Тень Хаоса - Найрэ

Лир и Эрис уже больше часа сидели в таверне, ведя разговоры о жизни и опрокидывая одну за другой кружки пива. Не смотря на то, что здешнее пойло являлось редкой гадостью, кроме него всё равно пить было нечего.

— А пойдём что ли по городу прогуляемся! Погода-то хорошая, — предложил вор.

— Ты где здесь город увидал? Давай, прогуляемся, — ответил Лирнэ.

Элрэт поднялся наверх, взял с собой почти все вещи, в том числе оружие, и зачем-то сунул в заплечный мешок ту самую стрелу, к которой была прикреплена записка. Сказав отряду, что идёт на прогулку, он вышел за дверь.

И вот наёмник и вор уже покидали таверну. Слегка прохладный весенний ветер бил в лицо и трепал волосы. Лир любил это время года за мнимое ощущение счастья. По весне просто жарче играет огонь в крови, заставляя сердце биться быстрее. И, пускай, это просто инстинкты. Просто в промежутке между летом и зимой было что-то особенное. Не смотря на то, что эта весна пахла отбросами и дешёвым пивом.

Они шли по узким и грязным улицам, а мимо сновали люди. Злость и презрение читались на их лицах. Ясно было, что на этом острове не очень жалуют кого-то кроме людей. До ушей Лира постоянно доносился злобный шёпот из-за угла.

— Вот гнусные скоты! — прошипел Эрис.

— Да ладно, а мне их жалко. Они же такие ничтожные, вот и гложет их злоба и зависть к другим существам, — ответил Лирнэ.

Улыбка вора расплылась до больших и острых ушей.

— Хм, это потому что они мало живут?! — спросил он.

— Нет, это всё от нежелания принять мир таким, какой он есть.

Они свернули к рыночным рядам. Шум, гам и толпа никогда не привлекали Лирнэ Элрэта, а сейчас это казалось ему и вовсе отвратительным. Да и слишком много вороватых глаз следили за ним. На всякий случай пришлось прижать к себе все ценные вещи. Взгляд Лира привлёк лоток с алкоголем. И он дёрнул за рукав своего спутника, что бы тот остановился.

— Смотри, а что это за зелёная жидкость? — спросил Лирнэ у Эриса.

— Это такая настойка на травах. «Зелёный дракон» называется. Очень крепкая штука, — ответил он.

Лирнэ ещё раз оглядел прилавок. Но «Зелёный дракон» слишком сильно запал ему в душу.

— Сколько? — спросил он у торговца в пёстрых одеждах.

— Десять золотых! — ответил тот. Причём на лице его читалось выражение: «Да откуда у тебя такие деньги?»

Лир поколебался пару секунд. Задаток у него ещё оставался, а если выполнит заказ, то денег получит немало, если же не выполнит, то мертвецам деньги ни к чему.

Он извлёк из-под доспеха десять золотых монет и швырнул торговцу.

— Беру!

Они покинули рынок и вышли к морю. Лир нес бутылку, прижимая её к груди, как самое ценное. Впереди были чёрные скалы, о которые с рёвом бились волны. Над морем парили белые птицы. Солёный воздух бил в нос, но здесь он уже не казался таким тошнотворным, как на корабле.

Элрэт присел на один из камней и откупорил бутылку. Он почувствовал аромат незнакомых трав. Должно быть, такие не растут в империи и в тех местах, где ему доводилось бывать. Осторожно эстир сделал глоток, горькое тепло обожгло гортань. Поморщившись, он передал бутылку Эрису. Вор отхлебнул «Зелёного дракона» и утёр рукавом рот.

— Да, и забыл предупредить, обладает наркотическим свойством, — сказал он, — видения вызывает.

— Да ладно, у меня и без таких вещей бывают видения, — отмахнулся от него Лир.

Эрис сел на противоположный камень, лицо его приняло недовольный вид. Вор был богат на различные виды гримас, казалось, будто лицо его — сырая глина, которую каждый раз перелепливает заново неведомый скульптор. Как же легко мышцы его лица передавали малейшие перепады настроения. Лирнэ про себя отметил, что негоже для вора быть таким эмоциональным, хотя кто знает, может и лицо у него врёт.

— Зачем мы сюда пришли, пойдём лучше по девкам! — проныл Эрис.

— Да ну тебя! Не нужна мне эта любовь продажных женщин. У меня своя есть, — отмахнулся Лир.

— Я бы на твоём месте сомневался в непродажности моей сестры, — усмехнулся вактри.

Последние слова задели Лира за живое. Ему в очередной раз подсыпали соли на рану.

— А думаешь, я не знаю? Ты не первый, кто мне это говорит. И я прекрасно осознаю что я дурак. Но, понимаешь, ничего поделать не могу. Это моя любовь, а большего не дано, — вспылил Лирнэ.

Эрис невольно вжал голову в плечи, что бы не получить по шее.

— А я никогда не любил и счастлив.

Вместо ответа Лир сделал большой глоток из бутылки. Во второй раз уже не так сильно жгло горло.

Тем временем на постоялом дворе Таймора расхаживала по комнате. В отсутствии Лира она ощущала себя полноправным командиром.

— Ну и где эта пьянь! Опять куда-то запропастился! — громко возмущалась она.

Наемники, не обращая на неё внимания, продолжали валяться на тюфяках. Вальдун грыз зачёрствевший хлеб.

— Что ты жрёшь?! И так рожа в дверь не пролазит! — прикрикнула на него девушка и пнула ногой в бок, — И вообще это моя булка! Только сегодня выкинула.

Мужчины продолжали молчать. Все знали, что вступать в спор с разъярённой полуоркэссой чревато. А спорить было откровенно лень, гораздо разумнее было заткнуть уши.

— Так, встали и пошли искать Лира вместе со мной! Иначе сейчас все получат по шее! И рыжий тоже получит. Где моя любимая дубина? — не унималась Таймора.

Отряд не торопясь поднялся на ноги.

— Закутайтесь что ли в плащи с ног до головы, что бы хоть немного сойти за людей. Хотя нет, это вас не спасёт.

— Ты бы хоть оделась поприличнее! — хмыкнул Никвэндил.

— Заткнись. Во-первых, так удобнее драться, во-вторых, мне жарко! — резко ответила Таймора, оглядывая свои совсем короткие штаны из кожи и рубашку, обнажающую плоский живот, при этом едва прикрывающую внушительных размеров грудь.

После недолгих сборов наёмники покинули постоялый двор.

Время шло. Бутылка пустела. Вот и небо налилось красной кровью заходящего солнца.

— А покажи ещё дракона! — воскликнул уже изрядно пьяный Эрис.

— Ладно! — ответил Лир.

Эстир набрал в рот остатки «Зелёного дракона», высек из пальца пламя. Он выплюнул жидкость сквозь зубы на открытый огонь, отчего струя полыхнула зелёным пламенем.

— Здорово! Люблю всё, что горит, — заплетающимся языком произнёс Лирнэ Элрэт, сползая с камня.

Взгляд Лира устремился туда, где возвышалась единственная гора на острове.

— Хочу на гору залезть! — воскликнул он.

— Не пойду я. У меня ноги не ходят, — отозвался Эрис.

— А как они у тебя пойдут, если ты на них сидишь?! Пойдём, быстрее!