Солнечный Остров - Илья Сомов

- Память тебя не подводит, - беспечно улыбнулся Лео. – Надо признать, колдовство служителей Луча работает отменно. Но все же скажи, в чем сила наших врагов, собравшихся в этом городе?

- Сыграем в шарады? – нахмурился Ормат. – Ладно, давай попробуем.

Он отставил руку приготовившись загибать пальцы.

– У них есть деньги, влияние на планете, множество вооруженных бойцов, - Ормат взглянул на ладонь с тремя прижатыми пальцами, - больше ничего в голову не приходит, но нам и этого за глаза хватит.

- Анализ интересный, но, к счастью, неверный, - прищелкнул языком Лео. – Влияние союзников Роумата крайне ограниченно. Бойцов предоставляет совсем другая группа. Банкиры никогда не содержали большие армии, обычно их защищал верховный князь. Команду  Роумата и высокородных, живущих продажей сауды, не получится запрячь в одну упряжку. Их союз по определению не может быть прочным.

- Ну, хорошо, тут тебе видней. Но деньги-то, деньги! Через них не перепрыгнешь!

- Вот именно по деньгам мы и ударим, - князь важно поднял палец. - План кампании я уже составил. Для начала потребуется на несколько дней отстранить магистратов от управления Видесолой.

Ормат вытаращил глаза. Не похоже, что Лео шутит, совсем не похоже. Неужели, напряжение просто копилось, и вот он, наконец, спятил? То-то он замечал, как князь сам с собой говорит.

- Давай посмотрим на ситуацию здраво, - очень тихо сказал Ормат, - мы тут сидим, от всех прячемся, а магистраты управляют огромным городом. Не обижайся, но, может, у тебя немножко не получится?

Повисло неловкое молчание. Князь долго рассматривал сосредоточенное лицо Ормата, а потом вдруг запрокинул голову и расхохотался так, что едва не свалился с постели.

Глядя на покатывающегося со смеха друга, Ормат раздраженно закусил губу. Это что розыгрыш был?! Нашел время!

- Все получится, -  серьезно сказал Лео, успокоившись. - И мне для этого не понадобится ни флот, ни миллионы солдат. Все что нужно – лишь немного этого чудесного продукта.

Пошуршав в плетеной чаше, князь показал другу горсть блестящих сырных крошек.

Задрав голову, Ормат с удивлением смотрел на высоченные стены дворца магистратов, блестящие, как гладкая кофейная карамель. Над острым, царапающим облака шпилем язычком пламени вился алый флаг. Крытые колоннады, разлетаясь от главного здания, словно пытались обнять огромный город. Грандиозные ворота, покрытые старинными бронзовыми барельефами, Сторожили два огромных крылатых мечника, высеченных из цельных кусков полуночно-черного камня. Ормату на миг показалось, будто символы города мрачно смотрят на него, обратив к чужаку стеклянистые строгие лица. Будто знают, что он задумал.

Тяжело вздохнув, он поправил на плече широкий ремень старой кожаной сумки и свернул влево от грандиозной главной лестницы. Служебный вход, разбив все его надежды, оказался именно там, где рассказывал Лео. Вытерев неожиданно вспотевшие ладони, он толкнул тяжеленную дверь покрытую черными деревянными плашками и оказался в похожей на пенал комнате, облицованной звенящей под каблуками кипенно-белой плиткой.

- Куда прешь, деревенщина? – мрачный, явно с утра не обедавший страж в черном мундире грубо схватил его за плечо.

«Ну, вот опять! – мысленно фыркнул Ормат. – Как они только догадываются?!»

Но времени расстраиваться не было. Стараясь дышать только через нос, Ормат запустил пальцы в сумку:

- Вот, - сказал он, протягивая хрустящий свиток, перетянутый тонким бежевым шнурком, - Здесь сказано, что я должен доставить посылку лично в руки господину Чарославу.

-  Сегодня заседает магистратский совет, - отрезал страж. – Передай посылку мне и проваливай.

- Там сказано «в собственные руки», господин, - низко поклонился Ормат, - иначе мне ничего не заплатят.

Брезгливо оттопырив губу, охранник развернул свиток. Из кармана черного мундира появилась небольшая фигурка – медная бычья голова. Страж  принялся водить острыми рожками статуэтки по документу. Ормат задержал дыхание, чувствуя, как гулко колотится кровь в ушах. Он понятия не имел, откуда Лео заполучил эту бумажку – скорее всего, от своей рыжей подружки – теперь осталось узнать, насколько серьезно та отнеслась к делу.

Хмыкнув, страж вернул бумагу Ормату:

- А теперь покажи что у тебя в сумке.

Стараясь не задерживать дыхание, Ормат распустил кожаные шнурки. Охранник, вооружившись снятым с пояса предметом, похожим на металлическую птичью лапу, коснулся пластиковой коробки, украшенной печатью, пожевал губами и двинулся дальше.

- Это что такое? – когтистым амулетом страж царапнул туго набитый холщовый мешочек, лежащий в сумке рядом с коробкой.

Ормату показалось, что сердце дало перебой:

- Мой ужин, - сказал он, проталкивая слова через неожиданно пересохшее горло.

Надавив на мешочек амулетом, охранник сморщился от ударившей в нос резкой вони:

- Ты что, этот свой ужин на помойке нашел?

- А ты подкинь мне десяток монет, тогда сразу начну столоваться в лучших харчевнях, - облегченно огрызнулся он.

- Не болтай много, а то без зубов останешься. Иди, твой Чарослав, на четвертом ярусе. Кабинет пятьсот шесть. 

Страж  отступил с дороги, указывая на высокую узкую дверь.

Когда Ормат шагнул внутрь, его поразил воздух, совершенно не похожий на уличный. Сухой и словно даже прохладно шуршащий. Казалась, он идет между стеллажами очень старых книг, теперь стало ясно что означали слова Лео о «внутренней циркуляции».

Прямой, как стрела, коридор блестел красным деревом, инкрустированным теплым янтарем. Шары, подвешенные на тяжелых бронзовых цепях у высокого потолка цвета слоновой кости, лили медовый свет на алый ковер.

Ормат мимоходом подумал, что отделке должно быть лет восемьсот, тогда Видесола – как подсказали неожиданно всплывшие воспоминания – наслаждалась последней вспышкой благополучия.

Суетливо оглядываясь, он поспешил к широкой белокаменной лестнице, мерцающей витыми балясинами высоких перил. Простучав каблуками по звонким ступеням, поднялся на четвертый уровень. Громадный дворец казался полупустым, только изредка навстречу попадались чиновники, провожающие парня равнодушными взглядами.

«Заседают они все, что ли? - подумал Ормат, ныряя в безлюдный коридор. – Но оно и к лучшему, что под ногами никто не путается. А спросят – скажу, что заблудился».

Задрав голову, он увидел почти под самым потолком незаметную среди янтаря фигурную золотистую решетку, прикрывающую небольшую отдушину.

«Высоковато, однако, - прищурился он, - стремянку, может, у кого попросить? Хотя у этих жмотов, пожалуй, допросишься...»

Повертев головой, Ормат шагнул к стоящей у стены высокой каменой вазе. Из наполнявшей ее каменно-твердой земли торчал скелетик деревца, на тонких веточках жалко подрагивали сухие остроконечные листочки. Поминутно оглядываясь и пыхтя, он подтащил вазу к отдушине. 

Еще раз прислушавшись, он забрался на  импровизированную подставку. Стараясь не свалиться закругленного края сосуда, Ормат вцепился пальцами в холодные витые прутья решетки. Вытащив из сумки холщовый мешочек, он зубами потянул за шнурок. Ударивший в лицо запах едва не заставил его расстаться с завтраком. Поспешно задержав дыхание, он просунул узкую горловину между золотыми прутьями. Слыша, как страшно стучит в груди сердце, Ормат поспешно вытряхнул вонючее содержимое мешочка в гудящую темноту.

Неподалеку раздались чьи-то торопливые шаги. Отчаянно взмахнув руками, он грохнулся на жесткий ковер рядом с закачавшейся вазой.

-  Кто такой, что здесь делаешь?! – рявкнул голос над головой.

Подняв глаза, Ормат увидел человека в короткой синей мантии, рука чиновника уже тянулась к блестящей коробочке на поясе. Он униженно ткнулся носом в колючий ворс:

- Извините, господин, я искал покои господина Чарослава и немного заблудился.

- Сидя на полу искал? – фыркнул хозяин индиговой мантии.

- Прошу прощения, я услышал шаги господина и побежал, чтобы спросить дорогу. Кажется, я зацепился за этот… бочонок.

Лицо чиновника скривилось от отвращения:

- Когда же они перестанут брать на работу болванов с навозом на ботинках?! Тебе нужно вернуться на перекресток, повернуть налево и пойти прямо. Дальше спросишь. И не вздумай ничего украсть, на выходе тебя обыщут.

- Огромное спасибо, господин.

Торопливо поднявшись, Ормат отряхнулся, втянул голову в плечи и засеменил по коридору, чувствуя, как подозрительный взгляд чиновника царапает ему затылок.

«Ох, Лео, надеюсь оно того стоило!»

В крошечной светло-желтой комнатке, вдавленной глубоко в землю громадой дворца магистратов, ритмично мерцали огоньки приборов. Один из этих огоньков налился сочным вишневым светом. Клерк, вольготно развалившийся в старом кресле с навечно провисшей спинкой, лениво протянул руку, выводя на главный экран данные сформированного отчета.