Бал в небесах - Джон Макдональд

Во времена Великой Чумы в Лондоне человек, охваченный распадом, честно попытался вернуться в ту грязь, из которой он вышел. Теперь же чума поразила души. Дейк и Карен протиснулись сквозь толпу к свободному столику, с трудом отбиваясь от шутов, обслуживающих посетителей и от билетов в отдельные кабинеты. Им даже удалось заказать местное виски. Карен наклонилась к Дейку, обдав его запахом дешевой косметики, и прошептала ему на ухо:

– Здесь мы расстанемся, Дейк. Так будет лучше всего. Я могла бы попытаться помочь тебе добраться до Мигеля, но они засекут нас вместе с тобой гораздо быстрее, чем тебя одного. Сейчас от меня будет больше вреда, чем пользы.

– А если я не хочу к Мигелю?

– Ты что сдурел? Если ты туда не доберешься, ты умрешь. Так что ни о каком хотении сейчас не может быть и речи. А может, тебе надоело жить? Тогда я в тебе ошиблась.

Дейк повернулся к Карен и вдруг увидел, что она испугалась. Губы ее оставались неподвижными и Дейк был уверен в том, что его спутница не произнесла ни слова вслух, а ее голос ясно зазвучал у него в голове. Поток слов был таким быстрым, что он едва вникал в то, что телепатировала – проговорить все это вслух она ни за что не успела бы.

– У меня получилось не так хорошо, как мне сначала показалось: нас обнаружили, агент Третьей Ступени. Видишь, вон там, мужчина с длинными волосами. Я его сейчас отвлеку, а ты как можно быстрее уходи отсюда и ни на что не обращай внимания. Пусть даже все тебе покажется ужасным. И поскорее отправляйся к Мигелю. Поторопись… и будь осторожен, когда туда доберешься. Как только ты окажешься в вестибюле, ты будешь в полной безопасности. На улице перед зданием очень опасно. Будь предельно осторожен. А теперь иди. Быстро!

Дейк выскользнул из-за стола и метнулся к двери. Маленький человечек с пустым, ничего не выражающим лицом, вскочил на одну из сцен и вдруг оттуда бросился на болезненного вида мужчину с длинными рыжими волосами. В это время какая-то женщина с диким воплем понеслась в ту же сторону.

Дейк почувствовал, как его охватывает какой-то первобытный ужас, но он тут же догадался, что это Карен толкает его вперед, давая ему понять, что он не должен терять ни минуты.

А в это время рыжий пытался выбраться из переплетения тел, которые странным образом падали в разные стороны, как бы вдруг потеряв к нему всяческий интерес. Больше не глядя по сторонам, Дейк выскочил из двери и обнаружил, что находится в толпе бегущих куда-то людей. И вдруг он увидел, что все эти люди – он сам. Сразу несколько Дейков выбежало из дверей и помчалось, кто куда, а он бежал, захлебываясь собственным криком и все время оглядываясь, пока не увидел, что рыжий мужчина стоит на улице у дверей бара. Вдруг мужчина как-то странно дернулся и упал потому, что кто-то сзади сбил его с ног. И вот тут-то Дейк перестал вопить и побежал дальше молча, высоко поднимая ноги, пока не обессилел, и не начал задыхаться от боли. Тогда он перешел на шаг, стараясь отдышаться и почувствовал, что у него подгибаются колени, а все тело покрыто холодным липким потом.

Водитель такси оказался не очень сговорчивым, объявив, что он так далеко не ездит. Два аргумента оказались решающими в их торгах: рука Дейка, сжавшая горло таксиста и тысячерупиевая купюра, которую Дейк сунул шоферу под нос. Кроме того, Дейк отобрал у таксиста пистолет и сунул его за пояс. Уже приближался рассвет, когда они въехали в единственный тоннель Манхэттена, который не был залит водой и не пришел в негодность из-за неупотребления.

В городе белые полицейские грузовики собирали тела тех, кого убили этой ночью. Дейк чувствовал себя тупым, старым и измученным: что-то вроде эмоционального похмелья. Они проезжали по темным улицам города в те предутренние часы, когда жизнь города еле теплится – часы, когда людей мучают бесцельные сомнения, чувство, что жизнь растрачена напрасно и страх перед приближающейся смертью. А осенние звезды равнодушно взирали на содеянные человеческими руками безобразия. Город же спал… беспокойным сном.

Глава 10

Дейк помнил о последнем предупреждении Карен, и поэтому вышел из такси в двух кварталах от дома, где жил Мигель. Пистолет и обещанные тысячу рупий он отдал таксисту и тот, быстро кивнув, резко – так что завизжала горячая резина – развернул автомобиль и отчаянно погнал прочь из этого темного опасного района.

Дейк шел по темной стороне улицы. Быстро и легко ступая, проходил он небольшие освещенные участки. Наконец, подойдя к дому Мигеля, он увидел, что вестибюль освещен. За стеклом он увидел портье. Тот сидел за столиком, склонив голову над книгой. Мягкий свет, струящийся из окон, прочертил светлый полукруг, который доходил почти до середины улицы.

Дейк постоял некоторое время в тени, чувствуя странное беспокойство, а потом быстро пошел через улицу к белому струящемуся свету. Его каблуки гулко застучали по асфальту. Вдруг он услышал сзади и слева у себя за спиной слабое шуршание. Не поворачиваясь, Дейк ускорил шаг. Полоса света была уже в двух шагах от него. Дейк сделал еще один длинный шаг и… застыл в неподвижности. Что-то остановило его движение, что-то держало его, как будто в одно мгновение он превратился в камень. Дейк не мог даже переместить взгляд. Но портье он все же видел краем глаза: тот вдруг поднял голову. И сейчас же Дейк почувствовал, что делает большой шаг назад, совершенно того не желая, но с величайшей осторожностью. Шаг, еще один шаг…

Неожиданно в дверях появился Мигель Ларнер в яркой пижаме. Дейк не понял, откуда и как появился Мигель. Он стоял совершенно неподвижно. За спиной Мигеля появился сначала один незнакомец, потом другой, а рядом со столиком портье возникла высокая женщина. Теперь уже пятеро фигур неподвижно стояли внутри ярко освещенного вестибюля и смотрели на него. До них было футов пятьдесят. Казалось, их лица ничего не выражали, но глаза горели ярким жестким огнем. Дейк почувствовал, что в них было что-то странное, чуждое, излучающее пугающий холод.

И то, что пряталось где-то у него за спиной, в темноте, испугалось.

Дейк ощутил этот страх. Новая могучая сила ворвалась в мозг Дейка. Она бросила его вперед, и он неуклюже побежал на негнущихся ногах. Руки его болтались, как плети. Нырнув в двери, которые едва успели открыться, Дейк поскользнулся и покатился по полу к столику, возле которого стояла высокая женщина. Он ударился о столик и сел. Все пятеро подошли к двери и выйдя на улицу, остановились в освещенном полукруге. На противоположной стороне улицы что-то заметалось в темноте и покатилось, издавая странные гортанные звуки. Тогда пятерка вернулась назад. Мигель Ларнер подошел к Дейку. Глаза Мигеля были огромны, они висели в полной черной пустоте безо всякой опоры. И во всем мире не было ничего, кроме глаз Мигеля Ларнера. Маленькие пальчики ухватились за краешек души Дейка и потянули на себя. Дейк опрокинулся в черноту.