Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

— Мне тем более, — фыркнул я. В кузове грузовика на ходу — было дело, нас как-то пустой лесовоз подбросил, только в кабине был водитель с напарником, вот мы и полезли в кузов. Ну а там — спальник есть, пенка есть, так что время зря терять? Колдобины вот только мешали…

— Вот! Новый опыт всегда полезен! — заявила она, и в этот момент открылась дверь купе. Кэнди это не смутило: она считала, что приличный человек в такой ситуации либо извинится и закроет дверь, либо просто ее закроет, либо присоединится… конечно, это если свой. А если вдруг староста заявится — ну, устроит скандал, ерунда, право слово.

Как я мог раглядеть за распущенными волосами Кэнди, на пороге стояла Лили. Нет, полагаю, она закрыла бы дверь, но не смогла — явно остолбенела.

— Подружка, ты либо войди, либо выйди, а то сквозит! — дружелюбно произнесла Кэнди, оторвавшись на минутку от своего увлекательного занятия.

К моему невероятному удивлению, та предпочла войти, а я кое-как извернулся и сел, правда, не снимая Кэнди с колен, а то мало ли, шокирую Лили… Не знаю, чем они там с Поттером занимались, но вдруг только целовались?

— Я только хотела спросить, — нервно сказала она, стараясь не смотреть на полуснятый бюстгальтер Кэнди, — что ты сказал Петунии?

— Ты же слышала, я извинился за нашу с тобой детскую выходку, — невозмутимо ответил я, щекоча Кэнди: она от этого очень забавно извивалась.

— Было что-то еще, — настаивала Лили. — Боже, да прикройтесь же!

— Э, подружка, забей! Что естественно — не безобразно, слыхала? — хихикнула та. — Или ты намерена до свадьбы хранить невинность для жениха? Брось, это вышло из моды в начале века, а то и раньше!

— А ты откуда знаешь, что Джим сделал мне предложение? — опешила Лили.

— Фью-у-у, тоже мне, секрет Полишинеля…

Я был уверен, что Кэнди ляпнула это наугад, но угадывала она всегда превосходно. Может быть, задатки легилимента у нее все-таки есть, только проявляются спонтанно? Над этим тоже стоило поработать.

— Вы как-то удалились от темы, — великосветски произнес я. Наверно, это очень забавно выглядело при полуспущенных джинсах и наличии частично раздетой Кэнди у меня на коленях. (Тут я еще вспомнил шуточку Мародеров с моими штанами, и окончательно развеселился.)

— Да! Что ты сказал Петунии?

— А почему ты решила, будто я что-то ей сказал?

— Потому что она… — Лили нахмурилась. — Она изменилась! Именно после той встречи на вокзале!

— И в какую сторону изменилась? — с интересом спросил я.

— В ужасную! Она… она бросила своего парня, если помнишь, ухаживал за ней такой Вернон, очень перспективный молодой человек… Родители были в шоке! Потом постриглась, выкрасила волосы в лиловый цвет с зелеными перьями, обвесилась побрякушками, одевается в кошмарные тряпки, ходит на какие-то концерты… А потом она заявила, что колледж ей даром не сдался, и теперь работает официанткой в кафе для дальнобойщиков! — единым духом выдала Лили. — И живет с одним таким водителем, он ей комнату снимает!

— Панкует клюшка, — со знанием дела произнесла Кэнди и ткнула меня пальцем. — Ты ей?..

— Ага, — кивнул я.

— Не парься, — посоветовала она Лили. — Твоя сеструха решила маленько расслабиться. Нет, может, лет через несколько она образумится и вернется в лоно семьи, а пока не мешай человеку отрываться.

— Если я узнаю, что ты воспользовался темной магией… — прошипела Лили.

— То что? — любопытно спросил я. — Нет, правда? Проклянешь? Я испугался, честное слово!

Она фыркнула и выбежала из купе. Спасибо, дверь не забыла закрыть, а то у меня уже сил не было терпеть…

— Колопортус же есть! — вспомнила Кэнди, и на время мы выпали из реальности. Ну как на время… до Хогвартса.

Часть 8

В школе я обложился результатами исследований (их еще надо было систематизировать, потому что заметки Кэнди делала на случайных клочках бумаги, заляпанных невесть чем), долго думал, но в итоге вывел кое-какие закономерности, связанные как с происхождением реципиентов, так и с употреблением ими алкоголя или иных… гм… веществ. Для чистоты эксперимента мы напились в компании Блэка и Люпина (Кэнди протащила с собой литра полтора самогона) и опробовали «Путь Свободы» в состоянии измененного сознания. Результаты подтвердили мои выкладки, и если б я так не маялся с похмелья, то непременно обрадовался бы. (Надо сварить зелье от похмелья, сделал я пометку, ему цены не будет! А у магглов его можно загонять под видом микстурки, которыми торгуют сомнительного пошиба магазинчики этнических товаров, скажем, как народное средство.)

Очухавшись, я занялся журналом наблюдений Люпина (этот хоть записывал все аккуратно и в подробностях), и пусть времени у него было не так много, картина все равно вырисовывалась интересная. Так, урожденные оборотни — а некоторые согласились попробовать нашу оборотку — практически на нее не реагировали. Вернее (тут я порадовался, что Люпину хватило ума разделить этих подопытных на несколько групп), употребившие зелье только со своей шерстью обратно в людей превращались очень быстро и почти безболезненно, а с шерстью и волосом — сильно маялись, но превращения зелье все равно не отменяло. И те, и другие при этом не теряли человеческого рассудка, что уже не могло не радовать. А вот ребята с приобретенным оборотничеством реагировали точно как Люпин, разве что с небольшими девиациями. Ну так, в пределах статистической погрешности.

— Это не стыдно опубликовать, — довольно повторил я Кэнди.

— После школы, — сказала она, — а то… сам понимаешь.

— Конечно, тут еще работы полно. И я вас всех соавторами запишу, — хмыкнул я. — Коллектив юных исследователей…

— Меня не надо, — испуганно сказал Люпин, — а то придется признаться, кто я.

— Ну так ты ж теперь безопасен для окружающих, — пожала плечами Кэнди. — Но можно просто отметить «исследователь-доброволец» или как там? Волонтер, который не побоялся отправиться в общину оборотней, но пожелал остаться неизвестным.

— Все равно догадаются, — сказал Блэк. Он валялся рядом с нами на травке и грыз травинку. — Если не обыватели, так директор точно.

— Да и хрен с ним, — ответила Кэнди, — мы уже школу закончим. Северус, значит, что у нас с «антиволком»?

— Доработать детали, составить обоснование, подготовить техническую документацию, ну и привести все это в читаемый вид, — ответил я. — И еще сделать выжимку, понятную для неспециалистов.

— И журналистов, — вставил Блэк.

— А я о ком? Не то переврут всё.

— Отлично… С «Путем Свободы» вроде разобрались, но его, я так полагаю, мы патентовать не будем, — протянула Кэнди.

— Да, этим пока станем торговать из-под полы и у магглов. Думаю, через ваших его распространять будет самое оно. А маги, — я покосился на Блэка, — обойдутся. Ну если только самым проверенным можно накапать, даже и бесплатно. Блэк, что ты так скалишься?

— Я его матушке подлил, — сознался он. Кэнди сделала вид, будто она тут ни при чем и заначку с ампулами не открывала.

— И что матушка? — с интересом спросила она.

— Полночи в родительской спальне летала мебель, аж домовики и Рег ко мне прятаться прибежали, — поведал он. — А утром матушка спустилась к завтраку, как ни в чем не бывало, невыспавшаяся, правда, и во всеуслышанье заявила, что хоть я дурак, шалопай, бестолочь, магглолюбец и вообще всячески позорю древнейший и благороднейший род Блэк, она меня любит и всё мне простит. Вообще всё. Даже если я магглу в дом приведу, лишь бы сам никуда не продолбался. И Регу тоже простит. Отец чуть мимо стула не сел.

Я представил такое признание из уст Вальбурги Блэк, о которой был наслышан от того же Регулуса, и едва не подавился лимонадом.

— Блэк, ты ей сколько зелья вбухал? — поняла мои мысли Кэнди.

— Стандартно, две капли, — ответил он и ухмыльнулся. — Но допрос с пристрастием показал, что Регулус добавил еще немножко.

— А у него-то оно откуда?!

— Ну… он поинтересовался, что со мной вдруг случилось, я так обтекаемо рассказал, что к чему, и он тоже захотел попробовать. Только братец мой — хитрый жук, так что сам-то пить не стал, приберег для семейной встречи!