Возвращение изгнанника - Кейт Якоби

— Потому что хотят владеть Ключом и его могуществом. С его помощью они стремятся найти утраченный Калике и обрушить на людей ужасную разрушительную силу. Они жаждут вновь открыть Слово Уничтожения; тогда не было бы на земле ничего, способного противостоять их владычеству. Мы зависим от Ключа — он дает нам защиту, — но и на нас лежит священный долг: хранить его от посягательств. Хотя среди нас нет колдуна, достаточно могущественного, чтобы использовать все возможности Ключа, мы пребываем в уверенности, что в один прекрасный день среди нас появится тот, кто сумеет это сделать. Легенды говорят, что тогда мы узнаем, где спрятан Калике, и получим возможность выйти из нашего заточения и свободно, не скрываясь больше, жить среди людей.

Айн поднялась на ноги. Дети встали тоже. Никто из них не шалил, не вертелся, не болтал.

— Но до того дня вы должны прилежно учиться, искать новые знания, оттачивать свои умения, но самое главное — подчиняться законам, обязательным для нас всех. Должна предостеречь вас, — Айн сделала паузу и пристально посмотрела на светловолосого паренька слева от себя, — никто из вас ни при каких обстоятельствах не должен пытаться совершить сдвиг измерений, как это случилось сегодня утром. Это опасно — и для вас самих, и для всех, кто окажется поблизости. И дело тут даже не в опасности; главное в другом: такие действия запрещены.

Мальчишка вызывающе выпятил подбородок, но промолчал. Нужно будет за ним присматривать… Айн собралась продолжить урок, когда раздался стук в дверь. В зал заглянул Генри, друг и соратник Айн по совету. Его кустистые брови напоминали выступ на каменном боку скалы, однако лицо расплылось в улыбке.

— Прости меня за то, что я отрываю тебя, госпожа Айн, но через врата кое-кто прошел.

Айн нахмурилась:

— Конечно, прошел. Люди прибывают все время. Разве ты забыл о Собрании, старейшина?

— Все же думаю, что ты сама захочешь увидеть прибывших. Айн вопросительно посмотрела на Генри. Что бы ни случилось, это явно ничем плохим не грозило. Что ж, она и так уже почти закончила урок. Айн отпустила детей и последовала за Генри в главную пещеру. Когда они свернули в проход, ведущий на поверхность, она не удержалась и искоса взглянула на спутника, но лицо Генри хранило лишь выражение самодовольства. Айн это не понравилось, но задавать вопросы она не стала. Вместо этого она сказала:

— Сколько кандидатов пока что готовы встать в Круг?

— Шесть — с утра ничего не изменилось. На что ты надеешься — на чудо? — В глазах Генри появился веселый блеск, но Айн не обратила на это внимания.

— Я всегда надеюсь на чудо, Генри, иначе я давно уже перестала бы с тобой разговаривать.

Смех Генри отдался эхом от каменных стен, но тут они вышли на солнечный свет. Айн, прихрамывая, поднялась по откосу, кляня про себя боль в бедре. Она всегда становилась сильнее с приближением зимы. Обычно Маркусу удавалось немного облегчить страдания Айн. Теперь же Маркуса нет, и этой зимой придется обойтись без его помощи… Айн придется обходиться без Маркуса всю оставшуюся жизнь. Они были вместе так долго, что теперь Айн с трудом заставляла себя поверить в его отсутствие. Их дочь Фиона очень облегчила матери последние недели, но даже с ней Айн было трудно говорить об их общей потере. Смерть Маркуса все еще оставалась ее личным переживанием.

Впрочем, прошло слишком мало времени. Время притупит боль, хоть и не уничтожит ее совсем. Трудно только дожить до того момента…

— Вон там! — Генри показал на широкую зеленую лужайку, окаймлявшую, как венок, вершину горы. Ее окружали острые зубья скал, уходящие в небо, так что временами даже трудно было помнить о том, что за ними лежит мир, представляющий собой постоянную угрозу.

Айн прищурилась, пытаясь в сгущающихся сумерках разглядеть прибывших, но смогла различить лишь группу людей, собравшихся у врат.

— Кто это? Проклятие, Генри, что за секреты! Скажи мне!

Однако Генри молчал. Он просто взял Айн за руку, как немощную старуху, и повел ее по зеленой траве, остановившись, только когда дошел до толпы встречающих. Это ужасно раздражало Айн, так что она даже не сразу поняла, что видит перед собой. Наконец все же…

— Роберт!

Толпа расступилась, и Роберт, улыбаясь, двинулся навстречу Айн. Его объятие было таким крепким, что Айн испугалась за свои хрупкие старые косточки.

— Ох, Роберт, поверить не могу, что ты и правда вернулся домой, вернулся к нам! Финлей всегда говорил, что когда-нибудь уломает тебя, но я была совершенно уверена, что ему такое не удастся.

— На самом деле ему и не удалось, но об этом мы поговорим позже.

Айн отступила назад и оглядела Роберта с ног до головы. Она уж и забыла, как он высок! Старый черный плащ, накинутый на широкие плечи, взлохмаченные ветром вьющиеся волосы… Но разве он совсем не переменился? Теплая улыбка, уверенные манеры, веселый смех не могли скрыть тени, промелькнувшей в зеленых глазах. Айн не терпелось спросить, почему он вернулся, но сейчас главное было в другом: он снова здесь.

Айн перевела взгляд на спутников Роберта.

— Мика! До чего же ты вырос! Ох, Арли! Марта, что случилось?

Радость, вызванная возвращением Роберта, померкла, когда она услышала о несчастье с Арли. Айн поспешно распорядилась, чтобы его отвели к целителям, и лишь после этого вновь повернулась к Роберту. Только теперь она заметила девушку, стоявшую за спиной Мики.

— Кто это?

— Это проблема, — пожал плечами Роберт

— Разве так знакомят людей! Пойдемте, я слишком стара, чтобы мерзнуть здесь. Пойдемте внутрь.

Через полчаса, приказав помощницам позаботиться о еде и пи-, , тье для прибывших, Айн в своих апартаментах была готова выслушать его рассказ. Роберт присел на краешек кресла, такой полный сдержанной силы и бьющей через край энергии и в то же время ничуть не напряженный. Как всегда, Айн была зачарована одним звуком его голоса. Три года ничего не изменили.

— Вот и все, что я могу рассказать, — закончил Роберт, откидываясь в кресле. — Раны Мики — ерунда по сравнению с ущербом, который причинен его самолюбию. Впрочем, все могло кончиться гораздо хуже.

— Что с твоими ожогами?

— Ничего страшного. Они заживают. Просто мне придется немножко подождать, прежде чем я смогу сделать новый аярн. Особого значения это не имеет — в конце концов, никакие опасности между Анклавом и Данлорном меня не поджидают. Однако меня беспокоит девушка.

— Ты правильно сделал, что привез ее сюда. Ты… не помог ей там, у моста?

— Как бы я мог? Я даже не успел прибегнуть к своей силе, чтобы спасти Мику. Ты же знаешь, для столь трудного дела потребовалось бы сосредоточиться.