Портал - волк волков

кровожадные жуки. Но и Джордж туда при нём ни разу не заходил. Витёк бросился наверх, перевалил через гребень горы, и побежал по склону вниз в сторону болота. Джордж не отставал от Витька, крича ему что-то вслед. Добежав до берега, Витёк с лёту побежал по воде. Пробежав метров тридцать он почувствовал, что голос начал удаляться. Витёк оглянулся. Так и есть. Джордж остался на берегу, яростно что-то вопя. Болото было мелкое. Вода не доходила даже до колена. А если выбирать места, то можно и вовсе идти по нему, покрывая ноги максимум по щиколотку. Болото представляло собой сплошной зелёный ковёр, периодически перемежающийся водными проплешинами. В одну из них он попал, но быстро выскочил оттуда. Там было глубже. Вода доходила до пояса. Жуков в воде действительно было много. Он ногами чувствовал, что жизнь в воде бурлит. Но пока его никто не кусал. «Не так страшен чёрт, как его малюют»- подумал Витёк. Он пошёл по болоту, выбирая наиболее сухие места. Джордж двигался параллельно ему по берегу. Витьку оставалось надеяться, что Ленка, вернувшись, пойдёт их искать. Он сидел на болоте уже часа два. Дождь закончился. Сквозь поредевшие тучи начало пробиваться солнце. Туман над болотом становился насыщеннее. Джордж нашёл себе новое развлечение. Он стал подниматься выше от берега, собирать там камни и швырять их в Витька. В один из таких бросков, Джордж вдруг упал лицом в болото. Звук его голоса куда то пропал. Было видно, что он пытался подняться, но ему словно что-то мешало. Для Витька это оказалось полной неожиданностью. Он никак не мог понять, что там происходит. Он стал подходить ближе. И тут он заметил, что Джордж начал медленно исчезать у него на глазах. Вся трава вдоль берега, тоже из отдельных травинок превратилась в сплошную зелёную кашу. Он вдруг понял, что Джордж лежит под каким-то пятном. Он даже определил границы этого пятна. Его поверхность была чуть-чуть темнее, чем окружающая среда. Как будто на это пятно смотришь сквозь солнцезащитные очки. Через несколько мгновений тело Джорджа смешалось с этой зелёной кашей. Витёк почувствовал, что вода вокруг ног как будто забурлила. Волна насекомых, бросившихся из воды, чуть не сбила его с ног. И в то же время прямо перед ним на болоте появилось ещё одно пятно. «Тени!»- пронзила мысль мозг. Он бросил взгляд на растворившегося в пятне Джорджа, и попятился назад от лежащего на поверхности болота пятна. Он оступился, упал назад и вдруг увидел, как сверху в его сторону планирует ещё одна слегка темноватая полоса. Он бы даже не обратил на неё внимание, если бы не видел, что произошло с Джорджем. Он мгновенно вскочил, и заорав от страха бросился бежать прочь. Он даже не понял, что он бежит не к берегу, а в глубину болота.Он пришёл в себя только после того как его ноги пронзила острая боль. Через несколько мгновений как будто десяток иголок впились ему в ноги. «Вот и жуки»- понял Витёк. Он стоял по колено в воде посреди болота, и его ноги разрывало от боли. Он достал оду ногу из воды. Она была вся облеплена жуками. Он отодрал одного из них и попытался раздавить. Жук не давился. Панцирь был твёрдым. Он отбросил его подальше и начал отрывать одного жука за другим. Освободив одну ногу, он опустил её в воду, чтобы начать освобождать вторую ногу. Он сразу же почувствовал, что жуки атаковали освобождённую ногу снова. «Надо сначала выйти из воды»- понял Витёк. Идти к берегу не было смысла. В тумане он не заметит, как наступит на пятно. Он даже не знает, сколько их там. «Надо пройти по болоту достаточно большое расстояние, чтобы быть уверенным, что он на них не наткнётся» — решил он. И он побежал по болоту вдоль линии берега. Ноги нестерпимо жгло. Останавливаться, и отдирать жуков было бессмысленно. Поэтому боль только придавала ему ускорение. Неожиданно он провалился по пояс в грязь и ноги увязли в ней. Витёк попытался вытащить ноги, но они увязли плотно. Он попытался лечь грудью на грязь, раскинув при этом как можно шире руки, чтобы увеличить точку опоры. Но опереться не получилось. Грязь была жидкой. Прямо перед ним вдруг стал надуваться огромный пузырь. Воздух, натянув поверхность грязи, пытался вырваться наружу. Наконец болото сказало «чпак» и пузырь лопнул. Воздух вырвался, и весь объём, который занимал воздух, мгновенно заполнился грязью, приведя болотную жижу в движение. Это движение всосало Витька в болото по самую грудь. Витёк затрепыхался, но чем активнее он двигался, тем сильнее утрамбовывал себя вниз. Он остановился только, когда грязь покрыла уже плечи.

— Ленка!- заорал он. — Ленка!

Он вопил без остановки, но никто не спешил к нему на помощь. Наконец он с ужасом увидел, как поверхность грязи надувается очередным пузырем. Как только он лопнет, болото снова придёт в движение. «Чпак»- сказало болото, и движение грязи всосало его внутрь.

Глава 12

ДЕД

Дед сразу услышал, как подъехала к дому машина. Он поспешил к окну, и выглянув в него увидел возле дома милицейский «бобик».

— Не буди лихо, пока оно тихо,- пробормотал дед.

Сапоги грохотали уже на крыльце. Вошёл участковый в сопровождении незнакомых милиционеров.

— Где внук, дед?- спросил участковый.

— Спит, пьяный! Где ему ещё быть.

Один из милиционеров подошёл к кровати, на которой почивал Андрюха, и бесцеремонно схватив его за воротник, рванул вверх.

Андрюха, недовольно забормотав, вытаращился пьяными ничего не понимающими глазами на не незнакомых ему людей, и размахивая руками заорал:- У меня брата убили!

Не обращая на него внимания, один из прибывших монотонных голосом зачитал постановление об изменении меры пресечения на заключение под стражу. Андрюхе заломили руки и вывели из дома.

— На долго его? — поинтересовался дед.

— Как суд решит,- ответил незнакомец.

Освобождение от присутствия внука, дед воспринял, по началу, с изрядной долей облегчения. Уж очень сильно он устал от вечно пьяного Андрюхи. Но через две недели дед как бы опомнился, и поехал к участковому выяснять, куда увезли Андрюху.

— Так его же арестовали, — заявил участковый.- Получается, что это он своего брата и завалил. Срок ему светит. И не малый. Может быть, уже и не доживёшь до его возвращения.

— Типун тебе на язык, — возмутился дед. — Они же братья. Как у тебя язык поворачивается говорить такое.

— Ну, что