Жозефина. Политико-фантастическая повесть - Пожилой человек

– Но, ведь, об этом можно не думать, – пожала плечами Элен. – Точно так же, как об испорченных консервах.

– Да, – согласился журналист. – Но только до тех пор, пока не остановишься.

– И что же делать?

– Не знаю, – задумчиво ответил Фертран. – Кажется, этот мафиози сделал меня красным. Если только в коммунистических странах, действительно, такая безопасная жизнь, как они утверждают, то, наверное, там живут счастливые люди.

– Разве нельзя быть счастливым в капиталистических странах?

– Можно. Если только не останавливаться! – опять повторил журналист.

– А, может, вся эта меланхолия вызвана временным бездействием? – наигранно весело, спросила Элен, для которой все страхи Фертрана, как она не старалась в них вникнуть, казались мухой раздутой до размеров слона. Даже их последний побег из плена Скарелли, Элен рассматривала не иначе, как не совсем серьёзное приключение с ужасами, но без риска для жизни.

Но, видимо, Фертран не намерен был делить с ней её оптимизма. Такая тёплая и уютная для Элен сфера его доверия тут же лопнула, обдав её холодными брызгами отчуждения.

– Возможно, – хмуро сказал Фертран. – Ну, ладно, рассказывай дальше.

– Значит, так, – вздохнув, сказала Элен. Она уже успела пожалеть о своей поспешности. Правда, сознание того, что они могут и были так близки и понятны друг другу, осталось у неё в груди маленьким, но тёплым огоньком. – Бандиты спрятали «письмо» на полигоне и сделали это так скрытно, что найти его не было никакой возможности. Но тут их спугнули, и как ты думаешь кто?

– Ты, – усмехнулся журналист.

– Нет, – укоризненно улыбнулась девушка. – До твоих возможностей я ещё не доросла. Их спугнули русские.

– Весело вы тут жили, – покрутил головой Фертран. – НАТО блокирует Японию, русские нас.

– Нет, нет, – успокоила его Элен. – Нас никто не блокировал. Просто русские узнали, что «письмо» что-то там излучает и, поэтому, сильнее, чем всё остальное, притягивается к земле. Или наоборот, притягивается сильнее и поэтому излучает. – Элен на секунду задумалась. – Боюсь тебе наврать, я что-то в этом ничего не поняла. Короче, они привезли во Францию какой-то прибор, который мог «письмо» как-то засечь. Тогда эти из ВТК…

– Постой, при чём тут ВТК? – прервал её Фертран.

– Сейчас узнаешь. Ты же сам просил всё по порядку.

– Ну хорошо. Продолжай.

– Так вот, на этом полигоне было несколько крылатых ракет. Ты знаешь, Леже, – засмеялась девушка, – сочетание крылатая ракета у меня ассоциируется с бабочкой.

– А у меня с вороной. Особенно, если вспомнить, для чего они предназначаются, – хмуро усмехнулся журналист. – Не отвлекайся. Лирика подобного рода не вызывает у меня усиленной тяги к жизни.

– Очень жаль! – немного уязвлённая тем, что Фертран так просто разгадал её намерения, с вызовом сказала Элен. – Но я, глядя на твою отрешённую физиономию, чувствую себя палачом, рассказывая тебе все эти страсти.

– О, ты зря волнуешься. Ты видно забыла, что я тоже журналист и меня нельзя отправить на тот свет словом.

– Ну, смотри! Так вот, в одну из этих ворон, то бишь крылатых ракет, – не смогла удержаться, чтобы не съязвить девушка, – бандиты…, впрочем, это слово не совсем уместно. Мне всегда кажется, что бандиты – это какой-то плохо организованный сброд недалёких людей. Я, конечно, не навязываю тебе своего мнения.

Фертран на секунду прикрыл глаза в знак благодарности.

– Словом, «письмо» было засунуто в одну из этих ракет и отправлено прямо в океан, а ещё две ракеты, запущенные вместе с первой, чтобы замести следы, взорвали возле берега. На ракету с «письмом» случайно наткнулся японский батискаф и забрал её. Но, его тут же потопил крейсер ЮАР, который как раз шёл туда, чтобы забрать «письмо».

– Я совсем запутался, – сделал плаксивое лицо Леже. – То Япония, то ВТК, а теперь ещё и ЮАР. Я ничего не понимаю!

– Придётся потерпеть! – Элен была довольна представившейся возможности помучить журналиста. – Про это всё, опять же, как-то узнали русские. Так что ты не один стал красный, уже пол-Франции полевело. Русские сообщили нам, а мы, я имею ввиду французские корабли, окружили этот крейсер. Хотели тут же поднять батискаф, но запротестовали японцы, потому, видите ли, что бояться разглашения промышленной тайны и потребовали дождаться их представителя. На это ушло два дня. А когда батискаф подняли, там оказалось два погибших человека. Один был мёртв давно, а второй, совсем молоденький мальчишка, был только немного ранен и задохнулся от нехватки воздуха. Представляешь, какое лицемерие, – возмущённо воскликнула девушка, – «промышленная тайна»!

– Я что-то не пойму, при чём здесь лицемерие, – удивился журналист.

– А при том! «Письма»-то на батискафе, на самом деле, никогда не было!

– Как не было?! – от неожиданности сюжета, Фертран резко подался вперёд, и, в ту же секунду, на столике с приборами замигала какая-то лампочка.

– Что это?! – испугалась Элен.

– Ерунда! Не обращай внимания, – махнул рукой журналист. – Что же «письмо» утонуло?

– Нет, не утонуло, – девушка опять покосилась на мигающую лампочку. – Может лучше позвать профессора?

– Никого звать не нужно, – досадливо поморщился Фертран. – У тебя есть с собой несессер?

– Есть, – не понимая, куда он клонит, ответила Элен, раскрывая сумку.

Журналист вытянул из-за своей головы косу разноцветных проводов и, быстро перебрав, отделил один из них.

– Вот и всё, – воскликнул он, перерезая провод.

– А это не опасно? – спросила девушка, недоверчиво косясь на переставшую мигать лампочку.

– Нет, – нетерпеливо ответил Фертран. – Так куда же девалось «письмо»?

– Ещё до того, как батискаф был подбит крейсером ЮАР, эти люди, по приказу своего начальства, отправили крылатую ракету с «письмом» на какую-то ближайшую подводную базу. А оттуда её вывезли в Японию. Ты понимаешь?! – вновь разгорячилась девушка. – Им просто нужно было выиграть время, чтобы самим заняться исследованием «находки». Что за страна?! Это же какое-то варварство!

– Да, нет, – задумчиво возразил журналист, – страна самая обыкновенная. – Как там у вас в Англии говорят: в конце концов все страсти крутятся вокруг денег. Я не уверен, что, случись нам оказаться на месте японцев, мы бы действовали по-другому. Слишком велик соблазн выскочить вперёд.

– Ну, не знаю, – передёрнула плечами Элен. – Я бы так не поступила.

– Это хорошо, – серьёзно поглядев ей прямо в глаза, одобрительно сказал Фертран.

– Так вот, – смущённо покраснела под его взглядом девушка. – Что началось, когда всё выяснилось! Все страны ЕЭС объявили Японии войну. Установили ей морскую и воздушную блокаду. Тут вмешались США. Вот уж кого не люблю, так это американцев. Не даром к ним все относятся с подозрением. С одной стороны, объявили, что, для того чтобы избежать военного конфликта, становятся на сторону Японии, а с другой стороны, повели