Пуля в голове - Ольга Олеговна Погожева

Торт, свечи и нестройное «с днём рождения!» оказались столь умилительным зрелищем, что Диана искренне наслаждалась праздником — вместо именинника. Сам Джон неловко краснел, загасил свечи одним щелчком, и потребовал поскорее покончить с этим ребячеством. Не мальчик же он, в самом-то деле!

— Ещё как мальчик, — вздохнула Эвелин, поднявшись на цыпочки и быстро поцеловав мужа в щёку. — И я дам тебе всё, что этот мальчишка недополучил…

Последнее миссис Ллойд произнесла шёпотом, пока остальные шумно рассаживались по местам, но Диана услышала. И увидела, как Джон нежно привлёк супругу для короткого, но глубокого поцелуя. Почти неприличного в обществе посторонних.

Доктор Вольф засобирался на выход сразу же после торта.

— Я и так выдержал тебя целых три часа, — похвалил себя магэксперт, протягивая руку имениннику. — Гордись: ты убедил, а я сдался. Словом, потребуется помощь, звони. Телефон госпиталя помнишь?

— Наизусть, — хмуро подтвердил детектив. — И домашний тоже. Лэнгдон будет звать тебя в управление, — тут же предупредил Джон. — Потому что магэкспертизу может проводить либо сотрудник, либо независимый эксперт, а бумаги делаются нескоро…

— Я уже жалею, — перебил бывший викарий. — Сам себя не узнаю: что за щедрость? Беру своё предложение назад.

— Поздно! — взвился детектив. — У меня полный дом свидетелей!

— Свидетели — всегда неудобные люди, — вздохнул доктор Вольф, ввинчиваясь в пальто.

— Зато живут недолго, — фыркнул из-за спин провожающих Альтьеро.

Константин глянул в его сторону почти с одобрением.

— Я провожу, — схватил с вешалки собственное пальто Виктор. — Слушай, док, я посоветоваться…

— О-о-о, начинаются бесплатные консультации, — уныло кивнул Вольф. — Ну, что там у тебя?..

— Проводишь Константина, дорогой? — позвала Эвелин из кухни. — Я рассчитаюсь с Минни, ей нужно…

— Джанфранко, приглядишь за мисс Фостер? — не то попросил, не то поставил в известность Джон. — Посажу Вольфа в такси, оторву от него Виктора, и назад!..

Хлопнули сразу две двери: кухни и парадной. Диана видела из окна гостиной, как шумная компания ловит такси на улице, с удивлением отметив среди них и Луиса. Выходит…

— Надеюсь, вас не тяготит моё общество, мисс Фостер, — негромко произнёс итальянец, останавливаясь рядом. — Похоже, нас все оставили.

— В доме сразу стало так тихо, — прислушалась Диана, оборачиваясь от окна.

В гостиной царил полумрак. Горел лишь ночной светильник, да потрескивали дрова в камине. Граммофон едва слышно играл размеренную и нежную мелодию, а за окном всё ещё кружил первый снег. Дороги, должно быть, превратились в настоящую полосу с препятствиями…

— Вечер ещё не закончен, — негромко напомнил Медичи, вернув Диане её же слова. — Подарите мне танец, мисс Фостер?

Диана подняла глаза на итальянца и коротко улыбнулась.

— Я думала, вы так и не спросите, — просто сказала она.

Тёплая ладонь, в которую она вложила собственную руку. Вкусный аромат парфюма и приятный запах кожи.

Диана даже склонила голову, чтобы незаметно втянуть носом воздух. Пиджак мистера Медичи, в отличие от рубашки О’ Рида, не пропитался тяжелым духом сигарет и пота, а всё так же отдавал парфюмом и тем особенным запахом, который у каждого человека свой.

Подняв голову, она наткнулась на внимательный взгляд Джанфранко. И, кажется, он только что поднял голову после глубокого вдоха.

— У ваших волос удивительный аромат, — негромко и хрипловато проронил итальянец, не разрывая цепи взглядов. — Глубокий и обволакивающий… Я как будто вдыхал его раньше.

— Парфюм «Табу», — подсказала Диана. — Амели подарила… Возможно, слишком тяжёлый аромат, но мне нравится…

Джанфранко покачал головой, склоняясь чуть ниже, чтобы сделать уже открытый вдох. Показалось, будто рука, до того спокойно лежавшая на её спине, напряглась, почти скомкав тонкое вечернее платье. Мелодия ещё звучала, когда итальянец чуть провернул голову, касаясь губами её виска, и Диана ощутила запах вина — того самого, похожего на мёд.

Она провернула голову, чтобы спросить — и губы их встретились.

У Джанфранко оказались жёсткие, чуть шероховатые губы, и неожиданно горячие пальцы, коснувшиеся её щеки. Её рука, оставшаяся без поддержки мужской ладони, нерешительно повисла в воздухе — а затем так же нерешительно легла на крепкое плечо.

Диана никогда раньше не целовалась. И понятия не имела, как это делать правильно. А ещё — так и не поняла, как же случился её первый поцелуй. И почему он вовсе не вызвал неприятных ощущений. Скорее… скорее, наоборот…

Пожалуй, именно собственный неожиданный отклик и напугал её больше всего. Диана задохнулась, ощутив, как умелые, настойчивые губы накрывают её, ласкают, как язык самым кончиком касается её, и тут же оставляет, чтобы коснуться уголка рта.

Диана всё-таки дёрнулась, инстинктивно отталкивая Джанфранко, когда итальянец прижал её к себе ещё крепче, буквально обжигая ладонью через тонкую ткань платья.

— М-мистер Медичи… Я… я не…

В полутьме она не могла различить, хмурится ли Джанфранко или уязвлён её реакцией. Дышал итальянец часто, тяжело и прерывисто, и по-прежнему не выпускал из крепкого объятия, перехватив её ладонь, панически соскользнувшую с плеча. Прижал к груди, так, что она почувствовала часто бьющееся сердце и жар, исходящий от сильного тела. Бежать оказалось попросту некуда, да вроде и незачем…

Ещё несколько секунд они просто стояли, прижавшись друг к другу, и со стороны, должно быть, это выглядело, как пауза в танце. Мелодия заканчивалась, и с нею исчезала часть магии.

— Простите, — всё ещё хрипло, негромко выдохнул Джанфранко. — Я не сдержался. И, похоже, с первой встречи срываюсь, раз за разом… Одно ваше слово, Диана, и я больше никогда не позволю себе… Diavolo, это будет сложно, — тут же оборвал себя итальянец. — Но потом будет ещё сложнее. Поэтому скажите… скажите сейчас, если вы против.

Диана вздрогнула, выворачиваясь из кольца чужих рук. Джанфранко отпустил — ровно на полшага. Синие глаза казались почти тёмными в полумраке, вот только блестели по-прежнему ярко.

— Или… у меня есть шанс?

Диана открыла и закрыла рот, глядя на Медичи снизу вверх. Глубоко вдохнула, чувствуя, как ладонь итальянца соскальзывает со спины на талию.

— Мистер Медичи…

— Джанфранко, — негромко поправил итальянец.

— Джанфранко, — тихо повторила Диана. — Я… всё ещё плохо знаю вас… я…

Пальцы Медичи сжались, крепче прижимая их сцепленные ладони к груди. Собственное сердце билось, как сумасшедшее, а в голове проносились целые вихри мыслей.