Смутное время - Олег Яковлев

Печальный плачущий звон замкового колокола, раздавшийся внезапно, вывел некроманта из задумчивости. Звон расходился по всей равнине. Крестьяне, кузнецы и ремесленники в недоумении выходили из домов и удивленно обращали свои взоры на Цитадель ордена Златоокого Льва, а колокол продолжал стонать.

Шумная толпа наполняла собой уже весь нижний двор замка Лот-де-Лион. Простые крестьяне смешались с пажами, оруженосцами, воинами и монахами. Множество людей, сгрудившихся, будто яблоки в корзине, создавали раздражающий гомон, как это обычно и бывает. И никто из них не испытывал страха перед некромантом, попросту не замечая его. Более того – создавалось впечатление, что каждый стремился самолично отдавить ему ногу и толкнуть в бок. Похоже, здесь собрались все жители Хартлейлской равнины. Живое, волнующееся море беспокойно колыхалось в ожидании, когда же, наконец, конклав объявит, кого он избрал новым Великим магистром. Это имя было одинаково важно и для рыцарей, и для деревенских жителей. Дориан гневно сжал зубы: если бы конклав не был сборищем лицемерных мерзавцев, вся его жизнь была бы совершенно другой. Он бы вел рыцарей в бой против Умбрельштада, он бы читал речи с Мавзолея Льва.

Наконец внутренние врата распахнулись. Шум толпы моментально стих, было слышно только, как полощутся на ветру многочисленные знамена.

Из проема широким клином выходили паладины, все они были облачены в парадные позолоченные доспехи. Каждый из них в одной руке сжимал обнаженный сверкающий меч, а в другой держал геральдический щит ордена с алым полотнищем. Следом шли старшие паладины, которые несли большие развевающиеся знамена со львом. Эти тоже были в позолоченных доспехах, только их отличала еще и тонкая черная гравировка. И, наконец, из врат показались восемь высоких воинов, исполненных подлинного величия, – командоры. Эти великие воины стояли на второй ступени иерархической лестницы ордена и являлись как комендантами своих крепостей, так и военачальниками на поле брани. Восемь командоров. Восемь самых знаменитых борцов с тьмой, носящих Имя Льва. Вместе они собирались очень редко – это случалось лишь тогда, когда требовалось избрать нового Великого магистра. Последний раз такое было двадцать пять лет назад в замке Лот-де-Лион, цитадели их ордена. Тогда они избрали своим лидером сэра Эвианна Миттернейла, которого, как они полагали, коснулась длань Вечного Льва. Сегодня каждый из них предстал в великолепных доспехах со скалящимися львами на груди. В руках – парные обнаженные мечи с прямыми гардами, украшенными рубинами и изумрудами. У Дориана просто руки зачесались – так ему захотелось прикончить их всех, повторить свой «подвиг» на глазах у многочисленных зрителей. С невероятным трудом он себя сдержал, поскольку вдруг понял – не об этом говорил ему сэр Миттернейл. Великий магистр отнюдь не был бы рад подобному исходу.

Тем временем первые ряды рыцарей остановились. Воины ударили мечами в щиты, отсалютовали людям и спрятали оружие в ножны. В пяти шагах за их спинами застыли, словно нерушимые статуи, старшие паладины, слитным движением уперев древки знамен в землю. Следом остановились и командоры. Вперед вышел самый старый из них. На вид ему было около семидесяти лет, но шаг его был бодр и уверен.

– Люди Ронстрада! – громогласно начал он. – Верные подданные королевской длани и ордена Златоокого Льва! Элагон пал! За ним ушел и сэр Эвианн Миттернейл! Пришло время назвать нового магистра ордена Златоокого Льва! Конклав долго решал, но мы можем смело сказать, что выбрали лучшего из наших рядов! – Старик умолк, чтобы перевести дух. – Сэр Винсент Акран! Выйти из строя для посвящения в Великие магистры Льва!

Люди радостно закричали – в народе любили самого молодого из командоров ордена. Это был человек, для которого моральные ценности значили больше собственной жизни, человек, готовый в любое время прийти на помощь своим людям. Это был рыцарь, свято верующий в истины любви, правды и чести, верующий во всесильность и справедливость судьбы. И это был человек, который развил в себе невероятную силу воли и духа.

Под громкие крики вперед вышел командор сэр Винсент Акран. Длинные черные волосы распущенными прядями лежали на плечах, тонкие усики черным росчерком пролегали под прямым носом, а глубокие зеленые глаза с приязнью смотрели на людскую толпу. Ему было всего двадцать пять лет, но он был очень сильным воином и в совершенстве владел как кавалерийским тяжелым копьем, так и мечами, и булавой. Его доспехи не могли похвастаться красотой ковки, они были даже слишком бедны для командора ордена: сэр Акран ценил не пышность нарядов и красоту лица, а внутренний мир и душу человека.

Дориан смотрел в его молодые глаза и не мог поверить. Да, этот человек был достоин – командор-отступник на один миг словно заглянул в душу рыцаря – светлую и бесхитростную. Почувствовал затаившуюся внутри священную ярость льва и кристальную честность – первую добродетель истинного магистра. В этом человеке собралось все лучшее, что олицетворял собой орден, – и храбрость, и справедливость, и милосердие. Сэр Дориан Райкок вдруг осознал, что будь он сейчас среди исполненных ответственности командоров, то без единого сомнения в душе доверил бы орден этому святому воину. Как жаль, что вас не было здесь сто шестьдесят лет назад, благородный сэр!

Винсент Акран повернулся лицом к остальным семи командорам, которые уже стояли рука к руке, подобно первой линии плотного воинского строя. В центре упер свой меч в землю старик, который говорил с народом.

– Преклоните колено, командор Акран!

Будущий магистр стал на одно колено, как при посвящении в рыцари; все звуки стихли.

– Сэр Винсент Акран, командор ордена Златоокого Льва! Примите завет Вечного Льва, являвшегося Аватаром Хранна Великого, хранить орден Златоокого Льва от врагов! Защищать его кровию своею, телом своим и житием своим! Вести его святым путем, обозначенным Великим Львом! Примите завет хранить свой народ! Быть ему и щедрым дарителем, и справедливым судиею, и благородным защитником!

– Принимаю завет Вечного Льва, – хриплым от волнения голосом ответил командор.

– Словом конклава посвящаю вас, сэр Акран, в магистры ордена Льва!

Старый командор выдернул из земли меч, дотронулся концом клинка до одного плеча сэра Винсента, затем до другого.

– Поднять Лик Льва!

На башнях сменили знамена с черных на алые.

– Поднимитесь же, сэр Акран, Великий магистр ордена Златоокого Льва! И примите Скипетр и Меч Магистра!

Народ во внутреннем дворе замка Лот-де-Лион взорвался приветственными криками. Рыцари, оруженосцы, простые крестьяне и слуги вздевали к небу руки, швыряли шапки, обнажали мечи и вздымали их.