Рыцарь двух миров - Сергей Садов

Вся эта известность действовала мне на нервы. Я прекрасно понимал, что так моим врагам найти меня намного легче. Поэтому мне хотелось покинуть Амстер как можно скорее. Нарнах тоже поддержал меня. Тогда-то он и отдал мне Ригера вместе с командой. Нельзя сказать, что сам Ригер отнесся к этому хорошо, но и особо недовольным, вопреки моим ожиданиям, не выглядел.

В результате мы покидали Амстер словно воры в три часа утра. Даже городские ворота в это время были еще закрыты. Пришлось будить караульного офицера, который, ворча, долго читал приказ Мервина. Потом выругался и пошел отдавать распоряжение. Ворота со скрипом распахнулись, и весь наш отряд вместе с каретой покинул город. Карета была той, в которой мы приехали сюда с Витькой. Танькина карета была слишком приметной, к тому же ее видела половина города. Поэтому ее мы оставили перед гостиницей. Нарнах пообещал продать ее.

Теперь Танька ехала вместе с моим отцом, матерью и Витькой, которого я заставил сесть в карету, чтобы он не тормозил нас в пути.

– Тренироваться будешь потом, а сейчас я хочу двигаться как можно быстрее. Ты знаешь, как ездишь верхом.

Витьке пришлось смириться. А так как карета была рассчитана на четверых, то и мне и Рону пришлось ехать верхом. Впрочем, особо этому я не огорчался. Мне нравилось ездить верхом. К тому же в карете я, не имея обзора, чувствовал себя не слишком хорошо.

Однако неожиданно возникла другая проблема, о которой никто из нас даже не думал. Дело в том, что с нами отправились и Танькины телохранители. В результате у двоих офицеров сразу же возник спор о том, кто из них главнее. Это проявилось на первом же привале, когда Ригер попробовал приказать солдату из другого отряда сходить за дровами. Тот отказался, а Лерий выступил в его защиту, заявив, что не позволит отдавать приказ своим людям. Некоторое время я, вместе с родителями, Танькой и братом наблюдал за их препирательствами. Потом мне это надоело.

– Эй, вы оба! Подойдите сюда!

Оба командира наемников удивленно посмотрели на меня, но подчинились. Некоторое время я молча разглядывал обоих, в то время как отец с мамой и братом с интересом разглядывали меня. Под моим пристальным взглядом оба командира почувствовали себя неуютно.

– Видно вы еще не поняли, что теперь все вы составляете один отряд. И если возникнет необходимость, то и действовать вам придется вместе.

– Но милорд, – гневно начал Лерий. – Я не позволю…

– Разве я разрешил говорить? – перебил я, вопросительно посмотрев на Лерия. – Почему мне приходится напоминать вам о том, что такая ситуация опасно для нас всех? Но ладно, если вы не хотите договорить по-хорошему между собой, то вас примерю я. Отныне ваши отряды сливаются в один.

– Но…

Я жестом прервал протестующие крики.

– Этот отряд делится на два отделения. Командиром первого я назначаю Лерия, командиром второго Ригера. Я же становлюсь командиром всего отряда. О любых возникших спорах докладывать мне, я же отдаю приказы, я же буду назначать караулы до тех пор, пока вы не договоритесь между собой сами.

– Милорд, при всем уважении, мы вам не подчиняемся, – гневно заговорил Лерий. – Нам платит госпожа.

– Верно, но здесь есть еще один отряд. Не мне вам говорить к чему может привести несогласованность действий. У отряда должен быть один командир. Но вы не захотите подчиниться Ригеру, а он вам. У меня же нет причин сомневаться ни в ваших талантах, ни в талантах Ригера. Поэтому вы либо признаете командиром меня, либо немедленно получаете расчет. Я скорее соглашусь уменьшить наш отряд наполовину, чем позволю существовать независимому ни от кого соединению. Итак, ваш выбор?

Лерий нахмурился и задумался. Потом посмотрел на меня исподлобья.

– Хорошо, милорд.

– В таком случае пусть твой солдат выполнит приказ старшего по званию.

Лерий гневно посмотрел на меня, потом отвел взгляд и прокричал приказ.

– И еще, – заметил я, прежде чем оба офицера ушли. – Ригер, под вашей командой есть свои люди. Без необходимости не вмешивайтесь в дела другого отряда. Я ведь заставлю и твоих людей выполнить приказ Лерия. Лерий, вас это так же касается.

– Да-а, – протянул отец, когда оба командира ушли. – Только я думаю, что начал уже узнавать тебя, как ты открываешься мне с новой стороны.

– Папа, но я не мог позволить им начать выяснять отношения. Если бы дело касалось только их, то это была бы только их проблема.

Тут, прерывая меня, задребезжала палочка даль-связи. Быстро вытащив ее, я сжал кулак.

– Слушаю Нарнах. Что случилось?

– Почему сразу что случилось? Как будто я разговариваю с тобой только тогда, когда что-то случается.

– Ладно, ладно. Ты связался со мной, чтобы пожелать приятного пути?

– Нет, я связался с тобой, что бы сообщить кое-что по Рону. Мои люди поспрашивали у соседей того мельника. Так вот, удалось узнать, что ребенка подкинули почти одиннадцать лет назад люди из проходящего каравана. Та одежда, которая была на Роне в тот день, почти ничего не могла нам дать. Просто ясно, что родители Рона люди не бедные, но никаких особых примет на ней нет. Обычные пеленки.

– Значит, ничего узнать не удалось?

– Почему? Мы узнали, что ребенка оставил проходящий караван.

– Много нам это даст. Через Амстер проходит до десяти крупных караванов в год, и это не считая мелких. А тут караван десятилетней давности.

– Сразу видно, что ты плохо знаешь Амстер. В Амстере регистрируют все караваны, которые идут через их город. Когда он прошел, кто караванщик, кто владелец, откуда идет. Я уже отдал распоряжение, и мои люди ищут в архивах сведения о том годе. Но нам повезло еще и в том, что нам не нужны сведения за весь год. Мы знаем точную дату, когда подбросили Рона, но на всякий случай я велел взять сведения за три месяца.

– Спасибо, Вильен.

– Не за что. Я буду держать тебя в курсе своих поисков. Кстати, ты Рону рассказал о своих изысканиях?

– Нет. Если мы найдем что-то, то пусть это будет для него сюрпризом, а если нет, то зачем его обнадеживать. К тому же правда может оказаться такой, что ее лучше будет сохранить на время в тайне.

– Что ж, разумно. Ну ладно, я свяжусь с тобой, если что узнаю. Кстати, когда встретишь Далилу, то передай от меня привет.

Связь прервалась. Интересно, что он имел в виду, говоря о Далиле? Я поборол желание немедленно связаться с ним и потребовать объяснений – все равно ведь не скажет.

Тут я почувствовал, как кто-то подошел сзади меня и обнял.

– Ты молодец, Егор. Я боялась, что все с тобой произошедшее отразилось на тебе не лучшим образом.

– Спасибо, мама. – Я был искренен, но внутренне сжался, гадая, известно ли ей о том, что было со мной в последние дни путешествия по этому миру. Вряд ли тогда у нее была бы причина гордиться своим сыном. Если я тогда и смог победить свое новое я, то никак не из-за своих достоинств, а исключительно благодаря друзьям, особенно Эльвингу и Муромцу. Тут я почувствовал, что просто не имею право скрывать от нее правду. Это будет просто нечестно. Мастер ведь сказал, что я должен позволить родным заново узнать себя, но это никак не получится, если начинать со лжи. Пряча глаза и краснея от стыда, я рассказал о тех днях. Мама долго молчала.