Властелин ветра - Майкл Скотт

— Ты слишком суетишься, — заметила Элли, взяв его за руку.

— А как же еще? — возразил он.

Они прошли мимо спящих фоморов. Те храпели и ворочались — видимо, им снились кошмары.

Натайры расположились на поле позади лагеря. Каждый из них был привязан к столбу, вбитому глубоко в землю. Шкуры ящеров тоже покрывал серо-зеленый порошок, и они все крепко спали.

— Что же нам делать? — спросил Фаолан, с трудом сдерживая дрожь в голосе. Он посмотрел на небо. Дневной свет начинал меркнуть, и появились уже первые звезды. — Так нам ни за что не добраться до Фалиаса. Балор казнит моих родителей и сестру на рассвете… а я ничем не смогу помешать ему…

Глава 28

Всадник Ветра

— Что же мне делать? — сказал Фаолан со слезами в глазах и посмотрел на натайров.

Чешуя спящих натайров сверкала всеми цветами радуги — так играло на ней закатное солнце.

— Должно быть, порошок чересчур сильный, — негромко сказала Меган. — Кажется, они слишком чувствительные.

— Какая разница, — процедил Фаолан сквозь сжатые зубы. — Из-за твоей дурацкой ошибки моя семья погибнет…

Внезапно налетевший бриз начал трепать золотистые волосы Фаолана. Пэдур взял крюком его за руку. Прикосновение холодного металла отвлекло внимание Фаолана от Меган.

— Воительница не виновата, — жестко произнес Пэдур, глядя прямо ему в глаза. — Вчера она спасла нас, а сегодня и всю деревню. Ты должен быть благодарен ей.

— Но натайры… — начал было Фаолан.

— Это случайность. Откуда нам знать, насколько они чувствительны к порошку? К тому же, — добавил бард с улыбкой, — ветром управлял ты.

Фаолан от удивления открыл рог, но тут же закрыл и повернулся к Меган.

— Прости меня! Я погорячился. Не принимай мои слова близко к сердцу.

— Я тебя понимаю, — ответила девушка. — Но может быть, не все натайры заснули крепко, и мы можем их разбудить?

— Зачем? — спросил неожиданно Луг. — Все взоры обратились к нему. — Зачем? — повторил он. — Фаолан стал Властелином Ветра. Может быть, он еще не осознает этого, но в его руках власть над воздухом. Ему под силу использовать ветер как угодно. С подобной силой нет невозможного. — Он повернулся, собираясь уходить, потом произнес: — Я был Всадником Ветра…

Ребята молча смотрели вслед старику, шагавшему по мосту. Потом Кен спросил:

— Что это значит?

— Точно не знаю. — Фаолан медленно обернулся к нему.

— Подумай-ка хорошенько, — сказал Пэдур. — Ответ должен найтись в твоей памяти. Как сказал твой дядя? Он был Всадником Ветра? То есть летал верхом на ветре?

— Полететь на ветре… — пробормотал Фа-олан.

— Что же он может сделать? — спросил Кен. — Натайра из невесомого воздуха?

— Воздух не такой уж невесомый, — ответил Пэдур. — И натайра делать не надо, — он помолчал и добавил с улыбкой: — Он может сделать все, что пожелает.

— Воздушный дракон, — прошептал Фаолан и посмотрел на барда. — Луг его имел в виду?

— Кажется, да. — Пэдур окинул взглядом друзей. — В каждом поколении появляется Всадник Ветра — чародей с особым даром магии. Луг был Всадником для своего поколения, а ты будешь — для нашего. По традиции, каждый чародей создает своего собственного зверя. Прежде это были натайры и драконы, гигантские бабочки и птицы, крылатые кони…

— Значит, я должен создать летучего зверя из воздуха, и он отвезет нас в Фалиас? — спросил Фаолан.

— Да, — спокойно ответил Пэдур. — При желании, конечно. Если действительно захочешь, то сможешь придать ветру любую форму. Ну, так что же?

— Да, я хочу.

— Тогда действуй!

Фаолан стоял посреди заледеневшего поля. За его спиной опускалось солнце, и по белому снегу пролегли длинные синие тени.

Неподалеку в ожидании по-турецки сидел Пэдур, с ним рядом Рагаллач — прислонившись спиной к камню, а Кен, Элли и Меган наблюдали за происходящим издалека.

— А что произойдет? — спросил Кен.

— Не знаю, — покачала головой Меган. — Я думала, что Всадники Ветра — это всего лишь легенда. — Она с любопытством поглядела на Элли. — А в ваше время такое есть?

— Нет, ничего похожего у нас нет. Зато есть некоторые вещи, которые показались бы вам волшебными — летающие машины, безлошадные повозки, ящики с движущимися картинками, коробочки, передающие звуки с одного конца страны на другой, а то и по всему миру.

— Подобные вещи есть и у нас, — сказала Меган. — Я их видела. Они называются волшебными. — Она кивнула в сторону Фаолана:

— А вот такого мне видеть еще не приходилось.

Вокруг Фаолана начал собираться ветер. Он был бесшумным и невидимым, но все ощущали его мощь и чувствовали его почти металлическую остроту.

Снег, лежавший у ног Фаолана, стал кружиться, повинуясь неслышному ритму. Фао-лан поднимал руки, и кольцо из снежных хлопьев поднималось вслед за ними — сначала до коленей, потом до пояса и до груди. Фаолан закрыл глаза и откинул голову назад. Его золотистые волосы трепал бриз, которого, кроме него, никто не ощущал.

Тучи, гонимые ветром, тянулись к мальчику, и ясное небо закрыли облака. Они напоминали существующих и несуществующих птиц и зверей. Все облака танцевали, тряслись и подпрыгивали. Откуда-то издалека докатился гром, и небо прорезала молния.

Снежный круг уже почти закрыл Фаолана, а с земли все поднимались и поднимались снег и лед, и обнажились камни, которые лежали в земле на протяжении многих лет.

Облака начали спускаться, соединились со снегом, вращавшимся вокруг Фаолана, но при этом продолжали двигаться. Все кругом окутала тьма, которую вскоре неожиданно прорезала новая молния. Воздух стал резким и неприятным. Друзья почувствовали, как встает дыбом каждый волосок на теле.

— Что это? — выдохнула Элли, пытаясь понять, какая фигура образуется на их глазах.

— Может быть, птица? — предположила Меган.

Пэдур вскочил на ноги и отбежал подальше от облачной массы, которая парила над самой землей. Фаолана уже совсем не было видно.

— Это дракон, — сказал Кен. Его глаза расширились от удивления.

Облако продолжало плясать, меняя форму, и все-таки уже можно было различить очертания дракона — огромного серовато-белого существа, созданного из облаков и ветра, снега и льда. Появилась длинная узкая голова с большими глазами будто бы из отполированного льда, гибкая шея, затем массивное туловище с крыльями, словно у летучей мыши. Следить за превращением было трудно, поскольку фигура непрерывно менялась.

Наконец дракон повернул голову и раскрыл рот. Его зубы сверкали ледяным блеском, и на друзей дохнуло ледяным ветром. И тут все увидели Фаолана. Он стоял на спине дракона. Облако обволокло мальчика, как будто металлическими доспехами. Его голос загремел, словно буря: