Клан Рысей 1–4 - Сергей Солдатов

Идущих к дому девушек, во главе с Иликой, Ван увидел в окно и поспешил им на встречу.

— К нам гости или это деловая встреча? — поинтересовался он у Илики.

— Это деловая встреча с друзьями, которые пришли к нам в гости.

— Я принесу воду и фрукты. — Ван прикатил сервировочный столик, заставленный вазами, стаканами и графинами. — Что обсуждаем на этот раз?

— Ван, ты помнишь наше бегство из Столицы, сто лет назад?

— Ты правильно отметила как наиболее важный момент, то, что оно было сто лет назад. Я помню что бежали, но вот детали вряд ли. Не забывай, это вы помните все в деталях, независимо от давности, но не я.

— Да, извини — поправилась Илика — попробуй припомнить того мальчика, который нас провел к мэтру, тогдашнему главе воровской гильдии Столицы. Он еще пытался запутать нас в доме, выбирая самый извилистый и длинный путь.

— Да помню. Лицо вряд ли вспомню, но саму ситуацию конечно помню. Все же важные события для нас, такое не забывается.

— А теперь посмотри на эти портреты — Илика выложила перед ним свой рисунок с двумя рисунками Кайсы. Что ты на это скажешь?

— На рисунках изображен один и тот же человек, в разные периоды его жизни — Начал Ван Дрик. — Вернее два рисунка, это он в юности, а на третьем он лет в сорок примерно. Хочешь сказать, что это тот самый юноша? Ну и что с того?

— А то, что третий рисунок сделан с него, такого, каким он был неделю назад. На столетнего не похож.

— Глядя на меня, тоже не скажешь, что мне сто тридцать три года — отметил Ван.

— Но этот Гетрус не жил все эти годы в городе Древних, не посещал регулярно там диагностический центр Древних. Значит, он знает нечто, что позволило ему остаться молодым, или вновь стать молодым.

— Да, действительно. Нам в этом помог город. Находка этого города Древних, пожалуй, самое значимое событие последних ста лет. Но, возможно не мы одни нашли столь замечательное место. Думаешь нужно посетить этого Гетруса? Где он сейчас?

Илика подробно рассказала историю освобождения рабов в городе Весейске.

— Надо бы навестить его. Видно и мне нужно вспоминать былую профессию гвардейского разведчика. Хотя за вами девушками, все равно не угнаться. Кто из Вас возьмет на себя труд, потренировать меня пока ищем этого Гетруса?

— Помнишь меня? — на слугу портового трактира смотрела та красавица, которая несколькими днями ранее, ранее заплатила ему целую серебряную монету за совершенно простые сведения.

— Да, Ваша милость. Извините, не знаю имени вашей светлости — он на всякий случай наградил ее титулом, полагая, что хуже от этого не будет.

— Ты как меня назвал — возмутилась дама. — Меня, Пресветлую, ты обозвал светлостью. А если стражу позвать?

Такого поворота несчастный слуга никак не ожидал. Он потерял все ориентиры. О Пресветлых он слышал, но какое место в Империи они занимали, не знал. О светлостях он тоже слышал, но в портовом трактире и с ними не встречался. Сейчас бедняга с ужасом гадал, что сделает с ним хозяин заведения, когда узнает, что он оскорбил аристократку.

Пресветлая, если конечно она сказала правду, молча слушала путаные извинения глядя в его расширяющиеся от ужаса глаза. Затем, видимо опасаясь, что заячье сердечко может и не выдержать, сказала спокойно

— Ладно, не трясись. Лучше окажи мне услугу, и я тебя не обижу, как и в прошлый раз.

— Конечно, Ваша св… госпожа Пресветлая — произнес он, с ужасом осознал, что чуть было опять не оговорился.

— Ладно, не мучайся, говори как обычно без титулов. Иди, принеси мне воды и фруктов, затем закажи два самых лучших номера в вашем заведении, один для меня, а другой двухместный для господ познатнее чем я. И никому, кто я. Уловил?

Трактирный слуга, задохнувшись от усердия, кивнул и убежал к хозяину. Пробегая за стойкой, крикнул, чтобы фрукты помыли и на «тот стол».

Нивея усмехнулась и подумала, что они могли бы и поприличнее заведение найти, ну да Илика знает что делает. Впрочем, посуду мыть и тут, наверно, умеют, если предварительно правильно поговорить с хозяином.

Служанка, принесла вазу с фруктами и кувшин с водой, испугано глядя на Нивею, поставила их на стол и исчезла. Вновь появился прежний служка, а за ним толстый мужчина в фартуке, видимо сам хозяин заведения.

— Номера вашим эээ… — толстяк запнулся, не зная как обратиться - … милостям готовы, все самое лучшее. Что еще угодно госпоже?

— Госпоже угодно поговорить с Вами с глазу на глаз. Где можно это сделать.

— Где пожелает прекрасная дама — хозяин, наконец, догадался, как можно обращаться к явно знатной даме, которая не желает ему представляться.

— Можно в комнате, которую приготовили для вашей милости. — Он приказал служанке показывать дорогу, а сам почтительно затрусил за Нивеей.

Комната, произвела на Нивею хорошее впечатление, и она подумала, что в портовом трактире останавливаются и довольно приличные постояльцы, раз по первому требованию, нашлись вполне достойные апартаменты.

— Надеюсь, двухместные апартаменты не хуже? — спросила она у хозяина.

— Конечно не хуже, для достойных господ постояльцев, особенно столь знатных и уважаемых, мы держим комнаты, удовлетворяющим самым изысканным вкусам. Хотелось бы уточнить только. Те двое знатных господ, о которых упоминала прекрасная дама, супруги, или может быть друзья или подруги?

— Конечно супруги, если бы их связывали иные отношения, я бы заказала им два номера, а не один.

— Но ближе к делу — продолжила Нивея, когда за служанкой закрылась дверь. — Чуть более недели назад, я встречалась здесь, с неким Клопом. Помнишь такое?

— Да, конечно, Вы изволили тогда прожить у меня несколько дней. Но сейчас, упомянутого вашей милостью господина нет в Весейске.

— Где он сейчас. Как мне с ним встретиться?

— Видите ли, уважаемая, род занятий упомянутого Вами господина, не располагает к тому, чтобы его можно было быстро и легко отыскать, даже такой знатной госпоже как Ваша милость. Хоть режьте меня, но я не знаю как мне найти того господина.

— А если попробовать? Думаешь, не поможет?

— Что попробовать — недоуменно спросил толстяк.

— Резать, ты же сам это предложил.

Трактирщик с ужасом посмотрел на нее, читая у нее на лице и в глазах, нечто такое, что вселяло в него уверенность — эта сможет!

— Ваша милость, госпожа …эээ… не знаю Вашего имени, звания и титула, прошу простить… я постараюсь сделать все, что в моих силах, если Ваша милость подождет до вечера.

— Хорошо, я подожду, погуляю пока по городу. Когда приедут постояльцы в другой номер, надеюсь, их достойно примет Ваша челядь — спросила Нивея у трясущегося трактирщика.

Трактирщик уверил ее, что он тот час даст все необходимые распоряжения и, пятясь к выходу, умоляюще смотрел на нее. К моменту, когда за ним закрылась дверь, девушка уже с трудом сдерживалась, чтобы не расхохотаться в голос.