Конец пути - Мстислав Знаниев

Даже с тем, что Грэм был увлечен спором с самим собой, даже с тем, что он не замечал ничего вокруг, одна вещь сразу бросилась в глаза - свернувший за угол Райен.

"Нас свела сама судьба", - подумал наемник.

Сердце северянина колотилось о грудную клетку. Он понимал, что другого шанса ему может не представиться. Он знал также, что Райен будет преследовать его до конца. И знал, что в поединке лицом к лицу скорее всего проиграет.

Грэм пробрался по стороне улицы, противоположной той, по которой шел охотник за головами, прежде чем свернул за угол. Райен тоже мог заметить его и притаиться за углом, поджидая, словно паук добычу. Но нет, охотник продолжал идти, как ни в чем не бывало. Вот он миновал людные, шумные улицы и скрылся в хитросплетении узких улочек и еще более узких переулков района Арката, который называли Темным. Это был район бедняков и абсолютно нищих, бандитов и жуликов - район, крайне небезопасный для тех, у кого было чем поживиться. И хотя городская стража всерьез занялась борьбой с преступностью, а наместник города пытался улучшить условия проживания жителей Темного района, улицы оставались по-прежнему опасны.

Грэм почти настиг соперника. Он старался ступать неслышно, насколько это вообще было возможно. Ему казалось, что сердце стучит слишком громко, и может выдать его. Северянин ужасно волновался; ладонь, сжимавшая рукоять меча, стала мокрой от пота. И наконец...

Райен почувствовал холод стали на шее. Он остановился, размышляя над тем, кто посмел ему угрожать. Один из многих разбойников, шнырявших, словно крысы, или кто-то другой? Он решил действовать наудачу.

- Нашел меня, а, Грэм?

Удача и на этот раз не покинула охотника за головами. В следующее мгновение он услышал голос наемника:

- Ты сам нашелся.

Теперь северянин чувствовал себя куда увереннее. Преимущество было на его стороне. Даже попытайся Райен оказать сопротивление, Грэм успеет нанести такие раны, от которых не спасет уже ничто.

- Старею, - вдруг признался Райен. - Когда твои способности позволяют тебе не только выжить, но и оставаться наверху, над многими и многими искусными людьми, когда твоим именем начинают пугать не детей, а опытных воинов, ты слишком остро чувствуешь свое превосходство. Становишься беспечным, полагая, что громкое имя отпугнет желающих покончить с тобой за давние обиды. И вот в один прекрасный день найдется смельчак гораздо слабее тебя, которого ты даже не заметишь. Он трусливо подкрадется сзади, и его нож войдет прямо в твое сердце, а ты этого даже не поймешь, пока твой труп не упадет в сточную канаву.

- Довольно, - прервал его наемник. - Понимаю, ты долго готовил эту речь, но может быть хватит?

- Я уже сказал все, что хотел. Просто извлеки пользу из этих слов. Всегда будь начеку.

- Если ты закончил, тогда давай перейдем и делу.

- Только сделай это быстро, - попросил Райен.

- Хорошо, - согласился Грэм, вполне понимая, к чему клонит его соперник. - Но я не собираюсь убивать тебя. Ты тоже охотишься за мошенником Ла Рондом, ведь так?

- Ну? - произнес Райен, удивленный таким поворотом событий.

- Я уже выполнил этот заказ. Неделю назад. Но у меня есть предложение: я отдаю тебе часть денег за выполнение, и ты прекращаешь меня преследовать. Что скажешь?

Райен в ответ глухо рассмеялся.

- Тебе удобно ставить условия, Грэм. В твоем-то положении.

- Я с удовольствием выслушаю твои предложения. Но если ты откажешься, мне придется убить тебя.

Райен хранил молчание.

- Сколько тебе лет? - спросил Грэм. - Тридцать? Тридцать пять? И ты уже спешишь расстаться с жизнью?

И вновь Райен промолчал. Грэм чувствовал, что внутри охотника идет нешуточная борьба. С одной стороны, охотник за головами мог бы согласиться на предложение наемника, поправ собственные принципы. С другой - оценивал возможный риск и шансы на успех в том случае, если он попытается выкрутиться из сложившейся ситуации с помощью оружия. И он бы попытался, если бы не поединок с Грэмом в прошлом году. Тогда Райен победил, загнав северянина в угол. Но наемник не только остался в живых, но и смог пробить себе дорогу на волю, оставив на теле охотника несколько неприятных ран. А за год парень наверняка "подрос" и стал пользоваться мечом еще более эффективно.

На раздумья у Райена ушло не больше трех секунд, и он принял единственно верное решение.

- Уходи, и не смей показываться у меня на глазах, Грэм.

Теперь деваться было некуда. Малейшее промедление могло подорвать репутацию охотника за головами. Он смело шагнул вперед, затем еще и еще. Лезвие меча не оставило следов на его коже. Райен ушел, ни разу не обернувшись.

Грэм все еще стоял, держа в руке опущенный меч и обдумывая произошедшее. Райен действительно нашел тот единственный выход, позволивший ему не потерять лицо и остаться невредимым. Гордость и самоуважение, возобладавшие в его душе, но действовавшие вкупе с холодным разумом, не дали взять с наемника денег, иначе кем бы тогда был охотник? Кем бы он стал для самого себя? А на самом дне его души оставалось место и для благородства, пусть и тщательно скрываемого: последней репликой Райен ясно дал понять, что не намерен преследовать Грэма, по крайней мере, до тех пор, пока наемник сам не нарвется на неприятности.

А может, его действия были продиктованы лишь желанием выжить? Кто знает, кто знает...

Колокольчик над дверью пронзительно звякнул, и Марк, оторвав взгляд от потолка, упал вместе со стулом, на котором сидел и который удерживал в равновесии на задних ножках. Марцио снисходительно посмотрел на парня, затем послал красноречивый взгляд в сторону Грэма. Наемник никак не отреагировал на это.

- Мне нужны свежие лошади, - с порога потребовал он.

- Уже уходите? - поинтересовался Марцио. Впрочем, вопрос был задан только лишь из вежливости, и ответ на него нисколько не интересовал гильдийца. - Тогда прошу следовать за мной.

Марцио провел парней через потайной ход прямиком в конюшню. Три лошади стояли в стойлах, еще девять стойл пустовали. Животные забеспокоились, почувствовав присутствие людей, завертели головами, но тут же успокоились, услышав голос Марцио.

Из конюшни вел и "парадный" вход на одну из улиц. Ворота значительную часть времени были заперты на крепкий засов, но отворялись каждый раз, когда кто-то из наемников прибывал сюда на лошади, или наоборот, покидал конюшню.

Как и в большинстве городов Империи, по улицам Арката запрещалось передвигаться верхом. Исключение составляли только регулярные дилижансы и повозки торговцев, причем для последних были отведены отдельные улицы прямиком на рынки или базары. Аристократы же пользовались специальным пропуском-разрешением - богачей было слишком мало, чтобы они могли создать проблемы среди улиц города, даже если бы они все разом оседлали своих коней. Гильдийцы тоже пользовались такими пропусками, но выдавали себя за курьеров - курьерская служба часто требовала срочности и скорости от своих работников, в том числе и внутри городов.