Охота на Горностая (сборник) - Вадим Панов

– Вот и выход! – воскликнул приставник. Отпустил козявку с миром, набрал он камешков из ручья, вернулся к деревцу и обстроил его камешками – теперь ветер не сломает его! Принёс ещё воды в ладонях, полил.

А потом и смекнул: «Научу-ка я людей из камня да из глины дома делать, чтоб лес не трогали!.. А в огонь сухие дрова лучше идут – и лес очистят для новых, молодых побегов, и живые деревья трогать не понадобится».

Пришёл в деревню, попросился на ночлег в крайнем доме, а наутро пошёл к старосте да честно всё рассказал. Выслушал его пожилой крепкий мужик, улыбнулся в усы.

– Хорошими делами мир полнится… – решили жители. – Пусть покажет, а там посмотрим.

Три дня делал Дорофан с вызвавшимися помощниками домик из камней: глиной обмазали, крышу приладили. Миленький домик вышел. Беленький, чистенький. И подновлять его проще оказалось, чем менять нижние брёвна, что гнили по весне.

Благодарны были жители деревни за советы и помощь. Пришёл через три дня назад Приставник, а его деревце уже листики новые распустило, хорошо ему оказалось в своей хатке, тепло. Полил Приставник его ещё и стал Змея ждать. Под вечер прилетел тот.

– Ну что, идём, покажешь.

– Идём.

Отправились они в деревню и слышат шум – драка. Подбегают, а там народ деревенский с незнакомцами какими-то кричит, разбирается.

Слушает Приставник разговор, а те, что пришлые:

– Вы почто на нас зверя лютого натравили? Дома нам все порушили? К себе вот утащили? Жили ведь мирно всё время…

Дорофан нехорошо так на Горыныча посмотрел:

– Твоя работа?

Тот:

– Ну… А чего не так-то? Я взял и принёс деревья. Теперь рубить не надо! Сразу материал готовый! О как! Не то что ты… Хотя, а ты-то что предложил им?

Приставник только головой покачал:

– Что же ты сделал? Где же тут помощь? Ты у одних забрал, другим отдал. Этим-то не надо сейчас больше – дерево пропадёт лежа, а те только активнее в лес пойдут топорами махать – к зиме дома спешно восстанавливать! Иди, возвращай всё на место!

Услышав их, народ расступился, решили: и правда – если вернёт всё, то ладно. Когда все разошлись, подошёл к нему староста:

– Добрый ты… Хороший.

Накормили Приставника всей деревней, и правда, оказалось, что добро делать очень приятно и хорошо.

На следующий день встретились они с драконом на том же месте у дороги: Змей был еле живой, ведь всю ночь брёвна таскал обратно. А вот Дорофан отоспался и был бодр и свеж. Сидел, улыбаясь солнышку и зелёному росточку.

– Ну что ж… Теперича моя очередь.

– Твоя… – со вздохом ответил проигравший первое соревнование Змей.

– Отвадили мы лесорубов из лесу, но растёт-то деревце у дороги. Поедут тут обозы – и разминуться не смогут – будут разъезжаться по обочине. Наедут на деревце – сломают. Кто из нас решит эту проблему через три дня… Тот и достойнее, – сказал Дорофан.

– Хорошо, – процедил дракон, улетая.

А Дорофан вновь сидел и смотрел на деревце. Как же переделать дорогу, чтоб лес не ломать?

Пошёл он в деревню, к старосте.

– Почему к вам ведёт такая узкая дорога через лес? И неудобно по корням ездить… и узкая же, кривая.

Тот, чаю налив гостю, сел напротив:

– Да сначала был у нас тракт хороший, ровный, крепкий… Но в километре от нас пересекал дорогу ручей лесной. Мы над ним мостик построили… И всё хорошо было, пока в половодье не подмыло валуны большие там, где ручей в реку впадает. Упали валуны, да прибило к ним несколько старых деревьев. Вышла плотина. Она создала запруду, и на месте дороги нашей болото теперь. Мы всей деревней ходили, чтобы убрать камни те, да не смогли…

Допив чай, пошёл Дорофан к ручью. Пойдя вдоль воды, вышел вскоре к болотине. Тут лес кончался, и хорошая некогда дорога тонула в тёмной цветущей жиже. Кое-как, весь вымокнув, добрался Приставник до того места, где валуны в реку упали.

Да-а… Такие огромные камни он видел впервые! Правду сказать, он вообще мало что видел пока в своей жизни, но это не мешало ему поразиться их величине… И неподъёмной их тяжести. Провозившись до вечера, так он и не смог валуны с места сдвинуть. Вернулся в деревню уставший, в отчаянии. Как помочь людям, он не знал пока.

На следующий день Приставник вновь пошёл к ручью – полить деревце – и увидел, как маленькая забавная рыбёшка из-под камушков еду себе добывает. Подкапывает, а потом аккуратно туда плоскую морду сует, и – оп! – она его перевернула. Смотрел-смотрел Дорофан – и бегом побежал к валунам своим. Подкопал он камни, навалился изо всех сил… Но никак. Вросли, будто проклятые!

Снова мокрый и еле живой пришёл он в деревню, а ему навстречу те мужики-лесорубы.

– Ты нам помог тогда, помогаешь и сейчас. Давай, и мы тебе поможем? Вместе, наверное, сладим дело?

А и правда. Одни руки хорошо, а вместе-то лучше выйдет! На следующий день пошли уже вместе. Мужики лопаты взяли. Подкопали получше камни, навалились! Шевелится чуть камень, но с места ни-ни… Один лопату-то под камень подсунул и вверх потянул, аж зубы заскрипели с натуги… Дорофан, увидев, схватил за рукоять и как рванул её! Дерево расщепилось, не выдержав нагрузки. Но и камень со скрежетом отвалился в сторону от русла былого ручья.

– Силён ты, ох, силён! – ликовали деревенские. К вечеру вернулись уже довольные, уставшие и с победой.

Вода скоро уйдёт, а жаркое лето быстро подсушит дорогу.

– Быть гулянью! – решил староста.

А тут и Горыныч прилетел.

– Ну я…

– Потом померяемся! Идём пить-есть! Угощают!

Дорофан, уставший, но радостный, не обратил внимания на довольно странное настроение Змея. Сели за стол все, деревня накрыла столы так, что кружку ставить некуда было. Хмель тёк рекой!

– Ха! А давай, кто кого перепьёт! – азартно воскликнул Горыныч, а Приставник только кивнул ему… И понеслось!

Рассвет застал мирно храпящую деревню. Спали, валялись под кустами все. Дракон лежал на столе, на пустом блюде от кабанчика запечённого.

И только Приставник, покачиваясь на стуле, пытался мутным взглядом найти хоть какую-нибудь ещё не пустую бутылку…

До следующего дня все приходили в себя, отсыпались, опохмелялись. Подходит под вечер Дорофан к сидящему Змею:

– Ну что там?.. Загадывать-то ещё что-нибудь будем?

Дракон молча покачал тремя головами:

– Твоя взяла. Ты сильнее… – и вздохнул тяжело.

Приставник хлопнул его широкой ладонью по плечу:

– Не горюй! Не в кабалу ж я тебя, чай, беру! Чутка умишка поднаберёшься, внимательности и станешь не хуже меня!

Не слишком это порадовало Горыныча, но что поделать – сам спор затеял… Самому теперь и расхлёбывать.

А Дорофан пошёл со старостой прощаться – не всё ж в одной деревне-то сидеть.

– Началось всё с деревца маленького… А вон как теперь обернулось. Но, может, и правда, лучше золотишко беречь? – спросил он седого старика.

– Нет, правильно ты всё делаешь, только и тебе чуть умишка надо.

Протянул он Приставнику резной ларчик небольшой. Шкатулку. Тот открыл – внутри разная мелочь: вот несколько гвоздей, вот монетка-другая, вот украшения женские, а вот и просто камешки красивые из речки и ракушки.

– Что это и зачем? – удивился Приставник.

– Это – тебе. Мы не были богаты, ты пришёл и изменил нашу жизнь. Теперь наши дома другие, и плотники стали каменщиками, ты вернул нам дорогу, и мы поедем в город на ярмарку, купим жёнам красивые новые бусы… Ты дал нам новую ступень в жизни. И мы дарим тебе старую. Нашу память. Всё это сделано нашими руками. Приглядись, и во всём ты увидишь маленькую фантазию, историю. Порой смекалку. Прежде чем научить нас, ты тоже научился этому у других…

Старик взял полено около печки и протянул Дорофану:

– Посмотри на срез. Видишь кольца? Это годки деревца этого. Каждый год – ступенька, мудрость маленькая, но сохранённая. Вот видишь – близко кольца друг к другу – плохое лето было, холодное. А тут видишь, как закрутилось? Поранили ствол чем-то… Кусок дерева – а на самом деле история и мудрость. Вот что хранишь ты… Приставник.

Сказка о жажде и Слове для Солнца

– Сын… Подойди, пожалуйста…

– Мама? – Долговязый юноша с влажными волосами после душа, в домашних брюках, подошёл к спокойной масане, сидевшей около небольшой настольной лампы. – Что-то случилось?

– Отец задерживается.

– Что…

– Сегодня в Городе Саббат. Посиди немного тут.

– Саббат?! Опять… Эти грязные, тупые…

Изящная рука женщины сжала его запястье, не сильно, но так, что вмиг оборвала его тираду.

– Не стоит. Сейчас они, может быть, и грязные, и тупые. Но они всё же братья нам.

– Ты и Захара приняла, хотя он не больно-то чист! – сразу же вспылил юный масан.

– Шшш… Ты слишком молод. Ты поймёшь. Потом. Сядь… Я хочу рассказать тебе одну сказку.

– Сказку?! Мам, не хочу, конечно, тебя упрекать, но я не мелкий сосунок! – криво ухмыльнулся масан, жалея старушку-мать. А та положила ладони на стол и, глядя на уже морщинистую кожу, улыбнулась. Ехидство и несерьёзность сына никогда не обижали её. Молодость такая штука…