И ниёр вурту (Я найду тебя) - Valery Frost

Сопротивляться не было сил. И желания не было. Наступил момент, когда организм решил на пару с силой воли сложить лапки и плыть по течению. Интересно, надолго ли… Нет, не так, а хватит ли фантазии Микарту, чтобы изменить мое к нему отношение? Сейчас — явный минус. Холодные отношения.

Я ждала в комнате, как и было прошено. Или приказано?

— Почему ты босая? — первым делом уточнил Темный, когда с моего разрешения вошел в каюту.

— Ты сказал — обед под водой. Зачем мне тогда обувь?

Маг задумался и, наверное, согласился с моим доводом, потому что качнул головой и одарил уважительным взглядом.

О чем я думала, когда соглашалась на обед «под водой»? Об аквалангах и еде в тюбиках…

О пространственных карманах и столиках в больших мыльных пузырях, привязанных к днищу корабля…

И все же моей фантазии не хватило. Мы спустились по деревянным ступеням на три уровня ниже моей комнаты. Микарт любезно распахнул передо мной створки дверей и поддержал за локоть, чтобы я не упала от неожиданности.

Дно нашего судна просвечивалось. Благоразумные дизайнеры оставили пол, застелили его ковровыми дорожками, но округлые стены казались стеклянными.

— Тебе нравится?

— Я в восторге! — продолжая сжимать руку Микарта, я шла по короткому колючему ворсу ковра.

Когда-то я была в подводном музее Кусто. И там было все по-другому.

— Если ты будешь рассматривать морских обитателей, останешься голодной, — предупредил Темный, а затем добавил более интимно: — Или мне придется тебя кормить.

Этого допустить я не могла. Но все равно на протяжении всего обеда Темному приходилось меня окликать и напоминать, что ложка с едой застыла в воздухе и следующим моим шагом должно стать открывание рта.

Я не стремилась к общению, но Микарт сделал первый шаг:

— Мне очень жаль…

Я решила не реагировать, но коротким взглядом пригласила мага продолжать.

— Я был ослом…

Я сжала губы, заклиная себя молчать. А то будет, как обычно: иногда лучше жевать, чем говорить.

— Я приказал своим людям изменить отношение к тебе.

И тут Остапа понесло:

— Ты? Ты приказал? Ты приказал! А сами они до этого не дошли бы? Своим умом… Знаешь, что? Говорят, что друг познается в беде. Если моя «жертва» не стала доказательством моего расположения и преданности общему делу, то…

Я развела руками. Микарт внимательно изучал мое лицо, что-то для себя решая.

— Не знаю, что ты там для себя решил, Темный, — не выдержала я тотальной интроспекции, — но мы должны помнить, куда и зачем мы плывем, и я готова начать тренировки.

Первую репитицию решили назначить на предзакатное время. Море оставалось спокойным и медленно окрашивалось пурпурной акварелью.

Я сверлила Микарта взглядом. А затем в два шага оказалась возле мага и поднялась на носочки, чтобы послание достигло ушей только одного человека.

— Если я замечу хоть намек не неуставные мысли, — шипела я змеей, — я сверну тебе мозги.

По лицу Темного было видно, что он готов как минимум сострить в ответ, однако сдержался. Я оценила.

— Начинай, — предложил маг.

Я ухмыльнулась. На самом деле я успела зацепить чужое сознание, еще когда шептала угрозы на ухо.

Микарт расшифровал мою усмешку правильно.

— Хорошо. Я начну, а ты подхватывай.

Пассажиры корабля развлекались по-своему: карты, выпивка, шутки. Однако, стоило Темному обнаружить себя танцующим на палубе, к нему тут же потянулись жадные взгляды.

А Микарт не показывал приемы. Его движения были похожи на перекаты океана. Я вспомнила — так двигаются поклонники боев в стиле у-шу.

Поначалу я во все глаза наблюдала за магом и пыталась повторять движения, но все никак не выходило. Я сбивалась, не зная связок, я спотыкалась, теряя равновесие. И готова была уже плюнуть, как вдруг в мою светлую голову пришла светлая мысль: а что если не руководить своим телом, а отпустить по течению.

Подумала и сделала. Закрыла глаза и тут же обнаружила изменения в образах, окружающих меня. Вместо того, чтобы тянуть на себя сознание мага, я его отпустила. А затем отправила приглашение.

Как говорит одна моя знакомая: «Обнимси».

И стоило мне сменить ультиматум на мольбу, как тут же получила нужный отклик, слившись сознанием с магом. Это было похоже на вкладыши Монтесори, словно две полупрозрачные окружности красного и зеленого цветов наползают друг на друга, создавая новую фигуру на месте стыка, похожую на листик плакучей ивы. Именно такая метаморфоза произошла и с нашими сущностями.

Я вдруг почувствовала необходимость двигаться. Все мышцы напряглись, мгновенна нашлась точка опоры и равновесия, тело готово было воспарить.

Глаза открывать я не спешила, однако кожей чувствовала на себе пристальные взгляды как своих и знакомых, так и просто любопытствующих.

«Сцепка» вышла преотлично. Я чувствовала в своем сознании чужое, но не враждебное, а родное тело воспринималось вторичным фактором, сосудом. Наверное, к такому идеальному слиянию стремятся любовники. Хорошо, что мы с Темным не принадлежим к подобной категории людей. Мы не любовники. Мы не друзья. Мы, простите за плохой французский, коллеги. С привилегиями.

А затем Темный взял в руки шест. И стало совсем весело. Где-то на задворках моего бытия мелькнула мысль, что придется принимать очень горячую ванную, чтобы избежать крепатуры.

К сожалению, мелькнувшая идея не осталась на втором плане, а вспыхнула искрой и мгновенно разгорелась до пожара. Микарт выронил шест, запнулся. «Сцепка» тут же распалась. Я, переводя дыхание, пялилась на Темного, согнувшись пополам и упершись руками в колени. В глазах мага читалось осуждение.

— Ну, вы молодцы! — похвалила нас издалека ворожея. — Довольно долго продержались для первого раза.

Сомнительная похвала без определения временного промежутка меня не впечатлила.

Схему я поняла. Как «связаться», выяснила. Вопрос был в другом: кто виноват в том, что связь оборвалась?

Пришлось снова шепотом общаться с магом, чтобы предупредить — буду снова провоцировать, чтобы проверить, кто виноват.

И вскоре проверка показала, слабое звено в нашей цепи — Микарт. Любое локальное воспоминание и представление интимной сцены, оголенной части тела и тому подобное, вызывает адреналиновый всплеск и Темный отвлекается. Даже бой с противником не имел такого влияния, как мысль о постели.

Мне оставалось лишь «тренировать» мозги мага. Он управлял моим телом, а я бросала провокационные образы. И к превеликому моему сожалению, прогресса не наблюдалось — Микарт продолжал терять контроль, стоило получить малейший намек на амуры.