Диагноз: женщина - Ирина Чернова

- Капитан, не ворчи! Подожди, нас еще встретят, как Первый Королевский полк после битвы под Аргором в Великую Войну! - Крилл уже оклемался и вовсю подтрунивал по дороге над солдатами. - Тогда из подвалов захваченного замка выкатили бочки со старинным вином и каждый мог пить, сколько угодно...пока Великий Король не решил взглянуть на своих доблестных солдат. Говорят, что от увиденной картины он так разозлился, что отобрал у конюха кнут и начал стегать им всех, кто поднабрался в тот вечер. Причем доставалось и мужчинам и женщинам, без разбору - все были настолько пьяны, что наутро не могли вспомнить, отчего у них болят спины и бока.

- И не было ни одного трезвого? - мне не верилось в такое отношение. Пили тут все и всегда, а чтоб король да сам начал стегать подчиненных...

- Были. Немного. Охранники да пара верных лейтенантов. А все выдранные королем на следующий день хвастались друг перед другом следами королевского кнута, да еще гордились, что сам король приложил их! Может, и у нас капитан наутро приложит кой-кого?

- Крилл, хорош зубоскалить, тебя наутро тоже не мешает приложить! Сколько раз лежал, как бревно, хоть король по тебе ходи, хоть кто! А праздник добрый будет, точно! - Гэрк вынырнул из пыли, как чертик из бутылки. - Да еще вина обещали выкатить, так что сможешь сам нырять в ту бочку!

Четверо пленников не разделяли общего веселья, зыркая исподлобья во все стороны. Пока селяне еще не поняли, что за злые мужики идут в середине колонны, но когда все выпьют...дело может и до самосуда дойти, уж больно застращали бандиты местное население, да еще с нами идут трое предполагаемых рабов. Эти до сих пор не верят, что избегли продажи и наверняка захотят отомстить, если бандитов не сторожить хорошенько. Кстати, а что с ними делать-то будут? Трофеев целая телега едет, там и вещи, и оружие - почти все, что забрали в становище. Трупы убитых положили у холмов, предварительно их внимательно осмотрели, обсуждая между собой, видели или нет того или иного разбойника. Закапывать их никто не собирался...

За столами на постоялом дворе пожелали собраться все, чтобы послушать рассказ о ночном бое. Безусловно, начал Селеш, потом Курт и Хайлор рассказывали, как они крались по лесу, а гоблины им постоянно мешали, крутясь под ногами и громко ругаясь между собой. Кирк тут же исчез под столом и уже через мгновение Хайлор стучал кулачищами и требовал сварить этого гнусного гоблина, потому как терпеть его щекотку да еще ногой, зажатой в лубок, он не в состоянии, а дотянуться он не может. Но дальнейший рассказ все уже слушали, затаив дыхание, особенно в части, когда одновременно у костра были убиты шестеро разбойников. Самое интересное было то, что у них были и луки и арбалеты, но то ли пользоваться ими не умели, то ли полагались на мага и собственную неуязвимость, непонятно...Часовых же по причине великого ума они не выставляли, считая, что глупые селяне их и так никогда не найдут. По этому вопросу возникло недоумение слушателей, мол, маг долго искал, куда пропали конные разбойники и телега с подсадными утками. Мейвус развел руками, поясняя, что он не знает всех на свете заклинаний, а определение наведенного морока заняло бы у него еще больше времени, если бы он не нашел брошенный шнурок с лжеоберегами. Тут мне пришлось пояснить, что раз уж местные следопыты не находили никаких следов, то мне и пришло в голову пометить то место, где дороги раздваиваются. Хуже не стало, а подмога Мейвусу оказалась кстати. Заодно напомнила про аналогичную сказку, бытующую в моем мире. Пусть знают, что русских за просто так не возьмешь!

Каждый рассказ сопровождался оханьем, кряканьем, стуками кулаков по столам, топаньем ногами и в обязательном порядке - тостами. За все и всех, так что к концу количество разбойников росло в геометрической прогрессии, появились и монстры с темными магами, отовсюду сползалась нечисть, которую доблестные солдаты рубили, не жалея сил, а она все возрождалась и возрождалась...Спасенные от будущего рабства тоже начали вспоминать, что их было не трое, а пятеро, а приходил за ними черный маг в плаще до пят, сопровождаемый то ли львом, то ли коровой с крыльями и зубастой пастью...М-да, еще те легенды пойдут по округе после этого пира победы!

Насчет Скайла и остальных троих, в данный момент сидящих под замком и крепко связанных, капитан прояснил общество, жаждущее справедливого и сиюминутного суда. Дескать, не положено и все тут. Но суд будет всенепременнейше, поскольку дело этих разбойников не просто бандитское, а политическое, да еще связанное с оскорблением чести и достоинства армии Его Величества Короля Тигора одиннадцатого. Вот ежели бы грабили да убивали селян эти супостаты в своей одежке, не прикрываясь мундирами королевских войск, то и получили бы уже свое на первой же березе. А вот коли они мундиры одевали, да выдавали себя за солдат, тут и наказание будет совершенно другое. Кстати, неплохо бы и выяснить, откуда разбойнички взяли эти самые мундиры, уж не положили ли они втихую служивых, что требовало также следствия и соответствующего наказания. Проводиться же оное будет в крепости Барнарда, куда наш отряд и забирает всех четверых.

Выспренная речь капитана была встречена соответствующим ревом присутствующих. Похоже, что перспектива судить бандитов в крепости немного разочаровала общество, но последствия этого суда были уже сейчас однозначны. Не хотелось бы присутствовать на таком суде, тем более, что следствие проводят не только военные, но и маги, а уж они-то постараются вывернуть у подследственных все мозги наизнанку, благо вина их уже заранее доказана и выяснять надо лишь подробности...Бр-р! Впрочем, они сами были кузнецами своей судьбы и винить в происшедшем им некого, кроме себя.

Гул голосов становился все более оживленным, все о чем-то говорили, стуча кружками и гоняя тарелки от одного конца стола к другому. Ночь никого не заставила разойтись, наоборот, все требовали хлеба и зрелищ, особенно усердствовали наемники, на которых было обращено все внимание окружающих. Хайлора только что не носили на руках, раненая нога абсолютно не мешала ему пить, как и остальным. Гоблины уже просвещали местных по введению в теорию игр и то в одном, то в другом углу спонтанно возникал подозрительный шум, прерываемый только скрипучими голосами Гэрка и Кирка. Может, мужчинам было все это не впервой, но я за эти два дня натерпелась такого страха, что сейчас мне хотелось только завернуться с головой в одеяло и забыть о всем, что я видела и слышала, одно то чваканье в кустах заставляло сжиматься все внутри. Умом я понимала, что это оправдано, но человеку двадцать первого века трудно привыкнуть к такому простому способу уничтожения себе подобных...