кучеренко

— Вот черт! Мистер Вебер, с вами все в порядке? Как же вы так умудрились? — озабоченно залепетал Голдберг, вытаскивая из-под плаща сложенный чистый платок. — Вот, вытрите кровь с подбородка.

Верго поспешно прошепелявив невнятную благодарность и ухватился за платок, неловко вытирая кровоподтёк ведущий к уголку рта. Заметив досадное происшествие, один из наемников (самый щуплый и низкорослый), поспешил протянуть флягу со спиртным:

— Прополощите рот вот этим, это прижжет место укуса и остановит кровь, — обратился к униженному Веберу обладатель совсем еще юношеского голоса. Этот самый обладатель показался предсказателю знакомым. Да, именно этот гвардеец как-то раз уже привлек внимание Верго. Это был тот самый парень что едва не налетел на престарелого дворецкого в особняке. Сейчас, имея возможность рассмотреть его поближе, в глаза предсказателя сразу бросилось множество забавных деталей: парнишка едва ли был старше восемнадцати лет, обмундирование наемников буквально висело на нем, как на тонкой вешалке в гардеробе; при своей столь скромной комплекции он умудрялся тащить сразу две увесистые сумки, что не шли ни в какое сравнение с небольшой кладью Верго. Сам же юноша имел ярко-рыжие волосы и внушительную россыпь укрывающих его щеки веснушек, что было довольно необычно для обитателя Помонта. Будучи практически неотличимым (преимущественно благодаря одежде) от своих братьев по оружию на расстоянии, вблизи парень контрастировал с ними даже слишком сильно, будто выбиваясь из общего стиля наемничьей банды. Он был хлипким саженцем среди рассады внушительных дубов-гигантов.

— Шасифо, не нушфо, — активно жестикулируя отказался Вебер, с трудом ворочая израненным языком. Он не имел ни малейшего желания брать в рот непонятно что из чужой фляги.

— Да нет же, я уверен, что это вам поможет! Это отменный самогон, сам не раз… — Парень все никак не хотел сдаваться, настойчиво размахивая флягой у самого носа Верго.

— Полагаю, мистер Вебер ударился не столь сильно. Вот, кажется кровь уже и не идет, — поспешно встрял Барон пытаясь спровадить неугомонного юношу от потерпевшего. Кровь тем временем останавливаться и не собиралась. — Но готов поспорить, он очень благодарен тебе за предложение. Тебя то как зовут парень?

— Блиц Юнгфернмильх, — мгновенно отрапортовал рыжий наемник.

— Юнгфермль-кто? Боже, ну и повезло тебе с фамилией! — Голдберг быстро отвел парня в сторону, не давая подобраться к болезненно охающему Верго. Старый торговец за считанные секунды навязал свои правила игры, начав незамысловатую беседу, и быстро уведя ее в дебри несущественных баек и докучливых расспросов. В этом он был мастер.

Без малого десять минут Вебер брел в гордом одиночестве, не отнимая рук от подбородка, и в конце концов кровотечение остановилось, оставляя отвратный привкус железа во рту и быстро блекнущие следы на некогда белоснежном платке Барона. Десять минут ушло на то чтобы остановить кровь, и не менее получаса на мысленную самокритику. На протяжении всего этого времени он безостановочно вслушивался в беззаботную трескотню Голдберга, изредка прерываемую робкими фразами Блица. В какой-то момент Верго уже не был более уверен в том, кто из них двоих страдает больше — россказни Барона могли докучать не хуже раны. Но их новый рыжий знакомый на удивление держался довольно бодро, казалось его и взаправду интересовали небылицы торговца смертью.

Надкушенный язык, практически онемевшие ноги и навеянный холодными горными ветрами легкий озноб — путешествие не задалось с самого начала. О грядущих нескольких днях пути Верго старался не думать. Мужчину утешали только мысли о кругленькой сумме прописанной в контракте.

Внезапно его начали слегка раздражать непринужденность и оптимизм, царившие в их группе: наемники, заблаговременно тепло приодевшись и отдохнувши в поместье, бодро вышагивали, делясь друг с другом безвкусными историями и похабными шутками; Барон, найдя себе новую жертву, в приподнятом настроении откровенничал, повествуя о невероятной сделке, заключенной в дальних краях; даже жук-переросток с любопытством огибал поросшие мхом валуны, заинтересованно ощупывая их длинными усами. Единственным человеком кто разделял уныние и недовольство Вебера был Остин. Впрочем, было не до конца ясно, способно ли лицо последнего вообще принимать хоть сколько-нибудь довольное выражение.

Устав разглядывать безусловно красивые, но несколько однообразные горные пейзажи, что порядком приелись за столько часов пути, Верго безо всякого интереса стал вслушиваться в нескончаемую беседу Голдберга и его нового знакомого.

— Так значит вы и в столице бывали? — с огнем в глазах пролепетал Блиц. Вероятнее всего ему никогда не доводилось покидать пределы княжества, оттого он смотрел на довольного пристальным вниманием к своей персоне Барона с особым трепетом. — Скажите, а правда, что наше солнце крепиться там на здоровенной башне? И что любой желающий может подняться по ней на самый верх, оглядывая всю федерацию прямиком из светила?

— Глупости, юноша. Солнце висит там с незапамятных времен, многие сотни, а может и тысячи лет, и провисит еще не меньше. А башню построили… В каком же это было году? Мистер Вебер, не напомните? — заприметив прислушивающегося Верго, обратился к тому Голдберг.

— Точно не скажу. Ну, не больше ста лет тому, полагаю.

— Вот, вот, относительно недавно. Башня — это просто «средство национальной безопасности». Да и не пускают никого к ней. Только самые доверенные ученые мужи и самые надежные караульные имеют право на ее посещение.

— Средство национальной безопасности… — как заведенный вторил Блиц.

— Сдалось тебе то солнце, ну сфера себе и сфера, метров шестьсот в диаметре, ничего интересного. Вот слыхал ли ты о торговле изогнутыми, волнистыми клинками на западе? На профессиональном жаргоне их лезвия еще называют «фламберг». Вижу, что не слышал. Вот тут есть, о чем поговорить. Не смотря на то, что клинок в нескольких местах изогнут, благодаря тому, что острие остается на уровне рукояти им все еще можно наносить и рубящие и колющие удары. Да какие удары! Даже после небольшой царапины плоть от них начинает гнить безо всякого яда! — погрузившись в любимую тему, Барон искусно демонстрировал длину, ширину и даже некоторые конструктивные особенности клинка поспешной жестикуляцией. Находясь в своей стихии, его слова приобрели характерные купеческие возгласы и ударения, приправленные соответствующими интонациями. — И как специалист заявляю — никакого чуда в этом нет. Суть в том, что благодаря своей форме лезвие способствует попаданию грязи и кусочков кожи