Заповедная долина - Александр Николаевич Скуридин

Он не боялся представить Васина широкой публике. Все документы и биография были настолько убедительно составлены Гьялценом-ринпоче, что, как говорится, комар носа не подточит. К тому же Львом Ивановичем являлся реальный человек, пропавший без вести и вот реально «воскресший».

Сроки…

По предложению генерал-майора Кондратова, «зона» во всю этнографическую мощь должна была быть охвачена пристальным вниманием к июню. До этого предполагалось «прощупывание» экрана над долиной не только физически, но и экстрасенсорно. Также намечалась проработка архивов начиная с дореволюционных времён.

Фёдор Акимович являлся не только превосходным организатором. Он, что важно, не был злопамятным. Поэтому кукареканье и причины, вызвавшие его, остались в прошлом, тем более что на поводу у гэрэушников оказалась ведьма в капитанском мундире, лицо, особо приближённое к… президенту, разумеется, в целях охраны от всяких там потусторонних и явных поползновений на неприкосновенность главы государства.

А вот и он, затворник горы Ямантау!..

Президент, появившись на мониторе, начал вещать в зал. Нет, он не поучал, а лишь по-отечески ненавязчиво, но мудро, вникая во все подробности предстоящей операции, наставлял слушателей.

Под умиротворяющий президентский голос мысли Сергея Петровича вновь ожили, зашевелились, напоминая их владельцу все основные вехи жизни государства за последние годы.

Спутин весьма умело выстраивал вертикаль власти. Заменены явно проворовавшиеся губернаторы и мэры городов. Их «хлебные места» заняли люди из числа приближённых к первому лицу. Как говорится, далее по списку: выходцы из Питера, бывшие дзюдоисты, лояльные представители «свиты»…

Власть укреплялась и на местах, особенно в учреждениях культуры. Видимо, «наверху» культура считалась приоритетным, стратегическим направлением. Уже никого не смущали ужасные, пошлые телешоу, «привязка» учеников школ и колледжей к тестированию в формате ЕГЭ. Как-то у президента во время общения с народом журналист спросила: «Будет ли когда-нибудь ЕГЭ заменён нормальным экзаменом?» Спутин пожал плечами и неопределённо ответил: «А зачем? Учеников и их родителей тестирование вполне устраивает».

Начальник Управления аналитики и информатики знал, что «сверху» дана негласная установка: готовить три-пять процентов интеллектуально развитых людей, причём эта «элита» должна быть абсолютно подконтрольной!

Ларин вспомнил прошлогодний отдых с супругой в Севастополе.

Город-герой наводнили начальники разных рангов и областей культуры, образования, науки и здравоохранения. Эти «менеджеры» присланы с «материка» на… кормление и усиление власти в отдельно взятом учреждении! Многие из них вообще не представляли специфику того, что им надо «переделать» и «унифицировать». С начальниками, как правило, на очень большую зарплату прибывали «свои» заместители. Вся эта руководящая «головка» выписывала себе соответствующие их рангу премии. Так по задумке более высоких «бонз» формировалась «послушная» прослойка.

Особенно Ларина поразил один из таких деятелей, возглавивший местный музей-заповедник. Господин Муслиенко, бывший военный, окончил высшие курсы управленцев при Правительстве России. Новоиспечённый менеджер, занявший должность директора, имел привычку являться на учёный совет учреждения со словами: «Привет, дебилы!..» Директор-самодур однажды шествовал по коридору. Когда его окликнул кто-то по имени-отчеству, Муслиенко, не стесняясь женщин, назидательно выпалил: «Не подходите ко мне сзади. У меня там г…!»[48]

Он сумел внедрить тотальную, отрывающую от дел отчётность, слежку за сотрудниками музея-заповедника, которых увольнял по своему усмотрению. К счастью, современный «держиморда» правил недолго. При нём учреждение так и не довело до конца реконструкцию знаменитого Исторического бульвара. Средства не были освоены, и солдафон-менеджер уехал. Наверняка он рулит где-либо «на материке» подобным учреждением культуры.

Освоение средств… Этот показатель является основным для губернаторов, мэров городов – нет, не создание рабочих мест, к сожалению! Оборот средств, используемых в личных целях, разумеется, без откровенно наглого разворовывания – основа «кормления» разного рода чиновников. Господи, спаси от них страну!..

Президент, широко улыбаясь, пожелал всем участникам «узкой части» совещания «дальнейших успехов в нелёгкой службе на благо Отечества».

После этих воодушевляющих на новые свершения и подвиги слов первого лица страны грянул величественный гимн государства: «Россия – священная наша держава…»

* * *

У выхода из зала генерала Кондратова перехватил дежурный офицер-порученец. Он передал Фёдору Акимовичу предписание. Оно гласило: «Капитана ФСБ Денисову Д. С. срочно командировать на объект “Грот”. Вылет через два часа с военного аэродрома в Жуковском».

Глава 37

Референт Васин, его непосредственный начальник полковник Котов, командир войсковой части боевых экстрасенсов генерал-майор Бурлак и начальник Управления аналитики и информатики ГРУ генерал-лейтенант Ларин сидели в кабинете Леонида Михайловича.

– Как вас, Лев Иванович, приняли здесь, в «особой» части? – спросил Сергей Петрович.

– Вполне нормально, по-деловому, – откликнулся Васин.

– У нас все знают, что Лев Иванович только что прибыл из Тибета, и поэтому внимание к нему повышенное, уважительное, – подтвердил Котов, заместитель командира по практической сенситивной работе.

– Как вы считаете, товарищ Васин, у нас дела идут нормально? – спросил Бурлак.

– Вполне, Леонид Михайлович. Полковник Котов хорошая замена выбывшему полковнику Быстрову. Я кое-что подкорректировал, но совсем несущественно.

Генерал-лейтенант Ларин сидел, прикрыв веками глаза. Он вслушивался в голос этого Васина и не улавливал ни малейшего сходства со своим зятем, как будто неумолимое время унесло прежнюю жизнь родных и близких Сергея Петровича в разные стороны. И с той стороны, куда попала единственная дочь генерал-лейтенанта, нет возврата…

После обсуждения конкретных насущных проблем «хозяйства Бурлака» начальник Управления аналитики и информатики спросил у референта-консультанта:

– Скажите, Лев Иванович, на что всем нам здесь стоит настраиваться? Я предпочитаю видеть более ясную перспективу в глобальных делах.

– Мы все не должны допустить никакого вмешательства извне, я имею в виду властей, в Заповедную Долину.

– А ну-ка, просвети, отрок, что собой представляет эта хитрая долина?

По тому, как Сергей Петрович произнёс слово «отрок», весьма частое в обращении к Дмитрию Быстрову, Бурлак и Котов немного расслабились. Им показалось на мгновение, что прямо сейчас маска Льва Васина будет сброшена с референта и перед ними окажется тот человек, которого они знали и ценили.

Но чуда не произошло. Левая бровь Льва Ивановича слегка дёрнулась, и только.

– Она не хитрая, уважаемый Сергей Петрович. Долина – будущая колыбель нового человечества. Можно сказать, её Ноев ковчег.

– А Ямантау?.. – как бы невзначай спросил Котов, давая понять Васину, что все они, сидящие в рабочем кабинете командира «особой» войсковой части, когда-то представляли на объекте «Грот» одну команду, от России[49].

Но Лев Иванович не повёлся на далёкие воспоминания. Он пожал плечами и ответил:

– Гора Ямантау – убежище для избранных, для толстосумов со всего света, но в основном для тех, кого принято именовать мировым правительством. Заповедная Долина – «ковчег» для людей новой формации.

– Что-то долго новое и светлое не может пробиться на физический план, – пробурчал Ларин.

Затем