Искатель - Гильмутдинов Ирек

— Не парься, Крэн, всё будет тип-топ. Я был так взволнован, что не стал спрашивать: «Кто этот тип-топ и почему я должен париться?»

Перепрыгнув через забор, я подошёл к стойке с луками. Взяв в руки ближайший, попробовал натянуть тетиву, но не смог, сил мне явно не хватало. Этим я рассмешил лучников, прервавших свою тренировку ради дешёвого представления.

Не став обращать внимание на насмешки, я перебрал по очереди их все, пока не остановился на том, который одобрил Юси. Взяв из корзины несколько стрел, направился к черте, откуда и били лучники.

***

Калем страшно нервничал, если парень попадёт в цель, то Юкай точно будет на стороне парня, он ценит умелых лучников и оберегает их, как родных. Сейчас травник жалел о том, что не успел расспросить дочь, как всё произошло на самом деле. Стоя рядом с владетелем, травник корил себя последними словами за торопливость. Вот зачем я побежал сразу жаловаться, не разобравшись? Если парень говорит правду, Юкай может не только выписать мне штраф в пользу этого щенка, но и лишить должности. Может, повиниться? Сказать правду, мол, поторопился, с кем не бывает, но быстро отгадал от себя трусливые мысли. Надеюсь, парень промахнётся, тогда ему точно конец, — Калем сжал кулаки и стал молиться богам. *** Крэн натянул тетиву и спустил стрелу. Вжух — раздался характерный звук выпускаемой стрелы Крэном. Та с невероятной скоростью унеслась в сторону мишени, поражая её центр. Сама мишень находилась на расстоянии пятнадцати шагов, и попасть в её центр для него оказалось довольно легко. — Хороший выстрел, парень, теперь переходи к следующей мишени, — услышал он слова одобрения от Дормунда. На мишени в двадцать шагов я так же повторил свой предыдущий результат, попадая точно в центр. Вот тут уже раздались жидкие аплодисменты от стоявших неподалёку лучников. — Неплохо, Крэн, довольно неплохо. А осилишь двадцать пять? — с прищуром спросил Дормунд. Задумавшись ненадолго, я кивнул, и двое лучников, получив одобрение своего капитана, схватили мишень, оттаскивая её на отметку с цифрой двадцать пять. — А поставьте, пожалуйста, сразу на тридцать, если можно, — кивок со стороны ухмыляющегося Юкая, и вот мишень стоит на цифре тридцать шагов. *** Капитан лучников Дормунд тщательно следил за движениями Крэна. Вот парень слегка замер, будто врезался в стенку, но после того, как отмер, попросил установить мишень на тридцать шагов, странный он какой-то. А ещё у Дормунда в голове витали разного рода мысли: «Например, поначалу он считал, что парню просто везёт. Да и пусть потешит господина, а уж он потом всем покажет, как это делает мастер из личной гвардии Юкая «Добрейшего». Дормунд, вернувшись из своих дум, услышал, как кто-то высказался о наглости парня, желающего покрасоваться перед господином. Также послышались шепотки лучников, не верящих своим глазам. Так как к мишени в тридцать шагов подходили только опытные лучники, состоящие в личной гвардии Юкая. Другим лучникам там делать было нечего, от слова совсем. Да тот же Дормунд попадал в неё один раз из трёх, коли говорить о центре мишени, то и вовсе мало кто вспомнит, когда его стрела в последний раз поражала красный круг. Возраст брал своё, а зрение с годами лучше не становилось. Дормунд, пристально наблюдавший за парнем, заметил, как тот вновь замер на мгновение перед тем, как выпустить стрелу, — да что с ним такое? — спросил он, ни к кому не обращаясь. *** На стрельбище воцарилась тишина, лучники протирали глаза, не веря в произошедшее. Дормунд протирал глаза, пытаясь понять, что он только что увидел, а проходящие по своим делам люди начали останавливаться, выясняя друг у друга, чего вообще тут происходит. Владетель Юкай стоял довольный и улыбался, словно кот, нашедший котелок, полный сметаны, а за его спиной со взглядом, полным ненависти, направленным исключительно на Крэна, стоял отец Шиалы. *** Крэн вернулся к стойке, и все подумали, что на этом представление окончено. Но парень сходил до корзины и вытащил из неё ещё одну стрелу, после возвращаясь к черте и прося установить цель на сорок пять шагов. От происходящего даже Юкай перестал улыбаться, не поверив в увиденное. Затем стал показательно протирать глаза, как это сделал до него командир Дормунд. — Похоже, парень решил совершить невозможное. Обидно будет, если промахнётся, надо было уходить на пике своего мелкого, но всё же триумфа. — Согласен, Дормунд, но представь, если попадёт, — Юкай находился в восторге от мальчишки.

Дормунд, напрягая всё своё зрение, начал пристально наблюдать за парнем, заметив одну особенность. Мальчишка всегда замирал на миг перед выстрелом, ладно бы он целился и замирал, задерживая дыхание, как это делают все лучники, но он видел, как вздымается грудь парня, а значит, тут что-то другое. От созерцания за парнем его вырвал крик ликующей толпы, лучники хлопали в ладоши, зеваки радостно вскрикивали, никто не мог поверить в увиденное. С первого раза и точно в центр красного круга. Дормунду стало немного обидно. За двадцать лет службы лучником ему так и не удалось попасть в центр мишени на сорок пять шагов. Попасть-то он попадал, но вот центр ему так и не покорился.

— Господин Юкай, — обратился к нему командир лучников, явно находящийся в растерянности.

— Если позволите, то пусть парень повторит свой выстрел. Мне кажется, ему банально улыбнулась удача, и второй раз он точно не попадёт.

— Хм-м, — Юкай задумчиво потёр подбородок, — Дормунд, а давай заключим пари, если парень попадёт, отдашь ему свой лук.

— А если не попадёт? — с любопытством спросил командир. Господин всегда любил пари, но никогда не ставил на кон золото, и сейчас ему было крайне любопытно, каков будет ответ на лучший лук в Гикране.

— А чего ты сам желаешь, Дормунд? — внутри Юкая разгорался азарт, а сам он был преисполнен хорошим настроением. Владетель обожал своих лучников, а этот парень точно должен служить у него в гвардии.

— Господин Юкай, мне через пять лет не натянуть тетиву, а значит, придётся уйти на покой. Есть у меня с детства мечта — жить на берегу реки. Вот и хочу прикупить землю у реки «Вершинка», там, говорят, земля добрая и отзывчивая, — погладил себя по лысой голове Дормунд, не верящий в свою