Книга Азраила - Николь Эмбер

Я направился на кухню в поисках телефона. Взяв маленькое черное устройство, я набрал номер, который Логан заставил меня выучить.

Раздались гудки, а вслед за ними – знакомый голос:

– Алло?

– Логан. Это Лиам. Нам нужно встретиться. Только с тобой.

Я рассказал Логану обо всем, что случилось: о битве, смерти Дианны, воскрешении и новой угрозе, с которой мы столкнулись.

– Прошли тысячелетия с тех пор, как мы оказывались лицом к лицу с реальной угрозой. Это уже не те бездушные звери, с которыми мы воевали. Нет, эти намного хуже, – сказал я, сидя в просторной гостиной.

Наши взгляды встретились, прежде чем Логан поднял палец и указал на комнату, где все еще спала Дианна.

– Ты сделал немыслимое, Лиам.

– Я знаю.

– Ты же знаешь, что воскрешение – табу. Запрет. Мы слышали столько всего о последствиях такой магии… Это могло привести к чему угодно – даже ты сам мог превратиться в пустую оболочку.

– Я знаю.

Мой голос прозвучал немного резче, чем я хотел.

– Ты ее любишь?

Я вздохнул и откинул голову на спинку дивана.

– Почему все задают мне этот вопрос?

– Она очень красивая женщина с большим даром убеждения, поэтому некоторые… – он сделал паузу, приподняв бровь, – …мужчины, которые давно не пользовались женским вниманием, могут найти ее привлекательной.

Он откашлялся.

– Интересно, как твоя жена отнесется к тому, что ты так отзываешься о других женщинах? – парировал я.

– Я… нет… я говорю о тебе, – растерянно возразил Логан.

Я ничего не сказал, и он вздохнул, заметив мое волнение.

– Лиам, я просто хочу сказать, что это на тебя не похоже. Ты бы никогда не пошел на такой риск ради женщины. Я знаю тебя. Такая магия… ты не знаешь, какой ущерб она может причинить – не только тебе или ей, но и всей вселенной. Нам часто говорили о катализаторе, который способен вывести мир из равновесия. Ты и сам это знаешь.

– Знаю.

Я почувствовал, как диван прогнулся под весом Логана, который сел рядом со мной.

– Спасибо, что все мне рассказал. Я скучаю по тем дням, когда ты действительно со мной делился. – Он рассмеялся, но смех казался вымученным. – Итак, каков дальнейший план?

– Ты слышал что-то от вампиров, которых к вам я послал?

Логан кивнул.

– Да, их присутствие сложно не заметить. Габби любит громкие разговоры, и, похоже, у них много общих историй, которые меня мало интересуют.

Я фыркнул, зная, что Логан относится к нему так же, как и я.

– Это Дрейк.

Логан пожал плечами.

– Неверра все время с ними. Они втроем вечно болтают о всякой чепухе. Я приказал нескольким Небожителям за ними приглядывать – неважно, нравится ли он Габби, но я ему не доверяю. Не знаю, почему, но мне не хочется оставлять девочек с ним наедине. И если ты прав и Четыре Короля действительно живы, то этим вампирам точно нельзя доверять.

Я едва заметно улыбнулся. То, как Логан защищает Габби, без сомнения, порадовало бы Дианну.

– Дрейк умеет действовать на нервы, но он безвреден. Он все время флиртует, и это ужасно раздражает.

Голос Логана превратился в низкое рычание.

– Если он попробует флиртовать с Неверрой, я разорву его на куски.

Я тихо рассмеялся, а после вздохнул, наклонился вперед и почесал затылок.

– Да. Это справедливо. Логан, я… я не знаю. Мне кажется, что-то не так.

– Может, ты просто перенервничал?

– Может быть… а может, что-то затевается у нас за спинами. Мне кажется, словно я не могу удержать голову над водой. – Я глубоко вздохнул. – Мне нужно попасть в Совет. Если Виктория сохранила еще какие-нибудь книги или записи Азраила, я надеюсь, Совет о них знает.

– Если ты явишься в Совет, Имоджин, Кэмерон и Ксавье тут же накинутся на тебя с расспросами.

– Я знаю. Вот почему ты пойдешь со мной. – Я остановился и потер рукой подбородок, прежде чем посмотреть в сторону лестницы. – …и Дианна.

Его глаза расширились.

– Как ты собираешься провести Иг’Моррутена на Совет?

– Это не Иг’Моррутен; это Дианна. Когда-то она была смертной. Имей немного уважения.

Логан кивнул, но я увидел в его глазах блеск. Он меня проверяет?

– Прошу прощения, – искренне сказал он, едва заметно приподняв уголок рта.

Он и правда меня испытывает.

Я кивнул.

– С учетом вышесказанного, я подготовил план действий. Для начала мне нужно, чтобы ты нашел нам какую-нибудь непримечательную одежду. Сейчас я слишком истощен, чтобы создавать ее своими силами.

– Конечно, – сказал Логан, не задавая лишних вопросов.

Я уставился в потолок, чувствуя, будто что-то упускаю.

– Что-то не так, Логан.

– Мы с этим разберемся. Даже в худшем случае на твоей стороне будет королева.

Я фыркнул в ответ на его слова. Он прав. Дианна давала нам преимущество, но совсем небольшое. Она была могущественной, но отрицала свою природу, что ставило ее в невыгодное положение. И хотя я догадывался, как решить эту проблему, мне не хотелось делиться этим с Логаном.

– Ты прав, – ответил я. Логан выглядел настолько удивленным, что я едва удержался от улыбки. – По своей силе она во много раз превосходит любое существо из Потустороннего мира. Даже мой отец боялся королей Йеджедина.

Услышав мое откровение, Логан медленно выдохнул.

– И все же я не могу понять, как они сюда попали? Миры были заперты так долго, что существ, наделенных подобной силой, попросту не должно существовать.

– Я начинаю думать, что они здесь намного дольше, чем мы думаем. Словно они специально оставались в тени, планируя и ожидая… чего-то, – сказал я.

– Чего? – спросил Логан.

– Это хороший вопрос.

Логан встал и вытер руки о штаны.

– Я найду для вас подходящую одежду и вернусь.

– Еще одна просьба, – произнес я, не вставая.

Он обернулся.

– Да?

– Мне нужно, чтобы ты отвлек Имоджин.

– О, да сохранят меня боги, – вздохнул он, прежде чем исчезнуть из комнаты во вспышке кобальтового света.

В гостиной снова воцарилась тишина, и я устало провел руками по лицу.

Мне следовало быть быстрее и убить Тобиаса при первой же возможности. Мне следовало просчитать ход событий и добраться до него раньше, чем он схватил Дианну. Она пожертвовала собой ради меня, ради мира, и я без колебаний ее воскресил. Даже мой отец не стал воскрешать мою мать – единственного человека, которого он любил каждой клеточкой своего существа. И все же я решил спасти эту остроумную, вспыльчивую и любящую женщину. Я действительно был эгоистичным и слабым, потому что воскресил ее не ради мира и даже не ради нее самой. Я воскресил ее, потому что знал, что не смогу без нее жить.

– Бог думает не о своих желаниях и потребностях, а о нуждах других – тех, за кого он в ответе.

Слова отца эхом звучали в моей голове. Он был прав – как тогда, так и сейчас. Даже Тобиас это видел. Он был прав, когда сказал, что Дианна запала мне в душу. Мой незначительный интерес превратился в глубокую привязанность, которую я не мог контролировать. Это стоило мне Книги Азраила. Но самое страшное заключалось в том, что мне было все равно. Дианна того стоила.

Крик разнесся по дому, и я взлетел вверх по лестнице еще до того, как его эхо затихло. Я ворвался в спальню и обнаружил Дианну, сидящую на кровати и прижимающую руки к груди. Она повернулась ко мне, ее застывшие глаза были широко раскрыты.

– Ты действительно Губитель мира.

48. Дианна

Лиам вбежал в комнату. Не успев осознать, что делаю, я вскочила на ноги и попятилась.

– Не подходи ближе.

Я подняла руку, и он остановился.

– Дианна. Это я, – сказал он, пытаясь меня успокоить. – Пожалуйста, потуши огонь.

Посмотрев на свои ладони, я обнаружила, что на каждой горит пламя. Я даже не заметила, как зажгла его.

– Ты уничтожил Раширим. Вот почему тебя называют Губителем мира. Это не просто глупое прозвище. Ты уничтожил целую планету своим мечом. Я это видела.