Капитан Ненависть - Лена Тулинова

Линда угрюмо жевала мясо. Вкус был… словно призраком вкуса. И вино из маленьких стаканов на ножках не понравилось: слабое и кислое.

— Как вы тут живёте при такой кормёжке? — спросила она. — Если солдат в день котелка каши с мясом не сожрёт, да хлеба буханку, да ещё, скажем, похлёбки какой не перехватит, погуще и пожирнее — много он тебе навоюет?

— Будь спокойна, у солдат другое довольствие. Хочешь посмотреть на свою армию? — Ринальт усмехнулся и отпил вина.

С таким видом, будто ничего вкуснее никогда и не пил. Может, у него там в стакане другое налито?

— Что ты думаешь о принце, краса… Хасс?

— Принц небось обо мне ничего не думает, — буркнула Ненависть, — чего же мне думать об нём? Как там говорится? Ты можешь смотреть на луну вечно, но она тебя не увидит.

— Народная мудрость — альтернатива глупому ответу, — изрёк Мэор не слишком понятно. — Можно сказать пословицу и уйти от ответа. Но я хочу, чтобы ты сказала честно. Мне хотелось бы установить с будущей женой и настоящим генералом честные отношения.

— Да? — Линда с сомнением посмотрела, как он жуёт свои эти фиолетовые ошмётки, будто куски от королевского флага, и подцепила ножом один такой.

Пока жевала — ну трава и трава, уж лучше бы она крапиву сожрала! — Мэор покивал и снова спросил:

— Так что ты думаешь о принце?

— Что он вонючий укрысок. Его папаша считай своим отродьем признал, а мог бы просто чпокнуть по-тихому да прикопать под нужником… Так нет! Признал своим сыном, дочь за него хотел выдать, выучил, вынянчил как родного…

— Он и есть родной, Хасс, просто незаконный, а королевской дочери всего три года, — мягко улыбнулся Мэор. — К тому же многие против родственных браков… Но продолжай, прошу тебя.

Похоже, его забавляло, как Линда говорит о принце. А вот слуге за его спиной это не нравилось. Кажется, у парня даже коленки дрожали, так он расстроился. И когда вино Мэору подливал, руки слуги тряслись так, что немного на скатерть выплеснулось. Вот Линда всегда считала, что скатерти всякие там и салфетки — излишество. Руки можно и о штаны вытереть. А вот платье это — оно для вытирания не удобное, ткань тонкая и какая-то больно уж плохо вбирающая в себя жир. Наказание одно, а не платье!

— Ну а чего продолжать? — спросила она. — Король, значит, принца как своего принял, а принц ему давай пакостить по-всякому. Сперва, значит, наследника единственного извёл. Потом чернокнижником оказался и принцессу заставил по всему дому, значит, бегать со страху. Ежели, кстати сказать, ей всего три, то совсем плохо. Она ж малая совсем, ну чего ребёнка-то пугать? Небось она там все свои панталоны с перепугу обмочила. Ну не укрысок? А когда ему от дома, значит, отказали — пошёл войной на собственного папашу, чтобы отжевать полкоролевства, а после папашиной смерти и всё остальное прибрать. Вот скажи мне: он папашу после смерти тоже заставит по всему дворцу бегать в виде умертвия?

— А что, это интересная мысль, — задумчиво сказал Мэор. — Только ты не всё знаешь, Хасс. Чернокнижие и некромантия — это не увлечения. Это дар. И игнорировать его нельзя.

— Если гнобировать нельзя — то можно, значит, попросту в узде держать, дар-то, — рассудила Линда. — А ты, значит, всё-таки идейный. И меня хочешь так же, чтобы за одну только идею работала, да? Небось денег у тебя нет, всё за долги пошло?

— Почему нет? Есть, — кисло улыбнулся Мэор.

— А гостей листьями кормишь, мясо потоньше порезал, — упрекнула Линда.

Ринальт не выдержал и расхохотался. Это уже даже не раздражало. Ну, подумаешь, весёлый некромант. С кем не бывает?

Но поев, Ненависть поняла, что ей лучше. Она больше не чувствовала себя такой мёртвой. Пожалуй, живой она себя тоже не ощущала, но, во всяком случае, поняла, что ей легче двигаться и что руки-ноги наполнились силой.

Глава 6. Побег из дворца

В конце концов, всё неприятное заканчивается. К сожалению, приятное заканчивается ещё быстрее. Так и этот обед в компании с непонятным некромантом, который не спешил сыпать проклятиями в ответ на оскорбления. Впрочем, Линда не слишком усердствовала с последними, скорее ради того, чтоб форму не потерять, да и потом — с нанимателем ведь надо по-особому общаться. Не то припомнит все эти словечки, когда станет платить — и удержит в свою пользу пару десятков золотых. Или сколько там полагается за работу генералом?

Так или иначе, а обед завершился, слуги принялись туда-сюда сновать, унося посуду и недоеденные блюда, а Ненависть откинулась на спинку стула и вытянула ноги.

— Уф, — сказала она. — Нажраться такой жратвой — это надо ещё умудриться. Тут всегда так кормят?

— Всегда, — улыбнулся Ринальт.

— Жаль. А харчевня в городе есть?

— Сколько угодно, — сказал некромант, — но ты же не собираешься питаться в харчевнях, когда лучшие повара…

— Дай мне своих поваров на пару дней, и я научу их, как не портить мясо, — пообещала Линда. — Я даже крысу тебе сготовлю получше, чем они — курицу.

— Ты просто ничего не понимаешь в хорошей кухне, — высказался Ринальт.

— Ну-ну, — процедила Линда. — Ладно. Давай показывай, где у тебя оружейня. Броню я не таскаю, но хорошая крепкая куртка не повредит. И штаны бы хотелось, а то что за генерал в шелках, кружевах да ленточках? Ружьё, опять же, у меня украли — придётся искать новое, да чтоб по руке да по душе пришлось…

— Шелка лучше оставить для другого, — согласился Ринальт, — но ты же не собираешься сразу на передовую?

— Нет, — подтвердила Ненависть, — сначала я хочу твоё войско увидать. У меня, понимаешь, всегда было под началом не больше тридцати хренов на ножках, а то и меньше, а тут целые тыщи.

Отчего-то Ринальта опять разобрал смех.

— Оружейню покажу завтра, — сказал он. — А с войском придётся немножко подождать. Но послушай-ка, Хасс! Разве под началом капитана всего только три десятка человек?

Линда пожала плечами.

— У нас был один такой наёмник: граф Свобода. Вояка ещё тот, зато трепач такой, что только уши успевай чистить от его словечек. Так ты что думаешь — он взаправду графом был?

— Но ты-то ведь правда командовала людьми, — уже серьёзно сказал Ринальт.

— И тебе лучше не знать, как мне это досталось, — кисло усмехнулась Ненависть.

Она встала, потянулась, слегка хрустнула суставами. Чем заняться, она и понятия не имела. Разве что вот прогуляться по здешним улочкам? Крепость была немаленькая, в её пределах наверняка найдётся что-то