Город Чудный, книга 1. Воскресшие - Ева Сталюкова

– Не одобряете? У вас есть рецепт получше?

– Ну, гибкость, например. Способ, проверенный эволюцией. Хочешь жить – умей вертеться. А жесткие правила, как по мне, добавляют уязвимости. Куда побежит Наф-Наф, если домику снесет крышу? Или стену?

– Мы же больница, мы ответственны за жизни людей. Это в газете можно позволять себе всякое, спрос с вас небольшой.

Внутри поднялась горячая волна, как тогда в больнице, и выплеснулась Ольге на щеки. Она невольно прикоснулась к лицу прохладной рукой. Есть больше не хотелось, Ольга сделала большой глоток воды и перевела дух. В центре зала топтались под музыку несколько пар, глаза раздражало мелькание стробоскопа. Уничижительный ответ никак не приходил в голову. Зыркнув в сторону доктора, Ольга неожиданно встретилась с ним взглядом; он тут же отвернулся. На лице его читалось явное смущение.

– Стоит в любой компании появиться врачу, все считают своим долгом продемонстрировать ему свой застарелый геморрой. – Ольга улыбнулась самой очаровательной из своих улыбок и села к нему вполоборота, закинув ногу на ногу, чтобы виднелись беззащитные щиколотки и высокие каблуки. – Или у вас не так?

– Разве что в моем случае это не геморрой, – уточнил Алексей.

– Представляю! – фыркнула Ольга и махнула рукой. – Не поверите, у меня примерно то же самое. Только меня тут же начинают тыкать лицом в проблемы города, за ним области и так вплоть до всей страны с ее политическим курсом. Будто стоит мне щелкнуть пальцами – и мы превратимся в тихую европейскую гавань. В общем, мы с вами в ответе за все. Как пионеры.

– С меня все же спрашивают более конкретные вещи. – В его голосе прозвучало сомнение.

– Ой, мы же вроде решили веселиться! Чин-чин! – Она легонько коснулась его бокала своим. – Ну и раз уж мы наконец нормально познакомились, может, расскажете, почему вы к нам переехали?

– А потом свои откровения я прочитаю на странице местной газеты? – Он пожал плечами.

– За что же вы так со мной, Алексей?! – вспыхнула она. – Разве мы встретились бы с вами здесь? Разве я вообще добилась бы хоть чего-то в таком городке, как наш… – Ольга показала на зал, где сидела вся верхушка Чудного. – …если бы не умела держать язык за зубами?

– Простите, не хотел вас задеть.

– Пойду попудрю носик. – Она с обиженным видом поднялась со стула.

В туалете Ольга остановилась у длинного зеркала над раковинами и впилась взглядом в свое лицо. Женщина в зеркале ей нравилась. Глаза блестят, хотя она даже не пригубила вина, кожа бледная, как в ее лучшие худшие годы. Она улыбнулась сама себе, поиграла ямочками на щеках. Потом покусала губы, вызвав прилив крови, достала из сумочки блеск и нанесла тонкий слой. Хотела добавить немного румян, но тут дверь туалета открылась, и по кафельному полу простучали чьи-то каблуки. Ольга бросила блеск в сумочку. Однако от самого выхода вернулась к зеркалу и все же немного подрумянила щеки. Напоследок потянула платье вниз, стараясь чуть увеличить скромное декольте. Ей просто необходимо ему понравиться – исключительно ради работы, конечно. Должна же она узнать, что творится в городе.

Когда Ольга вернулась в зал, там царила суматоха. Брюнетка с шатенкой куда-то испарились, музыка смолкла, на сцене стоял человек с микрофоном и пытался начать речь, но ему мешали приветственные аплодисменты.

– А вот и мэр, – хмыкнула Ольга. – Стоило ожидать…

– Знаете его? – поинтересовался доктор.

– Дорогой Миша, – произнес мэр в пятый раз, жестом призывая зал успокоиться.

Стало тише, и Ольга доверительно придвинулась ближе к собеседнику.

– Я здесь всю жизнь живу. И работаю с шестнадцати лет. Легче найти, кого я не знаю.

– И как он?

– Ну, до прежнего ему далеко. Сложный был человек, но с Чудным жил одной жизнью. А для Кости жизнь… – Ольга задумалась. – …это карьера.

– Не одобряете?

– Нет, почему же? Карьера – но играет он по-крупному.

– Все мы иногда играем по-крупному, – проронил Алексей.

Мэр между тем завершил поздравления и подсел к компании юбиляра. За столами стали громко чокаться, гул голосов перебивался взрывами хохота. Свет снова приглушили, и под первые звуки музыки на танцпол опять потянулись пары.

– Что-то мы с вами плохо веселимся. – Доктор встал и протянул ей руку. – Потанцуем?

Они вышли в центр зала. От него пахло лосьоном после бритья, ткань пиджака оказалась гладкой на ощупь, рука под ней – твердой и теплой. Его неожиданная близость смущала, и Ольга никак не могла поднять взгляд выше его выбритого подбородка. У него на шее, над самым узлом галстука, темнела круглая выпуклая родинка. Ольга покачнулась в танце и оказалась немного ближе. Его ладонь у нее на спине тут же мягко повторила ее движение. Ольга постоянно чувствовала ее тепло и становилась от него рассеянной, даже несколько раз сбилась с ноги и шагнула не в такт. Их вежливое топтание почти перешло в объятие.

Вернувшись на место, оба долго молчали. Доктор грел в руках бокал с коньяком, Ольга бездумно наблюдала за уже знакомой брюнеткой, возникшей на своем месте и снова перекрывшей обзор зала. Та копалась в своей сумочке, потом снова встала и направилась к выходу.

Телефон дрогнул напоминалкой: пора вызывать такси. Палец на миг завис над экраном – и погасил его.

– Вот вы не верите, что наша работа тоже важна, – а напрасно. – Ольга выложила телефон на стол перед собой, словно обдумывала полученную информацию. – Тоже бывает, что не можешь уснуть.

– Что ж, бессонница – аргумент убедительный.

Алексей смотрел на нее, и Ольга уже не понимала, улыбается ли он или ее опять дурачит изгиб его губ.

– Вы можете помочь мне от нее избавиться. – Ольга взмахнула ресницами и тут же потупилась.

– И чем же? – Он поставил бокал на стол и развернулся в ее сторону. – Чем я могу вам помочь?

– Алексей, помогите мне разобраться, что за чертовщина происходит в городе, – негромко и бархатно попросила она. – И сегодня ночью у меня не будет проблем со сном.

Он отхлебнул и отставил коньяк.

– В городе происходит жизнь. – За его усмешкой пряталось разочарование.

– Ну зачем же вы так, Алексей?! – Ольгина рука сама потянулась к цепочке, кокон жемчужины закрутился у шеи. – Я помогаю людям… администрации. – Ольга бросила взгляд в сторону стола юбиляра, народу за которым поубавилось. – Я помогаю говорить о сложных вещах так, чтобы их поняли. Я это умею. Напрасно вы мне не доверяете. Я могла бы написать материал хоть сейчас, фактов хватит. Но я спрашиваю – вас!

– Ну раз можете – пишите. – Он откинулся на спинку