Ледяной клинок - Дмитрий Казаков

– И где они сейчас? – консул встал, почесал подбородок.

– После того, как тела подверглись осмотру, я приказал большую часть их отвезти на Дикое кладбище. Но несколько осмелился доставить сюда, в замок. Телега с трупами находится у ворот.

– Пойдем, я посмотрю. Редер, почему мне не сообщили о появившихся в городе нагхах?

– Ни в одном из докладов городской стражи ничего об этом нет.

– Великолепно, – Харугот вышел в коридор, зашагал в сторону главной лестницы. За ним, печатая шаг, двинулись четверо гвардейцев эскорта. Канцлеру и Цастину только осталось идти следом. – Виновные должны быть найдены и наказаны.

– Конечно, мессен.

По широкой, устланной коврами лестнице спустились на первый этаж, миновали дверь в зал для приемов. Во дворе замка в лицо консулу ударили лучи поднявшегося над крепостной стеной солнца. Он зажмурился, прикрыл лицо рукой и пошел к воротам, около которых виднелась телега, запряженная парой смирных лошадей.

Охраняющие ее Чернокрылые при виде правителя выпятили грудь и дружно гаркнули:

– Консулу слава!

– Ну и глотки, – покачал головой Харугот. – Покажите мне убитых.

Двое гвардейцев взялись за углы большой рогожи, закрывающей телегу сверху. Дернули, она с шорохом сползла, открыв грязные и мокрые, покореженные тела, узкие эльфийские лица и страшные, похожие на жабьи морды. Блеснул на свешивающейся через борт лапе широкий браслет из серебра.

Это в самом деле были нагхи, не появлявшиеся в Безарионе боги знают вот уже сколько веков. И рядом с ними младшие эльфы, наряженные в человеческую одежду и с людским оружием.

Лишь взглянув на них, Харугот уловил следы рассеявшегося заклинания, мощного и умело сплетенного, основанного на магии воды. Немного времени понадобилось консулу, чтобы разобраться в его назначении – создание ложной личины, обманчивого внешнего облика.

– Интересно, клянусь Великой Бездной, – пробурчал владыка Безариона, – гости с Солнечного острова во главе с самым настоящим магом, – он дотронулся до серебряного браслета, – затевают драку с замаскированными под людей эльфами у стен Школы Истинного Знания, где…

Тут он повернулся и в упор глянул на Цастина. Сотник побледнел, но взгляда не отвел.

– Надеюсь, что человеческих трупов там не было, – сказал Харугот. – Этих похоронить там же, где остальных. А ты, канцлер, постарайся выяснить у наставников школы все, что они знают о случившемся.

– Да мессен, – одновременно произнесли сотник и ре Налн.

– Вот и славно, – консул развернулся и пошел обратно к замку. Им овладело невероятно сильное желание взглянуть на Камень Памяти. А затем сесть и хорошенько покумекать, какие виды могут иметь нагхи и эльфы на отпрыска последнего императора, и как они пронюхали о его происхождении…

В том, что ночное побоище связано с Оленом Рендаллом, Харугот не сомневался.

Открыв глаза, Олен попытался сообразить, где находится. В панике зашарил вокруг, зацепил что-то теплое и мохнатое. И тут вспомнил все – бегство из школы, столкновение с эльфом, прощание, дорогу через залитый дождем город и ход в холме под замком…

– Мяу… – несколько раздраженно сказало теплое и зашевелилось.

– Это ты привел меня сюда, – Олен провел пальцами вдоль котиного хребта, Рыжий зевнул и засветился снова. Трепещущий золотой свет упал на стены туннеля, на покрытый буграми пол. – И как я тут только спал?

Все тело болело, от пяток до макушки, пустота в животе напоминала о том, что последний раз ел Олен прошлым вечером.

– Да, пожевать не мешало бы… – голос исчезал за кругом света, не порождая эха, словно тонул во тьме. – У тебя ничего нет?

– Мурр, – Рыжий демонстративно дернул хвостом.

– Ну, тогда пойдем. Интересно, сколько я спал?

Коридор шел прямо, немного забирая вверх. Чтобы шагать по нему, не требовалось никаких усилий, и Олен все больше и больше погружался в раздумья. Вспоминал дом, родителей, Алирну, какой видел ее в последний раз – с румянцем на щеках, с блестящими темными глазами…

Мысль, что после общения с Камнем Памяти он забудет Заячий Скок, породила печаль. Олен подумал, что кем бы он на самом деле ни оказался, будет предательством вычеркнуть из памяти тех, кто вырастил и воспитал его. Пообещал сам себе, что никогда их не забудет.

От навалившегося головокружения споткнулся на ровном месте, прислонился к стенке. Возникло ощущение, что сердце бьется не в груди, а за пределами тела, во многих десятках локтей выше. Перед глазами замелькали цветастые картинки – битвы, походы, церемонии, на уши обрушились звуки – гудение труб, крики людей, лошадиное ржание и рев огня…

– Оххх… – Олен закрыл глаза, потряс головой. – Неужели я чувствую Камень Памяти?

Все исчезло так же внезапно, как и возникло, он снова обнаружил себя в тоннеле, только в этот момент обратил внимание, что стены вокруг каменные, а не земляные. Сам того не заметив, вошел в скалу, на которой собственно и стоял Золотой замок.

– Мяу? – кот повернул голову.

– Все в порядке, клянусь Селитой… идем…

Через десяток шагов показалась ниша в стене. Из нее оскалился череп желтого от старости скелета, облаченного в клочья одежды и ржавые цепи. Олен покачал головой, подумав, что человека могли просто заковать и оставить тут умирать в одиночестве от жажды и голода.

За нишей проход принялся ветвиться, появились развилки, боковые тоннели, но Рыжего это ничуть не смутило. Возник запах крысиного помета, и вообще подземелье перестало казаться безжизненным. Примерно через сотню шагов они вышли к идущему круто вверх тоннелю, в полу которого оказались вырублены ступеньки. Кот мгновение помялся, прежде чем вступить в него.

– Что-то не так? – спросил Олен и на всякий случай вытащил меч.

Лезвие не светилось, выглядело искусной поделкой изо льда или стекла.

Рыжий фыркнул и побежал вверх, Олен пошел за ним. Он насчитал четыре десятка ступеней, прежде чем свет упал на что-то туманно-белое, сетчатое, закрывающее проход. Когда осознал, что это паутина, вздрогнул от отвращения, а в следующее мгновение разглядел и паука.

Белесый и мохнатый, размером с большую миску, он сидел у самого потолка, блестели черные капельки глаз, шевелились передние лапы.

– О боги, чем он тут питается? – Олен отступил на шаг, взгляд его упал на валяющийся у самой паутины крысиный скелет.

– Мяумуррр, – Рыжий потянулся, сверкнули вытянутые когти.

– Ты хочешь сказать, что придется пройти здесь? Но я не могу… Нет ли обходного пути?

Кот промолчал, но очень красноречиво пошевелил усами. А затем сел и уставился на человека, всем видом говоря – настал момент тебе показать себя.