Пуля в голове - Ольга Олеговна Погожева

— И какой интересный мужчина, — протянула Амели, останавливаясь рядом с Медичи. — Я всегда говорила, что первый раз должен быть с кем-нибудь особенным…

Диана вспыхнула, вылетая из комнаты. Бросила сумку на пороге, проворачивая ключ в замке, и шагнула мимо невозмутимого мистера Медичи, увлекая Амели за локоть прочь от итальянца.

— Передай ключ мистеру Чжоу, — быстро заговорила она, чтобы отвлечь растрёпанную соседку от Медичи. — Комната оплачена до конца недели, больше я сюда не вернусь. Извинись за меня, что не предупредила заранее.

— Так он берёт тебя в вояж! — всплеснула руками Амели, выворачиваясь из рук Дианы. Лишь теперь Диана поняла, что Амели, похоже, под действием наркотика: зависимость, старившая ещё молодую соседку быстрее, чем грязная работа. — Диана, девочка, тебе либо сказочно повезло, либо ты по-крупному влипла! Ты же так неопытна…

Амели всхлипнула и вдруг вцепилась в плечи Дианы обеими руками.

— Не оставляй меня! — замотала головой соседка. — Ты же… помогаешь… всегда слушаешь! Убираешь мерзость из головы… Не уходи! Не пущу, слышишь?!

Диана сдавленно вскрикнула, тщетно пытаясь высвободить руки. Амели была выше, крупнее и совершенно не рассчитывала собственных сил в теперешнем состоянии.

— Пусти.

Холодный и спокойный голос итальянца подействовал на Амели странно: та затряслась, но не сразу выпустила Диану из рук.

— Не оставляй меня… — не то прошипела, не то простонала соседка.

Диана так и не поняла, что сделал мистер Медичи. Только Амели вдруг вздрогнула и выпустила добычу из рук, загнанно вглядываясь в холодные глаза итальянца. Тот обронил что-то, негромко, для неё одной, и Амели покорно развернулась, шагая к своей комнате. Оглянулась на пороге, медленно проворачивая ключ в замке…

— Диана… — вновь жалобно начала Амели.

Медичи обернулся к ней, и соседка пулей метнулась внутрь, прокручивая ключ изнутри. Раздался приглушённый вой и грохот падающей мебели.

— Что вы ей сказали? — поинтересовалась Диана. Голос дрожал, хотя ей казалось, что она прекрасно владеет собой. Слабая, какая же она слабая!

— Важно не что говорить, а как, — коротко улыбнулся итальянец, подхватывая брошенную ею сумку. — Вам не слишком везёт на знакомых, мисс Фостер. Давно заметил поразительный казус: хорошие люди — словно магнит для тех, кто с гнильцой. Это как бесноватые лезут в храм, мечтая об исцелении. Так что хотела от вас соседка, мисс Фостер?

Диана потёрла плечи, болезненно выдохнула, чувствуя, как подкатывает к горлу комок. Потрясения этого дня, похоже, всё-таки сказывались. Да и от пальцев Амели наверняка останутся синяки: белая кожа не прощала подобной грубости.

— У Амели трудная жизнь, — тщательно подбирая слова, выдавила она. — Я ей… помогаю. Слушаю и…

— «Убираете мерзость из головы»? — задумчиво повторил итальянец.

Диана вспыхнула: услышал-таки!

— Амели порой странно выражается.

— Как скажете, — усмехнулся Медичи, галантно указывая тяжёлой сумкой в сторону лестницы. — Прошу, мисс Фостер. Надеюсь, вы собрали всё самое ценное?

Диана улыбнулась сквозь слёзы, спускаясь по лестнице.

— Самое ценное всегда со мной, мистер Медичи.

— Поделитесь? — поинтересовался итальянец, пока она осторожно открывала дверь на улицу. Мирная жизнь расслабляет. Да и годы сказывались: в восемнадцать куда легче совершить отчаянное бегство, чем в двадцать восемь.

— Нательный крест и обручальное кольцо моей матери, — не стала скрывать Диана, распахивая створку и быстро покидая чёрный ход. — Это единственная память.

Луис Альтьеро, водитель, расплылся в белозубой улыбке, как только они вышли на оживлённую улицу. Мистер По уже скрылся в лавке и наверняка даже прощаться бы не стал, узнай, что Диана покидает Чайнатаун навсегда. Знал бы пожилой лавочник, как трудно ей терять едва завязанные знакомства! Как хотелось бы сохранить хоть что-то, что она могла бы назвать своим…

— Куда дальше, босс? — поинтересовался Альтьеро с переднего сиденья, как только все забрались внутрь.

Медичи посмотрел на Диану, и за этот немой вопрос она была ему благодарна. Итальянец предоставил ей выбор — вот только выбора у неё не оставалось.

— Я под следствием, — тихо проронила она, отводя взгляд. — Ваш друг, детектив Ллойд, просил не покидать город. Но я не могу… Прошу вас, отвезите меня на Центральный вокзал. Я не убивала мистера Бэрроуза и понятия не имею, кто это сделал. Возможно, я и могла бы помочь, но…

Диана закусила губу, отворачиваясь к окну. Миссис Фостер предупреждала её, что никакое доброе дело не остаётся безнаказанным. И просила не раскрывать собственный дар перед незнакомцами. Но она, Диана, с годами становилась всё неосторожнее, окончательно уверовав, что ушла от прежней жизни навсегда.

И это справедливая расплата за беспечность.

За окном вновь стал накрапывать дождь.

— Мой друг, детектив Ллойд — не только слуга закона, мисс Фостер. Он ещё и хороший человек, — Медичи усмехнулся, и Диана обернулась, чтобы поймать странное выражение, мелькнувшее на лице итальянца: словно тень воспоминаний, на миг вернувшая его в прошлое. — И как всякий порядочный человек, детектив Ллойд имеет свойство вляпываться в людей противоположного толка. Совсем как вы. Не бегите, мисс Фостер, — почти посоветовал ей итальянец. — Потому что если начнёте бежать, дадите зелёный свет на то, чтобы вас ловили.

— Что вы предлагаете, мистер Медичи? — сдавленно поинтересовалась она. — Простите, но вы говорите как человек, который уже всё просчитал.

Медичи усмехнулся, покачал головой.

— Не считайте меня расчётливым чудовищем, мисс Фостер. Я всего лишь предлагаю вам быть откровенной. Не со мной — с детективом Ллойдом. По правде, я не вижу лучшего решения в вашем положении. Детектив Ллойд — человек, которому можно верить. Джон никогда не использует ваши уязвимые места против вас. Даже в интересах следствия.

Диана рассеянно достала платок Медичи из сумочки, разгладила его на коленях.

— Я не хочу подвергать его опасности, — наконец тяжело проговорила она. — И вас, мистер Медичи. И если уж на то пошло, то я лучше буду откровенной с вами, чем с детективом Ллойдом. Вы кажетесь мне человеком, способным за себя постоять. И подкованным в подобных… вопросах.

К её удивлению, дон