Саламандра - Полевка

этого, они зависимы от секса. Старшие в этом отношении более стабильны, а младшим просто НАДО! Поэтому бедняки и не заводят младших, а если так случилось, что вместо старшего сына, который будет работать и помогать семье, рождается младший, нежный и сладкопахнущий ребенок, то от него стараются поскорее избавиться. Беднякам не нужен лишний рот, который вместо работы будет бегать и искать, кто бы его трахнул.

Лекс поморщился и отошел в сторону. Как-то картинка этого мира получалась совсем неприглядной. А как же мальчишки? А его четверка учеников? Что-то он не заметил у них тяги к мужикам крупнее их самих. Казарма в доме давала большое разнообразие воинов, и среди раненых, и среди почти выздоровевших. Они вообще сторонились этого дела. Может, все дело в воспитании? Ламиль уже устал и капризничал, он не хотел ни кушать, ни спать, а когда к Лексу пробовали подойти чужие люди, то начинал кричать и размахивать ложкой.

— Сканд, и я, и Ламиль уже устали, и мы хотим вернуться домой, — Лекс подошел к мужу.

Сканд подхватил из его рук Ламиля и прижал к себе. От такой бесцеремонности малыш растерялся и даже не возмутился, только уперся ладошками в его грудь и посмотрел, сурово сдвинув бровки.

— Ска? — уточнил мелкий тиран.

Но Сканд пощекотал маленькие пяточки, и малыш рассмеялся. Сканд пощекотал его ребрышки, и карапуз зашелся от смеха, а потом решил, что у Сканда на руках тоже неплохо и, обняв его за шею, тяжело вздохнул и пристроил голову ему на плечо. Чаречаши хотел подойти, но Ламиль потряс в его сторону ложкой, на которой уже болталось два перстня, и Чаречаши решил воздержаться от общения. Малыш сразу потерял к нему интерес и опять положил голову на большое и сильное плечо.

Сканд сразу пошел прощаться с родителями и братом, подхватил Лекса за руку и, зыркая глазами на аристократов, повел свою семью к паланкину. Носильщиков не было на месте, но они вскоре появились, поправляя перевязи с короткими мечами. Лекс забрался на лежанку, и Сканд передал ему Ламиля, который сразу же уснул. Усталая Ма плелась следом, и Лексу пришлось прикрикнуть на охранника, который шел позади паланкина, чтобы он не потерял кормилицу Ламиля.

Дома их дожидались рабыни с горячим ужином и печальный Козюль, который тренькал на каком-то музыкальном инструменте в гареме. Из-за того, что в доме не было мальчишек, было тихо, как ночью, и музыка из гарема была хорошо слышна.

— Завтра будет поездка в старый город, — Сканд смотрел, как усталый Лекс ковыряет ложкой кашу, — может, останешься дома?

— Я хотел бы на обратном пути заехать в имение, — Лекс отодвинул тарелку, он так устал, что сил не было даже на еду, — когда Чаречаши думает уезжать?

— Дней через пять, я думаю, — Сканд забрал на руки спящего Ламиля и передал такой же уставшей Ма.

— Как раз… — кивнул головой уставший рыжик, — мастера закончили ковку второго меча, а следующие будут как раз к отъезду брата. Можно проверить второй клинок и потом спокойно дожидаться, пока Чаречаши наконец уедет и мы сможем забрать мастеров в город. Когда праздники закончатся?

— Да уже закончились, — Сканд доел кашу и покрутил бокал с водой, — завтра будет день тишины, город будут чистить и приводить в порядок. Таверны и театр будут закрыты, а вот муниципалитет открыт. Завтра переоформим рабынь, которые так тебе понравились. Хочешь, я прикажу скупать всех нубийцев? Они, правда, странные, считают, что они запачканы пленом, и за оружие не берутся. И они плохо переносят неволю. Порой вроде все хорошо, раб весел и хорошо работает, а ночью его находят повесившимся на собственной одежде. Я Нарье пообещал свободу и жену, и взял с него слово, что он не покончит с собой. Он был очень искусным воином, я надеялся заполучить учителя в казарму, но он отказывался брать в руки оружие. Он считает себя опозоренным.

— Не хочу рабов в доме, — Лекс попытался размять усталые мышцы, — спать хочу, завтра в седло садиться, надо обязательно посмотреть, как там мастера…

— Иди ко мне… — Сканд подхватил Лекса, как малыша, и прижал к плечу, — я отнесу тебя в кроватку, ты выспишься, а завтра будешь резвый, как додо.

Лекс прижался к амбалу всем телом и положил голову ему на плечо. Все же хорошо, когда тебя носят на ручках, как маленького… а потом вспомнил слова Киреля, что все младшие любят, чтобы с ними носились, как с вечными детьми, и встрепенулся.

— Поставь меня на ноги! Я не ребенок, я тоже мужчина, как и ты! — Сканд скептично хмыкнул и прижал рыжика сильнее, — Сканд! Поставь меня на ноги, ты ведь тоже устал! Ты вчера ночью хоть спал?

— Сегодня посплю… — заурчал муж и положил свою ношу на кровать, — с тобой… радость моя… вот сейчас раздену тебя и сразу начну…

Сканд начал энергично вытряхивать Лекса из одежки. В коридоре послышался пронзительный крик, а потом плач. Лекс взвился пружиной и, выскочив в коридор, закрутил головой в поисках, куда бежать. Крик повторился в коридоре, там, где были гостевые комнаты, и рыжик рванул туда, не разбирая дороги, следом за ним мчался Сканд с мечом в руках. Лекс уже представил картину, как злодеи напали на Ма и похитили Ламиля, но ворвавшись в комнату кормилицы, никого там не обнаружили, зато в соседней комнате послышался обиженный плач Ламиля. Ворвавшись туда, Лекс и Сканд увидели, как Ма пытается удержать Ламиля, а тот вырывается и плачет.

— Кто кричал? — Лекс выхватил ребенка, который сразу затих.

— Ламиль проснулся и кричал, — пояснила Ма, — он очень не любит просыпаться не с вами. Простите…

Ма стекла на пол и уткнулась лбом в прикроватный коврик. Лекс кивнул Бэлу, чтобы тот ее поднял.

— Э-э, ладно, — Лекс тряхнул малыша, — и чего, спрашивается, так кричать? Надо было вначале покушать, а потом уже возмущаться! Слышишь меня? В следующий раз, как проснешься не со мной, вначале подумай, почему ты оказался здесь. Я всегда где-то рядом. Кушать будешь?

Ламиль посмотрел на Сканда с железкой в руках, на недовольного Лекса и обиженно засопел. Он позволил, чтобы Ма снова взяла его на руки, и даже немного пососал грудь. Ну, так… в качестве личного одолжения, а потом требовательно протянул руки к Лексу. Сканд обреченно вздохнул и потопал в спальню. Лекс погладил малыша по спине, пока тот не срыгнул воздух, а потом пошел следом за мужем, напевая песенку без слов. Ламиль положил голову на его плечо и стал подпевать. Сканд уже успел спрятать