Шёпот бессмертных - Диана Гамова

Шеф ехал быстро. Машина проскочила мост за считанные секунды. Интересно, сколько надо времени, чтобы переехать по мосту, например, Волгу в самом широком её месте? Дурацкий вопрос, надо сказать.

— Так зачем Вы всё это подстраивали? — вернулась я к разговору.

Антон Сергеевич вздохнул.

— Вы — слишком официально.

Я утвердительно кивнула, соглашаясь. Ещё пару дней назад обратиться к начальнику на «ты» для меня стало бы проблемой. Сейчас — ничего особого.

— Как я сказал, мне пришлось очень аккуратно тебя подталкивать и вести. Ты — истинный человек. Как и твоя подруга, Татьяна, — хм, не помню, чтобы знакомила шефа с Таней. Ангел. Что с него взять?

Будто прочитав мои мысли, Вёрс хмыкнул.

— За такими, как вы, чистыми душами, всегда охотятся не-люди и их слуги. Не все конечно, а только те, которым люди не выгодны. Человеческая душа — субстанция исключительной силы. Если её поглотит какая-нибудь не-людская сущность, получится, например, война. Или какая-нибудь природная катастрофа. Дай детям спички и оставь играть в деревянном городе. Прекрасная аналогия, на мой взгляд.

— Так значит и моё состояние тоже тобой спланировано?

— Нет, — сознался Вёрс. — Это была моя ошибка. Я понадеялся, что сумел защитить и скрыть тебя.

— У тебя почти получилось, если это правда.

— Да уж, — невесело ответил мужчина.

— Если бы не тот врач в парке, я бы точно умерла. Раньше.

— Какой врач? — скосил глаза шеф.

— М-м, — я напрягла память, как там его? — Клод. Клод Оди, француз.

— Вот как, значит… — помрачнел Вёрс. — Снова Клод.

— Снова? Он тоже ангел?

Вёрс приложил все усилия, чтобы сохранить спокойствие. Странно. Я думала, его ничем не проймёшь.

Морщинка между бровями стала очень глубокой, а глаза сделались тёмными.

— Если бы, — отозвался шеф. — Клод — слуга не-людей. Он очень заинтересован в ангелах. Ты — потенциальный земной ангел. Думаю, благодаря ему, ты… умерла.

— Смысл Клоду убивать меня?

— Чем ты слушала, Роксана? Ты для него — мощная батарейка, хорошая закуска — для его хозяев. Теперь ясно, почему в мёртвом теле застоялась твоя душа.

— М-м? — я непонимающе покосилась на свои руки.

— Ты не хотела покидать оболочку. Твоя душа знает, время для смерти ещё не пришло…

Он остановил машину у обочины.

— Это многое меняет. Нас там ждут.

— Где? Кто?

На мои вопросы никто не ответил. Кирана по-прежнему полулежала рядом, закрыв глаза. Её ладонь так и не покинула моей руки. Вёрс откинулся на сиденье, барабаня пальцами по собственной коленке.

Я почувствовала себя абсолютно беспомощной. Вот она я. Ничего не знающая и не понимающая игрушка в чужих руках. Вроде бы Верс и Кирана желали мне добра. Но как проверить? Почему они носятся со мной, как дурни с писаной торбой?

— Ничего не поделаешь. Придётся найти другое место, — наконец вымолвил мужчина.

Он обернулся и осторожно тронул Кирану за плечо. Та медленно подняла веки. Из-под ресниц вырвалось яркое золотое сияние.

— Разве мы уже приехали?

— Приехали, — согласился Вёрс. — Нас там ждут, — повторил он снова. — Ничего не поделаешь, будем довольствоваться тем, что есть. У тебя всё получилось?

Девушка отрицательно качнула головой.

— Если мы проведём её по Земному Пути сейчас, она не обретёт всей силы.

— Решать только ей.

Они синхронно посмотрели на меня. Я должна была что-то сказать, но не знала, что. По-прежнему, я не понимала, что они собираются со мной делать. Кто нас там ждёт? Там, это где? Что я должна решить?

Всё это отразилось на моём лице. Поэтому Кирана, вздохнув, убрала свою руку с моей и вышла из машины. Осенний ветер тут же растрепал её рыжие волосы, словно костёр загорелся. На моих пальцах осталось подобие этого огня. Там, где лежала ладонь Кираны, я всё ещё чувствовала приятную теплоту.

Я ожидала, что мужчина тоже выйдет, но ошиблась. Вёрс остался. Он внимательно посмотрел на меня. Такого взгляда у начальника я не припомню. Да и может ли взгляд человека быть столь пристальным, добрым, сильным и понимающим?

— Роксана, — начал Вёрс. — Перед тобой выбор. Ты можешь умереть, можешь пройти по Земному Пути и стать ангелом. Если ты выберешь первое, мы с Кираной проследим, чтобы твоя душа не досталась не-людям. Если второе…

Он замолчал, переводя дыхание. Глаза его сверкнули сталью, в их глубине зажглись изумрудные искорки.

— Ты станешь земным ангелом, но сила твоя не будет полной. Я думаю, ты не сможешь вспомнить весь опыт своей души и осознать его, из-за того, что ты мертва. Цепочка памяти твой души порвалась. Это полностью моя вина… Прости.

— Я должна дать ответ сейчас?

Ангел кивнул.

Можно было бы оглядеться, посмеяться нелепости ситуации. Одинокая машина на обочине дороги. Вокруг поля и холмы предгорий. Серое небо над засыпающей землёй. Романтика! И вот в этой машине мне предлагают либо умереть, либо жить вечно. Что бы выбрать, хм?…

Вопреки мыслям, я не рассмеялась.

— Как бы сделал на моём месте ты, шеф?

— Не скажу, — серьёзный голос по-прежнему завораживал своей глубиной. — Это повлияет на твой выбор. Закрой глаза и спроси себя сама, чего ты хочешь.

Чего я хочу… Следуя совету, я сомкнула ресницы.

Я хочу жить в небольшом провинциальном городе по соседству с родителями и друзьями. Хочу путешествовать. Развить, наконец, свой дар, какой бы он ни был. Лет через пять хочу выйти замуж за любимого человека. Потом обзавестись детьми и растить их с мужем в любви и понимании… Вот, чего я хочу. При этом мне совершенно ясно, мечтам не сбыться. Даже если соглашусь стать земным ангелом. Но так хочется!

— Если я выберу второе, — открыв глаза, я поймала взгляд Вёрса, — смогу ли остаться здесь? В смысле, в этом городе? Со своей работой, друзьями?

Он согласно опустил голову.

— Сможешь. Я же не полёт на Марс тебе предлагаю. Но жизнь твоя не останется прежней.

— Она хотя бы будет…

Я закусила губу, на глаза навернулись слёзы.

— Вёрс, я не хочу умирать! Я жила так мало! Ничего ещё не сделала сама! — по щекам покатились солёные капли.

Горло тяжёлым обручем сдавила обида.

— Если я умру сейчас, это будет нечестно! Я столько всего обещала родителям и друзьям! Я не могу!

Солёные капли, скатившись по лицу, упали на мои ладони…

— Но я уже мертва! Даже слёзы ледяные… Как я могу что-то выбрать?! Где та самая справедливость, к которой все взывают? Почему кто-то решил за меня, когда мне умереть?! Почему?!

Из груди вырвались рыдания. Я размазывала холодные капли по лицу.