Обреченные (СИ) - Белов Вольф Сигизмундович

И все равно Анна многого не понимала из прочитанного. Необычные люди необычных профессий, необычный быт, взаимоотношения, все в этих книгах было незнакомо. Если и вправду когда-то люди жили вот так, это была совсем другая жизнь. Почему она закончилась? Почему сейчас мир выглядит по-другому? Дед многое знает, он изучил уже множество книг, может быть, ему известно, почему погиб старый мир.

Отдавшись мыслям, Анна едва не наскочила на него самого, идущего впереди. Обернувшись к женщине, Дед схватил ее за плечо и прокричал:

— Я пойду туда, остальные отправятся дальше! Ты со мной или с ними?!

— С тобой! — отозвалась Анна, не задумываясь.

— Тогда идем! — скомандовал старик. — Они зайдут за нами на обратном пути!

Весь отряд отправился дальше, а Дед и Анна свернули на боковую улицу, вернее, то, что от нее осталось. Если бы Анна владела более обширными знаниями, она могла бы сравнить центральные улицы мертвого города с горными ущельями. Сейчас уже трудно было представить, как все это выглядело раньше, когда здесь жили люди. Сейчас с двух сторон сквозь завесу снега проступали темные бесформенные громадины, а под ногами не попадалось ни малейшего участка ровной поверхности, всюду из-под снега проступали нагромождения бетона и битого кирпича, торчала изогнутая арматура.

Анне было непонятно, как их с Дедом смогут отыскать остальные участники экспедиции, она сама не понимала, куда именно ведет ее старик. Возможно, все они уже бывали в этом городе и прекрасно ориентируются среди руин. Леха ведь тоже отлично определял нужное ему направление среди, казалось бы, абсолютно одинаковых развалин и мусорных курганов. Расспрашивать Деда сейчас не было никакой возможности, узнает все потом, жить ей здесь придется еще долго.

Через некоторое время Дед остановился, схватил Анну за плечо, затем повлек за собой в оконный проем ближайшего строения. Крыша здесь отсутствовала напрочь, рухнувшие доски давно сгнили в труху, остались лишь рваные измятые листы железа, завалившие пол. Оседая на железо, мокрый снег таял, смешивался с ржавчиной и превращался в бурую грязь.

Дед включил фонарь и повел Анну за собой, обходя провалы в полу. По бетонным ступеням полуразвалившейся лестницы они спустились на этаж ниже. Как и у большинства строений мертвых городов, нижние этажи этого здания снаружи были засыпаны обломками и мусорными отходами и превратились в подземные. Здесь уже не задувал ветер, лишь в бреши верхнего перекрытия падали серые хлопья снега и бурые капли талой воды.

— Будь осторожна, — предостерег спутницу Дед, приспустив защитную повязку с лица. — Не отходи от меня, можно провалиться.

— Ты уже бывал здесь? — спросила Анна, также освободив лицо.

— Да, заходил однажды, — подтвердил ее догадку старик. — В тот раз не хватило времени, чтобы осмотреть все как следует. Может, сегодня повезет больше. Иди за мной.

Вслед за Дедом Анна спустилась еще на несколько лестничных пролетов. Здесь уже царила абсолютная темнота. Луч фонаря скользнул по массивным металлическим конструкциям, стоявших рядами. Дед зажег две восковые палочки с фитилями, которые он называл свечами, и выключил фонарь. Одну из свечей он протянул спутнице.

— Будем экономить электричество, — сказал Дед. — Если фонарь погаснет, наощупь выбраться отсюда будет сложно.

— Что ты хочешь здесь найти? — поинтересовалась Анна.

— Информацию, — ответил Дед. — Сведения о прошлом. Это здание было когда-то городской библиотекой, а мы сейчас в книгохранилище. Книги, которые оставались наверху, уже полностью сгнили, но здесь еще можно что-нибудь отыскать.

— Зачем тебе это? — снова спросила Анна. — Что проку в знаниях о прошлом?

— Знания не бывают лишними, они помогают людям выживать. Я пришел сюда не только из личного интереса, есть и практическая потребность. Здесь может встретиться техническая литература, может быть, благодаря ей, облегчим собственное существование. В мегаполисах корпорации обучают людей необходимым профессиям, а во внешнем мире мы сами добываем необходимые знания вот в таких древних библиотеках. Конечно, только те, кто умеет читать, а таких не очень много. А вот зачем ты пошла со мной? Что ты хочешь найти для себя?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Подобным вопросом задавалась и сама Анна, но звучал он очень смутно, где-то глубоко в сознании, на уровне неопределенного чувства, не требуя мгновенного ответа, оставляя время на раздумья. И вдруг неожиданно для нее, ответ потребовался прямо сейчас. А что ответить? Анна сама не знает, чего хочет, за последнее время ее желания менялись много раз, а что до каких-либо устремлений, связанных с будущим, она по-прежнему не видит для себя никаких перспектив в этом чудовищном умирающем мире. Действительно, зачем она увязалась за Дедом? Тот с самого начала сказал куда пойдет: здесь нет технических приспособлений, оружия, медикаментов, никаких припасов, ничего, что можно использовать для жизни прямо сейчас, — лишь одни заплесневелые книги.

— Я не знаю, — честно призналась Анна.

— Тогда ищи, — посоветовал Дед. — Может быть, найдешь для себя ответ.

— А если не найду? — вырвалось у Анны.

В самом деле, с чего старик взял, что именно в этом подвале, она вдруг узнает для себя что-то такое, что придаст хоть какой-то смысл ее собственному существованию?

— Либо продолжишь искать, либо поймешь, что тебе это не нужно, — ответил Дед. — Будь осторожна, смотри под ноги. Здесь, вроде бы, больших разрушений нет, но все равно, будь внимательна.

Сам он, подняв свечу повыше, вошел в ближайший проход между стеллажами.

Анна прошлась вдоль стеллажей, заглянула в один из проходов. Длинные металлические полки, уходившие в темноту, были заставлены книгами. Металл хоть и вздулся местами от ржавчины, но сами полки выглядели целыми, тем не менее, на полу между стеллажами валялись десятки книг, видимо, упавшие сверху. Анна подняла одну из книг — в пальцах осталась лишь часть переплета, влажные от плесени обрывки страниц ворохом упали под ноги с глухим шлепком.

Разгадка, почему не все содержимое полок осталось на месте, пришла неожиданно, когда чуть ли не перед самым лицом в свете свечи блеснули маленькие глазки. Анна отшатнулась прочь, сидевшая на полке между книг крыса проворно соскочила вниз и скрылась под стеллажом. Похоже, единственными обитателями книгохранилища были крысы, они тут и хозяйничали вовсю, сбрасывая все с полок.

Анна наугад взяла с полки первый попавшийся том. Заплесневелые края листов рассыпались под пальцами, лишь в центре страниц можно было различить наполовину выцветшие печатные строки. Следующая книга оказалась не в лучшем состоянии. Лишь с пятой попытки попался текст, который еще можно было прочесть.

Как и при прочтении книг из каморки Деда, Анна вновь не очень-то поняла прочитанное. Особого интереса текст не вызвал. Перебрав еще несколько книг, Анна перешла к следующему стеллажу.

Бездумно перебирая страницы мало-мальски уцелевших томов, Анна размышляла над странной, на ее взгляд, тягой Деда к этим предметам минувшей эпохи. Для него это источник знаний, в чем-то полезных, но по большей части совершенно непригодных для практического использования. Ну вот, что проку от того, что кто-то когда-то кого-то любил, к чему-то стремился, что-то строил? Просто описание чьей-то жизни, совершенно не похожей на тот мир, в котором приходится выживать его нынешним обитателям. Интерес Анны вызывало совсем другое: почему мир изменился настолько?

Одна из книг изобиловала иллюстрациями. Кажется, подобные картинки Дед назвал фотографиями. Улицы, парки, мосты, красивые здания, люди с открытыми лицами, какие-то животные, которым Анна не знает названия… Почему все это превратилось в руины под черной завесой, где вместо воды с неба льется кислота, а в мусорных кучах копошатся вечно голодные люди и крысы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Анна все пыталась представить, как это место выглядело раньше, когда здесь были люди. Не последние выжившие, а обычные люди, те, кого она видела на фото, о ком повествуют книги, хранящиеся здесь. Воображение было способно нарисовать лишь монолитные бетонные стены, подобно тем, к которым она привыкла в жилом и рабочем кварталах родного мегаполиса, но душа подсказывала, что такое представление об архитектуре прошлого ошибочно. Анна ведь видела здания на картинках, они совсем не были похожи на высотки, где жили и работали жители мегаполисов. Анну и всех остальных с самого детства приучили к мысли, что не должно быть ничего лишнего, ничего, что может отвлечь от мыслей о работе, а любое пространство должно быть максимально заполнено с пользой не только для себя лично, но и для общества в целом, ни одного свободного квадратного метра. Поэтому помещения всех зданий мегаполиса были тесными внутри, а снаружи сами они выглядели унылыми серыми коробками.