Арес - Даниил Аксенов

– А дальше? – спросил Виктор.

– Дальше? – тут же откликнулся голос. – Нет никакого дальше. То, что с нами произошло и происходит, отлично описывается фразой: «Наши дела с тобой плохи». Вот так.

– Но нельзя ли уточнить, почему плохи и как они дошли до этого? – Антипов решил не сдаваться. У него мелькнула догадка, что каждое нужное ему слово придется в буквальном смысле вытягивать.

– Я слышу иронию в твоих словах, мой друг. Это хорошо. Ирония лучше отчаяния или безумных мыслей. Дела плохи потому, что мы оба практически мертвы и находимся в чуждом нам мире.

– Мертвы? – В голосе студента слышалась озадаченность. – Я совсем не чувствую себя мертвым. Другое дело, что тело – не мое.

– О, ты умер, можешь мне поверить. Когда на голову человека падает огромная плита, отчего эта самая голова слегка сплющивается, то человек, как правило, умирает.

– Моя голова сплющилась? – уточнил Виктор.

– Твоя, мой друг, твоя.

– Но я же осознаю себя! Могу думать, вспоминать, говорить! С тобой могу говорить, наконец!

– Можешь, но очень плохо, – согласился голос.

– Да какая разница – плохо или хорошо?! Главное, что я это все могу делать. Значит, я не умер.

– Во-первых, есть разница. И мне очень хотелось бы, чтобы ты это все делал хорошо. Так будет лучше для нас обоих. А во-вторых, в том, что твое тело умерло, а личность – нет, есть только моя заслуга. Ты при жизни ничего не сделал для того, чтобы обеспечить себе хоть какое-то посмертие.

– Так это ты перенес мою личность в тело Ролта? – поинтересовался Виктор, уже зная ответ.

– Да. Иначе ты бы умер. Вообще умер.

«Вот это новость. Он утверждает, что меня спас. Ну хорошо, допустим. Вряд ли рай или ад, если они есть, имеют такой странный вид. – Мысли Антипова неслись вскачь. – Но как он это сделал? Да и с какой целью?»

– Спасибо, конечно, – поблагодарил Антипов своего спасителя. – Я тебе очень признателен. Но буду признателен еще больше, когда пойму, зачем ты это сделал и почему не выбрал какое-нибудь другое тело? В моем мире, например.

– А ты улучшаешься прямо на глазах, – заметил голос. – Уже рассуждаешь, как подобает воину. Без лишних волнений. Молодец. Я это сделал потому, что мне нужен помощник. В этом вот мире. Во время такого перехода все, подобные мне, теряют свои силы. И на первых порах нам нужен кто-то, на кого мы можем опереться. Кто-то из людей. Я выбрал тебя.

– Почему меня? – мгновенно отреагировал Виктор.

– Почему? Обычно, мой друг, выбирают самых достойных. Ты вот тоже показался мне привлекательным за короткое время пребывания рядом с моим сосудом. Я отметил некоторую решительность в твоих действиях, даже азарт. Ты не лишен здравого смысла и, возможно, смекалки. Есть, конечно, еще одна причина. Небольшая.

– Какая причина?

– Кроме тебя, выбирать было некого.

«Н-да. Небольшая причина. Похоже, он все-таки издевается, расхваливая мои достоинства, как издевался до этого, – с некоторой горечью признался себе Виктор. – И суть-то происходящего еще не ясна».

– Но зачем тебе понадобилось перебираться сюда? – Антипов до этого момента не догадывался, насколько он любознателен. Теперь же интерес к происходящему просто распирал его.

– У меня не было другого выхода. Благодаря тебе разрушился сосуд, и мир сразу же открылся мне. Пришлось бежать. А что еще делать? Если люди знают о боге, но лишь малая часть искренне верит в то, что он существует, то у этого бога большие проблемы.

Вопросы роились в голове студента. Ему хотелось знать все. Что собой представляет Арес, почему он бежал именно сейчас и отчего не сделал этого раньше, где он находился до обнаружения храма, в чем роль его, Виктора? Но, к огромному разочарованию, у собеседника появились свои идеи насчет разговора.

– Теперь мой черед спрашивать, – внезапно заявил голос. – Ты еще успеешь узнать все, что хочешь. Завтра или в другие дни. А вот мне нужно решить кое-что с тобой, пока есть время.

– Что решить? – спросил Антипов.

– Ты молодец, – вновь похвалил голос. – Быстро свыкся с ситуацией, не боишься задавать вопросы. Так вот, вскоре сюда придут. Вооруженные люди. Человек двадцать. Третий день уже ходят. Не думаю, что тебе нужно встречаться с ними. Поэтому отвечай быстро и четко.

– Двадцать человек?

Ничего подобного в памяти Ролта не было. Люди через лес обычно не ходили.

– Да. Лазутчики. Одна группа идет на север, а вскоре другая, такая же, возвращается оттуда. Полагаю, они сменяют друг друга в засаде.

– В засаде на дороге? – Здесь память Ролта не подвела. Севернее от опушки находился большой тракт, соединяющий баронский замок с ближайшим городом.

– Может быть. Я не вижу так далеко. Но это пока не так важно. Теперь отвечай. В каком теле ты оказался?

– Вот в этом, – недоуменно развел руками Виктор.

– Это я сам знаю. Кому оно принадлежало?

– Ролту. Сыну лесоруба.

– Крестьянин, значит. Не воин?

– Нет.

– Жаль. Где ты живешь сейчас?

– В замке. Это такая постройка с крепостными стенами.

– Я знаю, что такое замок, мой друг. – Голос Ареса был наполнен безграничным терпением. – Твоей жизни там что-нибудь угрожает?

– Нет. Не думаю. Если соблюдать правила…

– Соблюдай! Ты мне нужен живым. Понятно?

– Да… А зачем?

– Все-таки ты много вопросов задаешь. Потом узнаешь. Что Ролту известно об этом мире? Ты получил его память?

– Получил. Но известно мало что. Он ведь был просто дурачком.

– Дурачком? Похоже, в этом нам не очень повезло. Хотя я подозревал что-то подобное. Слишком уж простым все выглядело. Ладно, могло быть и хуже. В прежнем мире ты чем занимался?

– Учился.

– На кого?

– На… географа.

– А это кто?

– Ну… путешественник.

На поляну опять вернулась тишина. Виктор на этот раз не спешил нарушать ее, но готов был поклясться, что Арес онемел от изумления. Прошло несколько секунд, прежде чем раздался очередной вопрос.

– У вас там учатся путешествовать?

– Не совсем так. Не все географы путешествуют сами. Многие просто работают с картами, например.

Опять пауза. На этот раз не такая длинная, как предыдущая.

– Мы еще вернемся к этому вопросу, – зловеще пообещал голос. – А ты-то сам сражался? Много выиграл схваток? Побеждал ли героев?

Если бы кто-нибудь спросил у Виктора раньше, побеждал он героев или нет, то услышал бы твердое «да» с перечислением подробностей – в зависимости от настроения. О, Антипов живописал бы свои подвиги, в которых герои, добрые и не очень, падали как подкошенные под его могучими ударами. Там обязательно была бы прекрасная девушка, последовательно похищаемая героями друг у друга, а Виктор шел бы по ее следу и разил, разил врагов безостановочно. В конце рассказа девушка, несомненно, подарила бы ему свою любовь, если бы не оказалась обладательницей не совсем нормальной сексуальной ориентации. Эту категорию женщин Антипов не находил полезной, но под влиянием вдохновения мог бы поместить в историю. Но тогда девушке пришлось бы умереть в ходе последней эпической битвы. Однако, к сожалению, невидимый собеседник, похоже, интересовался заданным вопросом всерьез.