Тень Хаоса - Найрэ

— Ну что же ты медлишь?! Ты струсил? — прошипел Серый Кот.

— Я ничего не боюсь, — ответил Лир.

— Дурак ты! — сказал Камжен совершенно другим тоном, как будто в дружеской беседе. И схватился руками за лезвие клинка, собрав последние силы, напоролся на него грудью.

— Прощай, Лир, — прохрипел он, выплёвывая кровь.

Лирнэ стряхнул уже бездыханное тело с клинка, не забыв напоследок закрыть глаза трупу.

И побрёл дальше по дороге. И всё ему казалось правильным, и дело его — благой милостью. И что так оно и должно быть.

Наконец-то он заметил Энн, которая всю дорогу следовала за ним, чтобы пронаблюдать за убийством.

— Пойдём домой, — сказала она.

— Пойдём, — сказал Лирнэ, обнимая её.

Он проснулся на рассвете. Взглянув на стены, он понял, что находится не у себя. Рядом лежала Энн, прильнув к нему всем телом.

«Значит, всё происходящее не было сном», — подумал он. — Значит, и другие события вчерашнего вечера мне не приснились. И про таверну и про…», — дальше ему не хотелось думать. Весь ужас произошедшего навалился на него.

«Я убил Камжена по его просьбе», — ему стало жутко от одной мысли. Но у Элрэта была одна черта — оправдывать все свои поступки. «В конце концов, он сам этого желал, и я совершил акт милосердия», — сказал он сам себе.

Но на душе всё равно оставалось погано от того, что хорошего приятеля больше нет. Надо будет поговорить об этом с Кеораном, может быть, он всё это прояснит.

Он посмотрел на Энн и его передёрнуло: нет, она совсем не была ужасна, скорее наоборот. Но это ночь не оставила никаких воспоминаний кроме удовольствия плоти.

Глава 5

Рассвет загорался над стенами города. И дорога змеёй подкрадывалась к воротам. Из леса верхом на белой кобыле выехал Лирнэ Элрэт. Эту ночь он провёл в лесу. Он не мог объяснить себе самому этот странный поступок. Тем более объяснить своё отсутствие всем, кто вдруг этим заинтересуется.

Но знали бы они, как приятно иногда побыть одному. Насладиться тишиной и покоем, потрескиванием дров в костре, ночным морозным воздухом. И пробежаться по снегу вместе с волчьей стаей, которая охотно примет Красного Волка за своего собрата.

Как прекрасно наконец-то отдохнуть от человеческой речи и поговорить с кобылой по-эстирски. Сель не нуждалась в словах, в них нуждался Элрэт.

«Может быть, снова уйти в лес — подумал он, глядя на распростертый вдали город. — Но нет, Мэв не согласится. Зря я недавно сказал, что свободен и волен выбирать. Я в итоге ничего не выбираю. Да и к тому же Совет немало ограничивает мою свободу. Вместо того, чтобы заниматься тем, чем хочу, я обязан выполнять эти дурацкие поручения. Будь оно неладно! Спокойно. Вспомни, как в лесу хорошо и приятно. Что-то я уже думаю, как Кеоран».

Лир погнал кобылу быстрее, чтобы дурные мысли не задерживались в голове.

Возле ворот он показал страже свиток, заверенный несколькими печатями — разрешение на пребывание в городе. Был у него с собой и ещё один свиток, который никак не должен был попасть в руки властям. Карта города, где каждый район был отмечен своим цветом, обозначая группировку, которой принадлежит та или иная часть Тирвальдена. А так же разрешение на проезд в определённые части города. Например, Лиру, как члену Тёмного Совета, настоятельно не рекомендовалось бывать на востоке города, так как Селене удалось окончательно испортить отношения с какой-то местной гильдией. Также запрещалось бывать возле Вороньего моста и в кварталах, примыкающих к гильдии воров, но через Мэв Элрэту всё же удалось выбить разрешение. Были и районы, куда даже городская стража не заходила: такие как Сарач (он же Низина) и Крысиная яма, — очень уж зловонные и опасные места. Данные правила были введены совсем недавно, поэтому многие по-прежнему путались. Тем, кто в первый раз попадает не на «свою» территорию, выносится предупреждение, если после этого несчастный рискнёт снова прийти без разрешения, то судьба его будет незавидна.

Свернув на соседнюю улицу, Лир понял, что попал в зону владения вактри, об этом ему сказали не только карта и название улицы, но и любопытные взгляды с крыш домов. Существо, не привыкшее к жизни в этом городе, не заметило бы слежку с первого взгляда. Но Элрэт знал, что за ним наблюдают, он чувствовал их спиной.

В эстирском королевстве было много маленьких поселений и только одно из них — Эстирион — имело статус города. Лир не раз бывал там, но всё равно атмосферы Эстириона и Тирвальдена в корне различались. Город эстиров представлял из себя центр культуры, сосредоточие дворцов, храмов, мастерских. Никаких нищих, бездомных и воров. Такие были просто недостойны жить в эстирском обществе. Там выживали только воины или те, кто был им полезен. Представители остальных рас были в Красных Скалах всего лишь слугами, в обмен на покой и безопасность они обеспечивали быт.

Но почему-то Лир нечасто бывал в Эстирионе, его раздражало это большое количество существ, даже дышать было трудно, поэтому он большую часть времени проводил в замке Элрэтов и в окрестностях.

Тирвальден напоминал муравейник, большой и кишащий, не спящий ни днём, ни ночью. И пахло в городе хуже, чем в выгребной яме. Лир не мог понять этого дикого контраста между роскошными особняками и жалкими лачугами, которые порой стояли почти бок о бок.

По слухам, под городом есть ещё сложная система подземных туннелей, образующих другой, подземный мегаполис. Говорят, там тоже живут люди, которым не хватило места на поверхности, люди, которые оказались за чертой жизни. Другие же твердят, что катакомбы населены ужасными тварями, которые по ночам выползают на поверхность и едят зазевавшихся прохожих. И поэтому на улицах частенько находят обезображенные тела. Этому можно найти и другое объяснение: сами люди порой бывают хуже всяких подземных тварей, и ненависть в гнилых сердцах заставляет их совершать столь ужасные деяния. Или же обезумевшие от голода нищие пожирают своих собратьев, дабы продлить своё никчёмное существование.

Лир взирал на город, ему становилось ещё противнее, не надо смотреть через изнанку, чтобы понять, что на этих грязных улицах творится по ночам и кем на самом деле является этот неприметный прохожий в сером плаще.

Его преследователи стали всё более назойливыми, и Элрэт понял, что это не простое любопытство. Он остановил лошадь и осмотрелся по сторонам. На первый взгляд всё было спокойно, но скрип снега выдавал вактри. При свете способности к маскировке не так эффективны.

Из-за трубы на крыше показался один лучник со стрелой наготове. Ещё двое, вооружённые короткими мечами и кинжалами, показались из окон заброшенного дома напротив. Один вышел из-за угла. Все они осторожно подходили к Лиру.