Букет счастья. Сезон 1 - Коротаева Ольга

О «секретном» ингредиенте от себя я, конечно же, умолчала.

Бада потащила меня к дверям, а по пути знакомила с друзьями. Я вручила фиалку и визитку высокому парню с лохматой головой и потрясающими глазами цвета рассветного неба. А его щербатую улыбку предпочла не заметить. Вокруг нас собирался народ, всем было интересно посмотреть на новенькую. Визитки уже закончились, и я слышала, как ученики весело обсуждали странное желание открыть в городке магазин цветов.

Когда мы подошли к аудитории, я уже запуталась в именах и способностях своих новых знакомых, но было всё равно: я так и качалась на волнах их светлой дружеской энергии! Невероятное ощущение единства всех магий и талантов окрыляло и дарило надежду, что в Иззарде я найду много хороших друзей и начну жить нормально. В руке моей остался единственный цветочек, а вокруг я видела множество улыбающихся лиц и сияющих глаз. Сердце практически разрывалось от радости и новых сильных эмоций. Люди в провинции такие открытые и хорошие! Как же нам с Розали повезло вырваться из-под удушающей опеки вечно мрачного отчима!

Раздался звонок, и ученики отхлынули от меня, расселись по местам, а я услышала строгий голос:

– Доброе утро.

Повернулась к двери и растерянно уставилась на невысокого седого старичка с отечески доброй улыбкой на широком лице и колюче-ледяным взглядом абсолютно белых глаз. Отшатнулась в ужасе:

– Вижн…

– Новенькая? – царапнул меня заинтересованным взглядом учитель, а я вдруг испытала непреодолимое желание выпрыгнуть в окно, лишь бы избежать его внимания. Пыталась найти и зацепиться хоть за что-то хорошее в этом человеке, спастись от своей проницаемости, восстановить поток радости, но светлые зрачки вижна пугали так, что просто стояла и леденела от неконтролируемого страха. Старик улыбнулся ещё доброжелательнее и очень мягко проговорил: – Присядь и постарайся успокоиться. И не нужно так демонстративно бледнеть от ужаса, девочка, я тебя не укушу.

– Конечно, не укусите, – непослушными губами прошептала я. – Вижны убивают по-другому.

Учитель расхохотался так заразительно, что к нему присоединились ученики. Утирая слёзы, старик покачал головой:

– Ох, девочка, сразу видно, что ты из Биденса. Боюсь представить, каких ужасов тебе пришлось наслушаться о вижнах. Но, уверяю, правды в этих сказках ещё меньше, чем в легендах о сенсах.

Он подмигнул, а я вздрогнула. Конечно, для учителя, а тем более вижна, не загадка, что за магия живёт во мне, но не хотелось бы, чтобы моя тайна вышла на свет с первого же дня. Развернулась и на негнущихся ногах направилась к единственному свободному месту. Упав на стул, положила перед собой рюкзак и попыталась прийти в себя. Подумаешь, вижн… Старик прав – очень уж много ходит глупых сказок о редких магических дарах. Не стоит принимать их за чистую монету.

Страх таял, как мороженое под солнцем, и сладость от осознания нового открытия блаженным нектаром надежды напоила сердце. Если уж в Иззарде приняли вижна, то и сенс может прижиться. Посмотрела на своего соседа и невольно улыбнулась при виде правильных черт и тёмных выразительных глаз. Восхищённо прошептала:

– А ты красавчик! – Протянула последний цветок: – Мне будет приятно любоваться тобой каждый день!

Реакция юноши была странной: в отличие от других он не улыбнулся, не смутился и не принял цветок. Сузив глаза, несколько секунд смотрел на меня, а потом, усмехнувшись, высокомерно отвернулся. Такая реакция была привычна и ничуть не пугала. Я не ощущала потока радости от своего соседа, но и негатива не было. Это уже хорошо! Поэтому зарядив цветок позитивом, потянулась к парню и, до того как он успел отпрянуть, всунула фиалку в петельку его клетчатой жилетки. Снова улыбнулась:

– Подарок для хорошего настроения!

Глава 2

На переменке Бада рассказывала, какой замечательный человек Анс Жуг, но мне сложно было поверить в то, что вижн может быть настолько заботливым, тем более в таком возрасте. Мало кто не черствеет с годами. Кому, как не сенсу, знать об этом. Вспомнила отчима и болезненно скривилась, а брюнетка потянула меня за нос:

– Ещё раз так сделаешь, я тебе вытяну его до хобота, и перестанешь быть такой симпатичной! – Я невольно рассмеялась, а Бада с притворным недовольством скривилась: – Нет, хобот погоды не сделает! Вот как бы убрать эти озорные ямочки? Ты хоть понимаешь, что за пять минут свела с ума всех парней в классе?

– Нет, – высвободилась я из её цепких пальчиков. – Я лишь создала настроение, потому что очень хочу со всеми подружиться…

И прикусила язычок: ох же! Едва не проболталась! К нам приблизились две девушки, одна из них – рыжая и чрезвычайно веснушчатая – скривилась:

– Явилась дружилка в академию! Проваливай обратно в свой Биденс, нечего тут чужим парням глазки строить! Слышь, ты, коза с цветами, ещё раз скажешь Окси, что у него красивые глаза, я тебе твои выцарапаю! Поняла?!

– Окси, – задумалась я и улыбнулась: – Это тот, вихрастый? Но у него действительно глаза красивые! А ты на солнышко похожа…

– Ага, – хищно ухмыльнулась девушка и двинулась на меня: – Щас как засвечу в глаз, так навек перестанешь к чужим парням клеиться!

– Элата, ты неправа, – вмешалась Бада. – Лия не приставала к Окси, она просто очень открытая. Говорит, что думает. Без задних мыслей…

– Щас и передних не станет, – зло отпихнула Баду рыжая.

Слова заклинания врезались в солнечное сплетение. От потока чёрной вязкой агрессии, стекающей по рукам Элаты, меня затошнило. Я попыталась вспомнить те чувства, которые возникли при первой встрече с девушкой, но все солнечные сравнения быстро таяли в вихре ревнивого смога, распространяющегося вокруг рыжей. Не могла вытащить ни единой светлой эмоции, тонула в боли и ярости. Порадовалась, что не успела позавтракать. К нам подлетел тот самый вихрастый Окси и попытался оттащить свою девушку. Элата закричала:

– Защищаешь эту швабру?! Изменник! Да она же шалава из Биденса. А вы все идиоты! Растаяли от её попослипательных комплиментов… Обыкновенная подлиза, почему никто этого не видит?

Я, не справляясь с тошнотой, привалилась к прохладной стене. А всё так хорошо начиналось! Эх, как ни старалась создать благоприятное пространство, один-единственный выброс выбил из колеи. Элата была сильной, я не знала, что у неё за магия, но меня выкручивало, словно тряпку в центрифуге. Ощутив приближение приступа, смирилась с неизбежным. То, чего старательно избегала в столице, догнало меня в Иззарде.

Рыжая ревнивица рычала тигрицей и пыталась избавить Окса от его шикарной шевелюры, обвиняла в том, что он влюбился в новенькую, а у меня перед глазами всё плыло от чёрных, пронизывающих острыми иглами ревности волн. Элата ненавидела так отчаянно, что мой желудок скрутился в спазме. И вот, когда я уже стекала по стенке, вдруг между разъярённой девушкой и мной возникла тень, я ощутила тепло и поддержку крепких рук. Чёрная жижа с почти слышимым чавканьем всасывалась в тело моего защитника, не причиняя ему какого-либо вреда.

Я медленно подняла голову и уставилась в бесстрастное лицо своего соседа, а тот не отрывал от меня пристального взгляда глаз цвета ночи. Попыталась улыбнуться в объятиях парня, живой стеной отгораживающего меня от рвущей магии ревности, но губы предательски задрожали. Лишь смогла прошептать:

– Красавчик…

– Не смотри на неё, – ровно проговорил парень, едва заметно усмехнувшись. – Можешь воспользоваться моментом и полюбоваться мной.

– Спасибо, – одними губами ответила я.

Смотрела в его лицо не отрываясь. Казалось, что вокруг нас никого нет, лишь я и эти непостижимые, наполненные живой тьмой глаза. Энергия потихоньку заструилась, словно испуганный щенок осторожно приподнял ушки и вильнул хвостом. Смотрела на соседа, и в груди становилось спокойнее, а сердце замедлило свой бег. Не знаю почему, но сейчас я испытывала такое же умиротворённое состояние, как и при созерцании цветника сестры. Казалось, могла стоять и любоваться красавчиком вечно.