Ведьма - Елена Волкова

— Да, — и тип добродушно засмеялся. — А над каблуками — ноги по первой категории… Это Карин, — произнес он ее имя на французский манер. — Ее выступление еще только через пол-часа.

— Выступление?..

— Да, она танцует на подиуме. А вы знакомы?

— Нет, — ответил он и повернул к выходу. — Наверное, я ошибся.

— Бывает, — услышал в спину. — Ничего…

Собственно, ничего страшного не произошло. Он дошел до машины, включил зажигание, фары… Сзади кто-то засигналил, чтобы поторопился и освободил место на стоянке. Он вырулил и пристроился в ряд. Ничего страшного не произошло. Стрипизерка — не проститутка. Конечно, не очень приятно, когда девушка твоей мечты оказывается стриптирезкой, но могло быть и хуже…

— Так, значит, она — девушка моей мечты?

Хуже? Но ведь он сам несколько минут назад пришел к выводу, что Рыжая не обладает сколько-нибудь выдающимися интеллектуальными данными, а находиться в центре внимания, быть объектом восхищения ей нравилось всегда, вот она и нашла себе занятие — как раз то, где ею все восхищаются, и в то же время крепкие парни гарантируют ей безопасность по котракту, и никакого насилия над ее прекрасным телом и незамысловатой личностью. Но, с другой стороны, в подобного рода заведениях безопасность тоже может стать понятием относительным, если сами же охранники создадут там свою мафию или, того хуже, хозяин заведения. Но такая, как она, сможет выбрать себе по душе одного из охранников, а среди них нередко попадаются видные парни, и тогда он за нее горло перегрызет кому угодно, даже и хозяину. Что-то в ней есть такое, что доводит до горячки…

"Да ну ее, пусть танцует на подиуме в стриптиз-клубе. К черту вообще, она утомляет… А где это я? Опять заблудился? И куда это я несусь?"

Городские огни остались где-то в стороне, он мчался по трассе, еще освещенной, по сторонам мелькали закрытые павильоны и склады Индустриального Полигона, а значит, успокоил он себя, еще недалеко до города.

— Надо не прозевать перекресток, а то так можно доехать до Норвегии…

Бросил взгляд на спидометр и испугался: стрелка дрожала между ста тридцатью и ста сорока километрами в час. Он никогда не ездил с такой скоростью, никогда не возникало нужды, даже из любопытства не пробовал.

— Господи, я с ума сошел. Так и убиться недолго. Чертова кукла…

Дождь припустил с новой силой. Он начал отпускать педаль газа, полотно дороги пошло под уклон, навстречу показались фары и габаритные огни контейнеровоза, за ним — следующего, целый автопоезд неторопливо пробирался сквозь дождь, и он подумал: "Вот разумные люди — тише едешь, дальше будешь…", но тут, обгоняя автопоезд, прямо навстречу выпрыгнул из дождя мотоцикл, следом за ним другой, расстояние сокращалось быстрее, чем скорость, он прижался к обочине, продолжая отпускать педаль газа, и последнее, что запомнил из той ночи — слепящий свет мотоциклетной фары, несущийся прямо в лицо…

Его спасло то, что к моменту столкновения он успел сбросить скорость до максимально допустимой нормы. Мотоциклист перелетел через его «Вольво» вместе со своим мотоциклом и умер еще до приезда «Скорой», как потом выяснилось, от внутреннего кровотечения, вызванного разрывом внутренних органов от удара в момент падения. У второго мотоциклиста оказалось больше времени на торможение, он тоже столкнулся с «Вольво», но скорости были уже не те и он выжил, отлетев в кювет и отделавшись несколькими переломами. «Вольво» же выбросило на встречную полосу, под автопоезд контейнеровозов, но ангел-хранитель успел схватить его за воротник, а водитель ближайшего тяжеловоза — не только затормозить, не доехав десяток метров, выскочить вместе с напарником из кабины и вытащить пострадавшего из покореженной машины, но и заметить бензин, вытекающий из разбитого бензобака. Через несколько минут машина загорелась. Всего этого он не видел, все это рассказали уже потом. Врачи и медсестры приговаривали, что ему повезло, как не бывает, что он родился второй раз, и теперь просто обязан… ты чем занимаешься, парень? поешь? Ну так теперь ты просто обязан стать знаменитым певцом… а что поешь-то?.. опера?.. о!.. а то в наше время только глухонемые не поют… И билеты нам прислать на свою премьеру… А что повязка на лице, то это ерунда, мелочи — порезы от разбитого стекла, заживут, и следов не останется, а если и останутся, то косметической хирургией их несложно будет убрать, это не то что термические или тем более химические ожоги, вот если бы горящий бензин плеснул бы, тогда да, тогда — проблема, долго и больно лечить, накладывая заплатки из собственной кожи, срезанной с другого, менее заметного места…

Да, ему повезло — так приговаривали все. Мать плакала. Отец что-то непривычно много и бодро говорил так, что он едва разбирал слова. Уцелевший мотоциклист, как только сумел усесться в кресло-каталку, приехал вместе со своей подругой, которая эту каталку и везла, и просил не вчинять иск, обещая возместить стоимость машины помимо страховки и долго каялся и ругал покойника, не бывшего ему даже приятелем, так, едва знакомы были, поспорили, как два идиота… Их вина, штраф наложат за превышение скорости — будь здоров, несколько лет выплачивать будет, ну да это не беда, только бы руки-ноги зажили… Так не будешь вчинять иск?..

Он пообещал, что не будет, и так всем плохо. Хотел было отказаться даже от компенсации стоимости машины, но вовремя понял, что парнишка, видимо, из состоятельной семьи: мотоцикл дорогой, новый, и большой штраф и компенсация его не особенно огорчают, потому решил — пусть платит, тем более, что деньги скоро понадобятся…

Неожиданно явился с визитом Суне:

— Музыкант, ты всю жизнь, сколько я тебя знаю, совершаешь какие-то неожиданные поступки. Я бы никогда не подумал, что ты способен гонять на машине ночью по мокрой автостраде.

Суне к этому времени стал довольно известным в своем кругу программистом, создал на паях с каким-то, как он сам выражался, "старым хакером", фирму, а теперь они заключили контракт с каким-то солидным издательством. Магнус посмеялся вместе с ним: хакер никогда не признается в хакерстве, а оптимизм Суне был заразителен, и он тоже просил билет на премьеру.

— Разве ты разбираешься в музыке?

— Ни капли, — признался тот. — Я буду кричать на весь зал: "Я знаю это парня! Я учился с ним в одном классе!.."

— Не надо во время спектакля…

— Ну, тогда в антракте.

Но он понимал, что не скоро все эти добрые люди попадут на его премьеру, если только попадут вообще. Через год он перестал хромать. Порезы на лице действительно затянулись и стали почти незаметными. Врач-косметолог утверждал, что особой нужды в пластической операции нет, что еще через год или два, когда нарастет новая кожа, они совсем исчезнут. Но, конечно, можно сделать операцию, тогда понадобится меньше времени…