Найти себя - Андрей Назаров

— Это решит Великий Лик.

«Великий Лик, к тебе гость», — внезапно услышал Верховный Бог зов из своего Храма.

«Какой еще гость? Разберись с ним сам, у меня нет времени на непрошеных гостей», — ответил Великий Лик.

«Но он настаивает…».

«Сура! Я сказал, что очень занят!»

«Великий Лик, я думаю…».

«Здесь думаю я, Великий Лик, Верховный Бог! Никаких гостей! Если он и дальше будет… и не поймет, что я не хочу его видеть, убей его!»

Послышались быстрые шаги, вошел Остриб.

— Великий Лик, Удина, Катир, — приветствовал он Богов, — что случилось.

— Подходи ближе, — сказала Удина, подойдя вплотную к Кристаллу. — У Великого Лика есть к тебе вопросы. Я и Катир будут свидетелями.

— Какие вопросы? — не понимая, спросил Остриб, приближаясь к Богине Жизни.

— Сейчас услышишь. Видишь, — Удина ласково погладила Кристалл, — как красиво он переливается! Скоро у нас будет много Силы, он почти наполнен.

— Красиво, — подтвердил Остриб, — так какие вопросы?

— Остриб, — вступил в разговор Великий Лик. — Ты знаешь, что Орден Воителей Веры уничтожен. Погибли все, даже полубоги?

— Нет…, когда?!

Удина сделала знак Катиру. Бог Войны подошел к Острибу и приблизил свое лицо к нему, пристально вглядываясь в глаза Бога Ветров.

— Брат, ты виновен в гибели Ордена? Поклянись Богиней Жизни.

— Я, виновен?! Конечно, нет, клянусь Богиней Жизни!

Возникло весьма странное чувство. Это была правда, и одновременно нет. Остриб, действительно, не знал о гибели Ордена Воителей Веры. Но он был виновен в его гибели.

Удина, однако, не дала никому времени на долгое размышление. Просвистела Убийца Богов, и голова Остриба скатилась с его плеч. Ноги Бога Ветров подкосились, и он стал падать на пол. Божественная Сила Остриба рванулась из умирающего тела, чтобы обрести долгожданную свободу, но попала, словно в тиски. Сила Великого Лика не дала ей развеяться, она обволокла ее со всех сторон и потащила к Кристаллу.

Всем присутствующим Богам послышался звук, словно кто-то сделал большой глоток, и Божественная Сила Остриба заполнила Кристалл.

— Что ты наделал, отец?! — раздался крик. Никто не заметил, когда в зал вбежала Удола. Лицо Богини Красоты пылало яростью, от чего она казалось еще более прекрасной. Правда, какие бы чувства Удола не испытывала, всегда создавалось впечатление, что она становиться только красивее. — Ты всё-таки убил его?! Ты же обещал!

— Удола, — сказала Богиня Жизни, бросая уже ненужную Секиру и возлагая обе ладони на Кристалл, — твой отец не нарушил никаких обещаний. Он сказал, что подумает. И он всё хорошо продумал. Остриб виновен в гибели Ордена Воителей Веры. Он предал нас.

— Этого не может быть, он не мог нас предать!

— Успокойся, дочь, — сказал Великий Лик. — Мы все почувствовали его вину в этом.

— И что он сказал?! Зачем он это сделал?

— Удола…, - начал отвечать Великий Лик. — Мы не успели получить ответ…

— Мы поступили правильно, Удола, — сказала Удина, посылая в Кристалл импульсы своей Силы. — Спросить мы его еще успеем, как-нибудь позднее я создам ему новое тело. Сейчас же к нам придет Сила.

Кристалл засверкал еще сильнее. От него во все стороны заскользили лучики света, он начал вращаться, всё быстрее и быстрее. Лучики света, исходящие от Кристалла, слились в шар, да и сам Кристалл, вероятно от быстрого вращения, совсем перестал походить на две соединенные основаниями пирамидки. Что происходило внутри Кристалла, тоже уже нельзя было толком различить.

Удина успела убрать ладони с поверхности Кристалла, перед тем, когда тот начал быстро вращаться, и сделала шаг назад.

— Что-то не так, — вдруг сказала Удина. — Что-то идет не так. Так не должно было быть…

Богиня Жизни стала непонимающе озираться и попыталась отойти еще подальше, но ей это не удалось.

— Что случилось, Удина? — не понимая ее встревоженного вида, спросил Великий Лик.

— Что-то не так, — опять произнесла Удина. — Почему он стал вращаться… и где…

Толстый холодный луч мутноватого света вырвался из центра вращающегося Кристалла и ударил в Богиню Жизни. Платье Богини мгновенно растаяло, обнажив прекрасное стройное тело. Под воздействием луча Богиня застыла, потом ее забило мелкой дрожью, и она стала медленно, но постепенно убыстряясь, увеличиваться в размерах.

Луч, выходящий из Кристалла, бил в едва заметное пятнышко на животе Удины — след от давнишнего ранения Клинка Хаоса. И это пятнышко стало расти. Вернее, пятнышко росло вместе с телом Богини. Удина уже так раздалась во все стороны, что стала больше себя прежней раза в три. Если так пойдет и дальше, то она упрется головой в потолок.

Поначалу она делала попытки как-то увернуться от луча, отойти в сторону, но ее ноги будто приросли к полу, и вскоре она вообще застыла и даже перестала дрожать.

— Удина! Удина! Что происходит?! — закричал Великий Лик, но Богиня Жизни молчала.

«Простите меня…», — услышали все Новые Боги мысль Удины. Это были ее последние слова.

Выходящий из Кристалла луч утончился, но, при этом, расширился вверх и вниз, чем стал похож на огромное лезвие боевой секиры. Это лезвие прошло по животу Богини Жизни, который по размеру уже достиг роста высокого человека, и в нем возникла узкая темная щель-разрез.

Лезвие луча продолжала потихоньку увеличивать разрез. Одновременно тело Богини Жизни стало утончаться, и из него потекла Божественная Сила. Она была еще жива, но уже явно ничего не понимала. Небольшие белесые струйки с тела Богини, представлявшие из себя смесь ее Божественной Силы и частички плоти, уходили, втягивались, в разрез на животе, как будто этот разрез ими питался.

Великий Лик и Удола застыли, не понимая, что происходит, и что можно и нужно делать. Тело Удины тем временем становилось всё прозрачнее, прозрачнее… и вот, Богиня исчезла.

В самый последний момент, когда в пространстве еще висел полупрозрачный образ огромной Богини Жизни с животом, зияющим длинным расширяющимся теперь и в ширину разрезом, из него высунулись две голые руки, покрытые крупными пятнами, цветом напоминающими иссине-лиловые синяки. Эти руки раздвинули края разреза, показалась женская голова и… на пол зала на глазах изумленных Новых Богов из гигантского разреза, который теперь висел, будто в пространстве, легко соскочила почти полностью обнаженная пятнистая женщина.

— Ну, здравствуй, муженек, — сказала она, насмешливо глядя на Великого Лика.

— Руила?! Мама!? — в один голос воскликнули Верховный Бог и Удола.

Огненный Медведь мчался в Агрель. Сейчас, когда он обрел полную силу Бога, он стал передвигаться еще быстрее, чем раньше. Намного быстрее. Он скользил над травой, едва касаясь ее ногами. Со стороны казалось, что по сухой степи бежит язык пламени, гонимый ветром, от которого невозможно не скрыться, не убежать ни человеку, ни любому животному. Лиги пролетали под его ногами одна за другой, окружающий мир слился в сплошную массу чего-то неопределенного. В нем уже невозможно было различить ни отдельных деревьев, ни строений, ни живых существ. Да что там отдельные деревья или строения, большие человеческие поселения проносились мимо буквально на несколько мгновений, за которые Огненный Медведь даже не всегда успевал сообразить, что это было — город или деревня.