Обреченные (СИ) - Белов Вольф Сигизмундович

Особенно не помешал бы душ сегодня. День выдался непростым. Если с утра ничто не предвещало беды, за исключением побоев от Халифа, то в середине дня все изменилось.

Никогда прежде Анне не доводилось видеть ничего подобного. В условиях мегаполиса, полностью изолированного от внешнего мира такого в принципе не могло бы случиться.

Поначалу Анна даже не поняла, что именно вызвало тревогу женщин, среди которых она проводила свой очередной день, вырезая прогнившие лоскуты из грязного тряпья. Дильназ схватила ее за плечо, принялась трясти, что-то крича прямо в ухо и указывая куда-то ей за спину. Обернувшись, Анна увидела бурые клубы, катившиеся на поселок и поглощавшие все вокруг. В лицо ударил ветер, обдав зловонием бескрайних помоек.

— Быстро, быстро! — поторопила Анну Дильназ.

Весь поселок пришел в движение: мужчины, женщины, дети, все суетливо хватали все подряд и куда-то тащили. То и дело вспыхивали короткие стычки, когда кто-то сталкивался друг с другом или сразу двое хватались за одно и то же.

Анна не понимала, что, собственно, ей следует делать. Понятно, что от бурлящей у самой земли тучи ничего хорошего ждать не приходится и лучше спасаться, но как именно, где искать спасения и что для этого сделать? Складывалось впечатление, что и все остальные знают не намного больше, просто пытаются уберечь все мало-мальски ценное. Точно, приближение тучи, стелющейся по земле, не сулило ничего хорошего. Да и туча ли это? Не сразу Анна догадалась, что ветер взметает пыль и мелкий сор с земли. А вскоре она разглядела нечто темное, закрученное в спираль, спускающееся с неба — именно оно взбивало клубы пыли и подхватывало небольшие предметы, поднимая их ввысь, словно засасывая в воронку.

Дильназ бросила тряпье, схватила Анну за руку и потащила за собой.

Тьма накрыла сразу. Анна уже начала свыкаться с тяжелым воздухом внешнего мира, дышать которым по большей части можно было лишь через платок, но сейчас она почувствовала, что просто задыхается. Воздух превратился в густую смесь песка, пыли, мелкого сора, ураганный ветер бил всем этим в лицо так, что приходилось жмуриться. Следуя за азиаткой почти вслепую, Анна даже не поняла, куда ее ведут.

Дильназ затащила свою подопечную в какую-то нору под нагромождением крупных бетонных обломков. Здесь уже можно было хоть чуть-чуть приоткрыть глаза, но кислорода по-прежнему не хватало.

Фрагменты бетонных конструкций заскрежетали, сдвигаясь под натиском урагана. Может быть, таков и будет для Анны конец всех ее мучений? Обеих женщин погребет под бетоном и попросту расплющит. Хорошо, если это случится быстро, не хотелось бы испытывать лишние мучения, умирая медленно, с переломанными конечностями под давлением всей этой бетонной массы. Странно, что Леха никогда не упоминал о таком природном явлении. Может, просто не успел.

Вопреки опасениям Анны, бетонные обломки не осели вниз, а, напротив, подались вверх. В темноте было непонятно, что именно происходит, но Анне показалось, будто отдельные фрагменты пытаются оторваться от общей кучи и взлететь, тут же оседают обратно, затем снова и снова повторяют попытку. Возможно, переплетение арматуры не позволяет кускам отделиться, а мощности урагана не хватает, чтобы оторвать от земли всю кучу целиком.

Дильназ практически силой заставила Анну вжаться в землю. Места в бетонной норе было мало даже для одного человека, но, несмотря на это снаружи попытался влезть еще кто-то. Дильназ пнула человека в лицо, тот схватил ее за ногу и потянул из укрытия. Анна обхватила азиатку за плечи. Хватка снаружи ослабла так же внезапно, Дильназ втиснулась обратно под расшатывающиеся бетонные блоки.

Все закончилось довольно быстро, хотя Анне показалось, что они с Дильназ провели в укрытии несколько часов. Она бы и дальше сидела под бетонными блоками, если бы не Дильназ. Азиатка тряхнула Анну за плечи и заставила покинуть укрытие.

Ветра уже не было, но поднятая ураганом пыль клубилась густым туманом, медленно оседая. Так же медленно сверху падал мелкий сор, в основном ошметки пластика.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Большинство убогих жилищ обитателей поселка исчезло, будто их никогда и не было, не осталось даже намека, остальные превратились в кучи хлама, ничем не отличавшиеся от остальной бескрайней свалки мусора. Боле-мене уцелела лишь резиденция Халифа: вряд ли потому, что была построена более надежно, скорее, ураган просто обошел ее стороной.

Понемногу к поселению стягивались жители, видимо, пережидали ураган в укрытиях, подобных тому, где спрятались Анна и Дильназ. Пережить стихию удалось не всем: на глаза попались несколько мертвых тел, изуродованных так, словно людей забили насмерть железными прутами. Может быть, среди погибших был и тот человек, которого вытолкнула Дильназ. При мысли о нем Анна не почувствовала ни жалости, ни угрызений совести. Жестокость и равнодушие окружающего мира, похоже, делали ее все более черствой и невосприимчивой к чужим страданиям. Если уж своя собственная жизнь утрачивает ценность даже для себя и цепляешься за нее исключительно из животного инстинкта, то что говорить обо всех остальных. Сегодня вокруг тебя одни люди, завтра другие, и никому нет дела до чужих страданий, каждый озабочен лишь собственным существованием, в лучшем случае тебя просто проигнорируют, но скорее убьют, чтобы поживиться хоть чем-нибудь, что покойнику уже не понадобится.

Гибель собственных соседей по поселку не вызвала никакого сожаления и у остальных обитателей. Наверное, погибшие так бы и остались лежать там, где их настигла смерть, если бы Халиф не приказал их убрать. Сам Халиф вместе со всей своей бандой, видимо, переждали ураган совсем в другом месте, далеко отсюда, поскольку появились на своих автомобилях, как только все успокоилось. Наверняка убрались подальше заблаговременно, предоставив жителям поселка спасаться самостоятельно. Жаль, Анна не заметила сразу их отсутствия, можно было бы попытаться бежать самой. После такой бури ее, возможно, даже не стали бы искать, посчитав, что унесло ветром. Впрочем, вполне вероятно, что именно так бы и случилось.

До самой темноты Анна и другие обитатели поселка пытались собрать все уцелевшее имущество, те, кто остался без жилища, восстанавливали свои лачуги. От Лехи Анна уже знала, что люди внешнего мира никогда не живут долго на одном месте, постоянно перемещаются, но удивляло, что Халиф не выбрал для своей временной стоянки более надежное укрытие, подобное бункеру Лехи. Наверное, у главаря торговцев головами есть на то причина, но самого его об этом не спросить, даже издали видно, насколько зол Халиф и готов выместить свою злость на любом, кто попадет под руку. Расспрашивать Дильназ Анна тоже не стала: женщины хоть и научились мало-мальски понимать друг друга, но разговаривать с ней все равно было сложно.

Уже в конце дня, заходя в каморку, отведенную ей в резиденции Халифа, Анна бросила взгляд в сторону апартаментов главаря банды. Сшитый из лоскутов полог, закрывавший вход, был сдвинут, и то, что Анна увидела в щель, заставило ее задуматься. Еще пару дней назад она обратила внимание, что на крыше резиденции Халифа установлена антенна, сегодня же Анна заметила светящийся монитор компьютера. Вряд ли это был трофей со свалки, по виду компьютер выглядел ничуть не хуже того, что видела Анна в кабинете Генриха. Меньше всего можно было бы ожидать, что жители внешнего мира в состоянии пользоваться подобной техникой. Для чего такой компьютер Халифу? Для чего антенна на крыше? Если компьютер подключен к какой-либо сети, как рабочие компьютеры корпорации в мегаполисе, то с кем общается главарь азиатской банды? Ни о чем подобном Леха не упоминал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Сунув руку за пазуху, Анна почесала в подмышке. Проклятые насекомые. Зуд такой, что хочется содрать кожу ногтями.

Леха. Почему-то по ночам вспоминался именно он, его сильные руки, уверенные движения, его губы на своих губах и на всем теле…

С Лехой им уже не встретиться, совсем скоро предстоит узнать, на что способен в сексе Халиф. Только вот узнавать такое совсем не хочется. Даже если бы пришлось познакомиться при других обстоятельствах, как мужчина Халиф не вызвал бы никакой симпатии. Дело даже не в том, что это совсем не ее типаж. Облик Халифа вызывал только желание быть от него подальше, одно его присутствие угнетало, Анна чувствовала перед ним полную беззащитность. Наверное, когда Халиф захочет взять ее, Анна даже не посмеет сопротивляться, несмотря на все свое отвращение, просто не найдет в себе ни сил, ни решительности.